Страница 21 из 96
К нам на роликах подъезжает официантка в солнечно-желтой униформе. Ей за пятьдесят, она худощавая, загорелая, с морщинами курильщицы и соответствующим голосом, но в ней все еще чувствуется бодрый оптимизм подростка. Она перестает жевать жвачку и спрашивает, что мы будем пить.
– «Спрайт», пожалуйста, – говорю я, мой голос все еще немного дрожит. – С тремя коктейльными вишенками, если у вас есть. – Я смотрю на Страта, чтобы он мог сделать заказ, и замечаю, что он пристально смотрит на меня. – Что? Это не так уж и странно.
– Я думал не об этом, честно.
Его взгляд задерживается на мне еще на секунду, затем он отворачивается и говорит официантке, что хотел бы черный кофе.
– Ой, ребята, вы, кажется, так нервничаете, – говорит официантка, сияя и забирая наши меню. – Первое свидание?
– Да, – бормочу я, в то время как Страт отвечает:
– Нет.
Моя гордость стремительно сжимается. Официантка бросает на меня сочувственный взгляд.
– Сейчас принесу ваши напитки.
Когда она едет прочь, колеса ее коньков превращают кукурузный чипс в пыль, размазывая его по ковру из конфетти. Я бы хотела быть этим чипсом прямо сейчас.
Страт, сидящий напротив меня, неловко переминается.
– Извини, – говорит он. – Я сказал «нет» только потому, что это не похоже на первое свидание. Я имею в виду, мы же тогда вместе плавали под водопадом в джунглях.
Наступает неловкое молчание. Мне так много нужно сказать, но я понятия не имею, с чего начать. Это странно, правда? Я не должна так нервничать рядом с ним. С Олли все было не так. Как и с Остином, и с Дином. Я трепетала и сладко летала в своих фантазиях, но
физически
не дрожала.
Страт еще раз выдыхает.
– Прости. Я думаю, что мой мозг плавится. И то, что ты… – Он проводит рукой по лицу, словно ему нужно время, чтобы прийти в себя. – Во сне ты была великолепна, но здесь, в реальной жизни, боже, Ария.
При этих словах по моему телу пробегает жар.
Значит, он тоже это чувствует. Удар от… что бы это ни было. Я бы хотела, чтобы мы снова оказались в сне, где лунный свет смягчает грани всего вокруг.
– Я думаю, мы… могли бы узнать друг друга, как обычные люди? – спрашивает он, цепляясь за нормальность. – Итак… ты ходишь в Риджкрофт, и на тебе всегда потрясающие платья.
Он наклоняется, сплетая руки на столе между нами, как будто это просто быстрое свидание.
– Что еще я должен знать о тебе, девушка с поляны с роялем?
– Я сама их шью.
– Что, прости?
– Я сама шью все свои платья. Те, в которых я была в снах, тоже – я их надевала в школу в те дни.
– Это потрясающе. Они прекрасны.
Его комплимент заставляет меня покраснеть.
– А ты… ты действительно ходишь в школу Святого Свитуна?
– Да.
– И играешь на пианино. Так же хорошо, как в лесу?
– На самом деле, даже лучше. Я был немного не в себе в ту ночь.
Разговор становится тише, но нервное возбуждение от того, что я сижу напротив него, не ослабевает.
– Итак… как ты думаешь, что все это такое? – тихо спрашиваю я.
– Полуночные встречи?
– Да.
– Понятия не имею.
Мы долго молчим. Это все так странно, происходящее с нами. Слишком абсурдно, чтобы поверить.
Я ковыряю облупленный край стола.
– Общие сны ведь невозможны, верно?
– До сегодняшнего дня я бы сказал, что да. – Он достает свой телефон. – Если такое случалось с кем-то до нас, мы можем это выяснить.
Я качаю головой:
– Уверена, что единственное, что мы найдем в сети, – это рассказы всяких чокнутых.
– А ты не думала о том, что, возможно,
мы с тобой
чокнутые? – спрашивает Страт. Дразнящая улыбка возвращается на его лицо, и это немного ослабляет напряжение в моем теле. – О, да, я понимаю, что ты имеешь в виду, – говорит он, поднимая брови и глядя на экран. – Это… – Он начинает поворачивать телефон ко мне, затем колеблется. – Можно мне пересесть к тебе?
Я моргаю:
– А, да.
Когда он садится рядом со мной, у меня в голове сбоит. Во сне от него ничем не пахло. А сейчас? Сосна и корица. А когда его теплая нога касается моей, бедро к колену, у меня перед глазами все расплывается.
И снова мой глупый мозг возвращается к поцелуям на башне. Каково было бы поцеловать его прямо здесь?
Страт переходит по нескольким ссылкам.
– Это довольно странно. О, боже, тут есть термины. «Связка»? «Сцепление»? Это звучит максимально сомнительно.
Я заставляю себя сосредоточиться на экране:
изучаю астральную проекцию, чтобы устанавливать контакт с другими душами.
Он качает головой:
– Ты была права. Нам придется разобрать больше мусора, чем я думал.
Я достаю свой телефон, чтобы присоединиться к поискам. Что-нибудь должно быть.
К моменту, как официантка возвращается с нашими напитками, лукаво улыбаясь при виде нас, сидящих на одной скамейке, мы со Стратом погружаемся в наше исследование, роясь в кроличьих норах интернета. Я украдкой бросаю на него взгляд. Это необычно – чувствовать себя так, словно мы внезапно стали… товарищами по команде или что-то в этом роде.
Чем больше мы читаем, тем абсурднее становятся факты и истории, и ни один из ресурсов даже близко не говорит о том, что мы испытываем.
Наконец Страт выключает телефон и кладет его на стол.
– Я не знаю. Похоже, чтобы попасть в один сон, нужно сделать это преднамеренно. Но я точно не пытался астрально спроецировать себя на тебя, не смотрел в магический шар и не искал у себя третий глаз.
– Да, я тоже, – говорю я.
Между нами воцаряется напряженная тишина.
– Страт? – тихо спрашиваю я. – Может, нам стоит кому-нибудь рассказать?
Он потирает челюсть:
– Если мы попытаемся объяснить это кому-нибудь, нас либо поднимут на смех, либо отправят в психушку. Так что… может, пока не стоит?
Я киваю:
– Может быть, пока нет.
Наши взгляды снова встречаются.
Идеальный момент нарушается взрывом смеха и грохотом двойных стеклянных дверей – группа парней нашего возраста в форменных куртках вваливаются внутрь, улюлюкая и хлопая друг друга по плечам.
Я замираю, внезапно ощущая, как в комнату врывается внешний мир. За спиной у группы парней небо уже потемнело.
– Блин. Мне нужно идти. Моя мама думает, что я… неважно. Мне пора.