Страница 48 из 92
Глава 16
28 мая 1965 года, Берёзовка
Серков закрыл на ключ участковый пункт милиции и спустился с крыльца. Ноги привычно понесли его в сторону дома, где ждал горячий ужин, любящая жена и пара шалопаев-погодков семи и восьми лет от роду — Антошка и Маринка. Но Василий не замечал тёплого, почти летнего пятничного вечера, глубоко погружённый в собственные мысли. Последние три дня выдались едва ли не самыми трудными и изматывающими за всю его милицейскую карьеру.
Сначала безумная гонка по лесу за пьяным третьеклассником, затем откачивание его бессознательных товарищей. Допрос Белова, потом его дружка Коврова, а впоследствии и Гончаренко, который и обнаружил тело. Ещё и в присутствии родителей, поскольку дети. Звонок в областное управление и доклад о происшествии. Приезд старшего следователя из областной прокуратуры, оперуполномоченного уголовного розыска, эксперта-криминалиста и судмедэксперта. Поскольку Серков знал, что за последние несколько лет были зафиксированы ещё несколько случаев пропажи молодых девушек в разных районах области, он затребовал областных экспертов. По Управлению давно шептались о возможном серийном убийце в регионе Южного Урала.
Группа смогла добраться до Берёзовки только к обеду следующего дня. Все, кроме судмедэксперта, у которого срочно случились какие-то обстоятельства — поэтому пришлось срочно привлекать к мероприятию Тармашева, хотя бы для первичного осмотра. Затем, вместе со специалистами и понятыми, состоялся осмотр места преступления и извлечение тела. Ну и оформление бумаг, занявшее сегодня всё свободное время, так до сих и не было полностью завершено. В голове сами собой всплыли свежие воспоминания, упорно не желающие добровольно покидать память. Серков сбился с шага и поморщился, припомнив, как пару раз пришлось-таки прочистить желудок…
* * *
Больше всего участкового удивил Татарский — эксперт-криминалист группы. Он бурно обрадовался, обнаружив, что труп четырнадцатилетней девушки был прикопан под елью зимой, в промёрзшую землю, и это поспособствовало его хорошей сохранности. Прошло ведь более двух месяцев с момента подачи родителями заявления о пропаже школьницы.
— Просто отлично! Повезло! Удивительно, что звери до сих пор не раскопали трупик — относительно неплохое состояние будет! — Татарский широко улыбался и экспрессивно размахивал руками. Василию пришла в голову мысль, что это и есть та самая профдеформация, о развитии которой с течением времени предупреждали преподаватели в годы учёбы. А ещё самую малость захотелось дать эксперту в зубы.
— Пошли копать уже, так и до ночи не уедем, — прокурорский следак Тарасов, младший советник юстиции, был мрачен и немногословен. Он курил сигарету за сигаретой, пока они втроём с Серковым и опером угрозыска Воробьёвым, меняясь каждые пять минут, спиливали толстенные нижние ветви у ели, чтобы обеспечить нормальный доступ к месту будущих раскопок. Пока группа пробиралась через лес за Крутую Горку, участковый сумел выудить из Тарасова, что только за последние четыре года по Челябинской области числится шесть бесследно пропавших девушек. И это первый случай, когда удалось найти тело.
— Товарищ старший лейтенант, а что тут за выемка грунта? Относительно свежая, ещё края не осыпались и идеально ровная. Подойдите, пожалуйста! — Татарский махнул рукой, подзывая участкового. И интонация, прозвучавшая в этой реплике, сразу выдавала всю гамму испытываемых криминалистом чувств: недоумение, растерянность и что-то ещё, что Серков не смог распознать.
Василий передал пилу поморщившемуся Воробьёву, который, похоже, уже умудрился набить мозоли ручкой ножовки на непривыкших к тяжёлому труду руках, и подошёл к эксперту. Недалеко от дерева в траве и правда виднелась проплешина, на которую Серков при первом посещении поляны не обратил внимания — не до того тогда было. Взору участкового открылось округлое углубление в земле диаметром чуть меньше метра и глубиной сантиметров в двадцать, лишь слегка размытое прошедшим ночью дождиком. Пара тоненьких корней соседнего дерева, видневшихся в стенках ямы, были срезаны, будто хирургическим скальпелем, но больше всего бросался в глаза находящийся почти на дне углубления камень приличного размера. Булыжник с виду был самый обычный, с пару мужских кулаков. Похожих по цвету и структуре Серков в изобилии насмотрелся за годы, проведённые в Берёзовке и её окрестностях, но дело было вовсе не в какой-то уникальности горной породы. Камень был идеально вырезан по всей видимой поверхности, повторяя и продолжая строгую геометрическую форму грунтовой выемки. Это точно не был скол или обычный плоскостной срез материала — поверхность дугообразно загибалась к краям камня.
— Что думаете об этом, товарищ участковый? — негромко и как будто осторожно спросил Татарский.
— Круглая ровная большая яма, но нет земли рядом. Ни крошки! А хоть что-то должно было просыпаться с лопаты, даже если грунт тут же, на месте, разложили по мешкам и унесли. Нет следов воздействия на землю любым инструментом или механизмом, — тщательно подбирая слова, ответил Василий, — камень на дне выглядит заранее отполированным и прикопанным, а сами стенки ямы слишком ровные. Похоже на то, будто сюда сверху давило что-то очень тяжёлое, весом от нескольких тонн, оставив вмятину.
— Это посреди тайги-то? Да и не от давления сверху этот след, земля бы по краям, в таком случае, образовала валик, — Татарский был заметно озадачен.
— Тогда… так не бывает, — внезапно для самого себя выдал Василий.
— Не бывает, — эхом отозвался криминалист. — Никому сюда не подходить! Надо сфотографировать.
Откуда-то из глубины ели послышалось шипение, а затем тирада Воробьёва, в котором он без единого матерного слова очень нецензурно описывал, где и в каком виде наблюдал это прекрасное дерево, этот чудесный лес и эту великолепную пилу.
Вскоре три здоровенные ветви, которые мужчины аккуратно вынесли на руках из-под дерева, стараясь наследить по минимуму, лежали в стороне. Стали хорошо видны проплешина в толстом слое опавшей хвои и полузасыпанная почерневшая нога, обутая в чуню.
Василию сказали обождать, пока эксперт вдоволь наползается вокруг захоронения в поисках улик, и он отошёл к другой стороне поляны, где, держа кепки в руках, топтались и курили педагог из школы потерпевшей, а также двое немолодых уже работников совхоза. Тех выцепили по дороге в лес, добровольно-принудительно позвав быть понятыми при следственных действиях.