Страница 59 из 258
Ох ты ж… Как же на душе полегчало-то. Словно груз тяжкий с плеч сбросила. Лес ожил, зверье с птицами разбежалось, разлетелось. Лешак тут же с поклоном исчез с глаз моих. С тихим шелестом расплелись ветви, якобы удерживающие нас, но зато рядом очень шумно задышал брат мой новоявленный.
– Таира, а разве так можно? Ты же не магичила, да? А что тогда? – проявил он любопытство.
– Все, что не запрещено, то можно, Милош. Вот только знать о том, что ты можешь, всем вокруг не обязательно. Вот ты разве маг?
– Слабый воздушник. Меня проверяли в шесть лет.
– Но ты же не заснул, когда я пошептала, а это значит, что сила с тобой. Причем не магия, судя по всему, а сила. И давай-ка прямо на этом месте остаток ночи и проведем. Хватит с нас потрясений. Хозяин лесной присмотрит за нами, а мы организуем поздний ужин и выспимся наконец-то.
– А король?
– А что король? Он нас и не заметил, наверное. Да и не до нас ему сейчас. Его люди меньше чем через час возле деревеньки спящей кружить будут, до утра так точно. И никакая тьма ему не поможет. Из леса-то, как оказалось, его и его людей Лешак вывел. Очень уж он магию тьмы не любит, а его величество, видимо, «наигрался» в потеряшек и силы свои применил. Тьму с поводка спустил, вот сразу после этого тропка для них и нашлась. И как же повезло нам с тобой, что король такой затейник неугомонный, дальше их погнал, не разрешил привал устраивать. Вот только чует моя маковка, что это хозяин лесной им всем от нас глаза отвел. Вот и не обратили они должного внимания на нас, да прислуживать себе не заставили.
– А как же… Выходит, он нам помог, а ты его наказала?
– Ох, какой же ты дотошный паренек, братец мой. Беду он не от нас отводил, а от леса своего. Не хотелось ему, чтобы они у кромки леса на привал встали. Такое количество воинов и охотников могло навредить зверю лесному. У них сейчас как раз детеныши малые по норам да по берлогам спрятаны, а меня ему губить нельзя. Заговорила я лес. Мой он, и если я в нем пострадаю, нечисть эта лохматая ненамного дольше моего проживет. Вот только он не сразу это понял. Такая вот жестокая сестра тебе досталась. Не жалеешь?
– Нет, – покачал головой Милош. – Ты меня для забавы не продашь, а я учиться буду всему, чему скажешь, и помогать буду.
– Вот и хорошо. Вот и молодец. Все у нас получится – и с силой обращаться мы с тобой вместе учиться будем. Уж коленки детворе и зубы больные я тебя точно научу заговаривать. А сейчас пожалей меня, я все же девушка хрупкая, нежная. – Милош смерил меня скептическим взглядом. – Ну, в некоторых местах. Дай поспать, а?.. Вон ты какое ложе из веток и плащей, пока меня слушал, собрал. Все… Все… Все.
Глава 31
Как заснула, не помню. Нет, я даже как укладывалась, не помню. Но спалось мне хорошо, и сны я видела непростые. Он такой… такой. Не как большинство магов-боевиков, аристократов, которые больше шкафы двухстворчатые с антресолями напоминают. Нет. Чуть выше среднего, по-видимому, достаточно широкие плечи, тонкая талия, тонкокостный, изящный, но с удивительно сильными руками. А еще он отличается от всех какой-то яркой хищной красотой. Его нельзя спутать ни с кем. Он – КОРОЛЬ. Когда я успела его разглядеть? Так я на него остаток ночи любовалась. Вот прямо во сне и любовалась. Ветерок, проказник, не пожелал сразу со мной расставаться, понравилась ему моя последняя «шутка». Он мне просмотр увлекательного действа и организовал.
Про нас действительно никто не вспомнил, и не только потому, что не смогли, а потому, что некогда им было. Они в деревне на сто дворов потерялись. У одного короля достало ума и выдержки. Именно его конь, подчиняясь железной воле своего всадника, не рыскал в поисках пути, а как вкопанный застыл на маленькой центральной площади селения. Его же величество оставался в седле до первых рассветных лучей, робко коснувшихся крыш домов на заре. Это не значит, конечно, что он не пытался повлиять на ситуацию. Его тьма, словно живая, остаток ночи обшаривала улицы. Вот только никаких результатов он так и не добился. Его люди, по его приказу разъехавшиеся по улицам в поисках пути, не вернулись, но на него самого в течение ночи, вопреки его ожиданиям, никто так и не напал. Он был совсем один, окруженный ластящейся к нему тьмой. Она охраняла его, берегла. А король ждал.
Терпение – это то, чему он научился во дворце своего отца в первую очередь. Да, вокруг уже не первый день творилось что-то не понятное. Но это не злило его, развлекало, удивляло. А ведь они, все те, кто его сопровождал, потерялись. И ладно бы дамы, державшиеся в седлах не вполне самостоятельно, и умудрившиеся затеряться «в трех соснах». Но воины, стражи, охотники-аристократы? Он думал, рассуждал, а я смотрела и, казалось, слышала эти его мысли. Спокойный. Словно застывшие в одно мгновение красота и величие. Ветерок и тот не посмел шелохнуть даже волосок в его прическе. Но зато, на радость мне, посмевший не раз и не два облететь вокруг него, показывая все, что мне хотелось рассмотреть.
Густые локоны черных волос, едва касающиеся плеч, и удерживающий их тонкий золотой обруч, пересекающий высокий лоб, резко очерченные скулы, тонкие губы, серые глаза. Боги, наверное, очень долго трудились над его обликом. На мой взгляд, все в нем было просто безупречно, и мне очень хотелось дотронуться до его щеки, заглянуть в глаза. Как я его рассмотрела в полной темноте? Так хозяйка я своему сну или нет? Да и ветру все равно, темно или светло.
Было ли мне жалко тех, кто его сопровождал и целую ночь по моей вине слонялся по улицам, пытаясь найти путь, но так и не сумев войти ни в один из домов при этом? Нет. Женщин вообще, наверное, в это «путешествие» никто не звал. Сами напросились, поди. А маги, в отличие от них, вообще люди выносливые. Стражники же и не такие нагрузки выдерживают, служба у них такая. И вообще… Какие проблемы? У его величества никаких. Сидит вон, статую на площади изображает и доволен. Интересное нашел, загадку новую, неизвестную. Четыре дня в седле, а выглядит так, словно на троне скучает. Ни складочки на одежде, ни пятнышка, прическа – волосок к волоску. Да, король, король по праву.
С первыми лучами солнца вся живность в селе орать начала как оглашенная, перепугались бедные. И потеряшки один за одним нашлись. Собрались вокруг своего невозмутимого короля, головы опустили, взгляды потупили. Дамы правда все были в полной «несознанке». Так и это не беда, они к седлам привязанные, ни одна с лошади не упала. Их лошадки – умные, сами к своим сопровождающим привезли.