Страница 33 из 206
Я стояла посреди заснеженной аллеи, кутаясь в тёплую накидку. Воздух был морозным и чистым, снег тихо падал, укрывая мир мягким белым покрывалом. Всё вокруг казалось слишком спокойным, почти нереальным после всего, что произошло.
Несколько месяцев…
Как бы то ни было, все мои проблемы остались при мне. Души внутри, безвыходная ситуация и теперь ещё это — потерянное время.
Позади послышались шаги. Снег глушил их, превращая в мягкое, ритмичное похрустывание, почти неслышное, но я всё равно обернулась. И увидела того, кого совсем не ожидала.
— Доброе утро, принцесса.
Генерал Линь Кай улыбнулся. Улыбка вышла спокойной, даже тёплой — насколько вообще может быть тёплой улыбка человека, привыкшего посылать людей на смерть. Он стоял в нескольких шагах, широкоплечий, закутанный в дорожный плащ, и пар от его дыхания смешивался с морозным воздухом.
— Уже думал, не очнётесь. Несколько дней прошло. Лекарь сказал, вы потеряли много крови.
Я лишь кивнула ему в ответ. Не было смысла говорить об очевидном: да, потеряла. Да, очнулась. Да, жива — пока что.
Генерал помолчал, затем шагнул ближе. Снег скрипнул под его сапогом.
— Почему вы пытались сбежать?
Вопрос прозвучал без угрозы, почти с искренним любопытством.
— А почему нет? — ответила, не отводя глаз.
Он выдержал паузу. Спокойно. Не отводя взгляда.
— Мы не враги с вами.
Сказал — и замолчал, давая словам осесть в морозном воздухе между нами.
— Так почему ваш принц не дал мне уйти? — ответила я вопросом на вопрос.
Генерал не успел открыть рта.
— Вы бы и шагу не смогли сделать за пределами моего поместья, — послышался голос справа.
Мы оба обернулись. Принц Лун Юэ шёл к нам медленным, уверенным шагом, что присущ только правителям: ни капли спешки, ни тени сомнения. Каждый шаг — будто земля сама ложится ему под ноги. Полы плаща волочились по снегу, оставляя за ним широкий след.
Он остановился в двух шагах, заложил руки за спину и оглядел меня с головы до ног — не как женщину, а как военный трофей, который пока не решили, то ли казнить, то ли сохранить.
— В таком жалком состоянии, — напомнил он, чуть наклонив голову, — человек вряд ли способен на побег. Вы просто упали замертво.
Я смутно помнила тот побег. Вернее, попытку. Сознание тогда было мутным, края реальности расплывались, и всё, что осталось в памяти, — это бесконечный холод и то, как ноги подкосились сами собой. А ещё — его руки. Тёплые, неожиданно бережные. Я упала в его объятия, и это впилось в память занозой, от которой хотелось избавиться, но не получалось.
Я лишь хмыкнула в ответ на его заявление.
Ни благодарности в этом хмыке не было, ни тепла — только холодное признание факта и что дальше?
— Ваше высочество, — тихо подошла служанка, склонив голову. — Всё готово.
— Идёмте, — бросил принц, разворачиваясь.
Это не было приглашением. Простой приказ — короткий, не терпящий возражений. Он даже не обернулся проверить, идём ли мы. Не сомневался. Правители не сомневаются — они просто шагают вперёд, а остальные следуют.
Я сжала руки в кулаки — так, что ногти впились в ладони, — и пошла следом за генералом.
Мы вошли в комнату, и в нос сразу ударил запах. Густой, тяжёлый, многослойный: жареное мясо, пряные травы, топлёный жир, сладковатый пар от риса. У меня закружилась голова. Только сейчас, вдохнув этот воздух, я поняла, насколько голодна. По-настоящему, зверино голодна. Казалось, я могла бы съесть слона.
Я не стала противиться. Спокойно, почти равнодушно села за стол, расправила салфетку на коленях — жест, въевшийся в кровь с детства, — и потянулась к первому блюду. Даже не думала о яде. Если бы меня хотели отравить, сделали бы это раньше, проще, без этого спектакля с обедом.
Я ела молча, слушая незначительную болтовню принца и генерала. Они обсуждали что-то о границах, припасах, передвижении отрядов — слова текли мимо меня. Весь остальной час казался формальностью, пустым промежутком между «до» и «после». Я почти задремала с открытыми глазами.
А потом вспомнила.
— Благодарю вас за обед, — произнесла я, откладывая палочки. — Мне нужен свиток, который был при мне.
Они обернулись одновременно. Генерал первым, принц — чуть медленнее, с тем же ленивым достоинством, что и всегда. У обоих застыли лица. Не враждебные, нет, — скорее оценивающие. Я видела, как за их глазами крутятся невидимые колёсики. Пауза затянулась на два удара сердца.
Принц кивнул.
— Конечно, — сказал он, поднимаясь из-за стола. — Пройдёмте в мой кабинет.
19 глава
Мы вошли в кабинет. Генерал сразу же расположился на кушетке — развалился, закинув руку за голову, и вид у него был откровенно сонный.
Казалось, ещё минута — и он захрапит.
Принц подал мне свиток.
Я взяла его, чувствуя знакомую тяжесть пергамента. На вид — совершенно идентичный тому, что передал мне Цзи Си. Та же бумага, тот же шнур, та же печать. И всё же что-то было не так. Я сломала печать одним резким движением и развернула свиток. Взгляд заскользил по строкам — и внутри всё похолодело.
Передвижения войск. Тайные сведения. Маршруты, числа, пометки на полях.
Совершенно непонятная мне ерунда.
— Вы хотите меня обмануть?
Я бросила свиток на стол — он хрустнул, заворачиваясь обратно в трубку, — и обернулась к принцу. Голос был резче, чем я собиралась.
— Что вас так смутило? — спросил он ровно, без тени удивления.
Цзи Си сказал, что я сразу же пойму, в чём дело, стоит мне взглянуть на свиток. А это — какая-то проверка принца. Да ещё и тупая. Подсунуть мне военные сводки и ждать, что я клюну? Он принимает меня за дуру или за шпионку?
— Верните мне мою вещь, принц, — выделила я последнее слово.
Моё терпение не было безграничным. Своей властностью — этой спокойной, непробиваемой манерой говорить так, будто весь мир уже принадлежит ему, — он начинал действовать мне на нервы. Не просто раздражать — скрести по живому.
— Что это за свиток такой? — спросил он, не повышая голоса.
— Не вашего ума дело. Я не лезу в ваши дела, которые вы совершаете в обход императора и непрошеных советов не даю. Будьте добры — не лезьте в мои.
— Какие дела? — приподнял бровь принц.
Вот оно. Мы затронули тему, которая его действительно интересует. Я видела, как он чуть подался вперёд, как изменился фокус его взгляда — теперь он смотрел не сквозь меня, а прямо в меня. Прощупывает почву. Хочет понять, насколько я осведомлена.