Страница 17 из 81
Глава 11
Атмосфера в одной из многочисленных гостинных комнат была настолько напряжённая, что ее можно было резать ножом. Герцогиня сидела и, держа в своих изящных руках чашку с чаем, смотрела на меня с неприкрытым презрением. После переводила взгляд на блины.
В этом мире это считалось едой для прислуги, поэтому я, сама того не подозревая, унизила женщину настолько сильно, насколько могла. Вот просто ниже некуда!
Герцог взирал на это с полным безразличием. Ещё бы! Как только что выяснилось, нанятая экономка совершенно не экономила его деньги, увеличив себе жалование в пару-тройку раз! Поэтому экономка у него совсем скоро будет новая!
— И ты предлагаешь мне вот это есть? — поджались старческие губы, а я с гордостью отпила чай. Почему с гордостью? Я совершенно не испачкала платье! — Это же еда слуг! Сынок! — едва ли не плаксиво выдала она.
— Драгоценная моя! Ты не можешь не принять угощение от своей невесты! — выдал он с издевательской улыбкой и, взяв блин, быстро его съел, — Поэтому попробуй! Это — вкусно!
— Да как ты мог жениться на ней! — процедила герцогиня-мать, со звоном поставив чашку на стол! Все! Это — высшее проявление бешенства по этикету! Ужассс! — На этой… Безродной!
— Я уже говорил: мне не интересны твои претензии! — сухо ответил герцог, беря ещё один блин. Не мужик, а золото был бы, если бы меня не кошмарил! — Я имел право выбрать любую!
— Да ты же посмотри на нее! Ни вкуса…
— Ни цвета, ни запаха, — сухо вставила свои пять копеек, отпив ещё немного чаю. Даже интересно, как он мне ещё лезет после всего!
Пораженно подняв брови, герцог посмотрел на меня, как на восьмое чудо света! Эм… Эсми, я так понимаю, терпела выходки свекрови, да?
Святая девушка!
— Ты только посмотри на эту хамку! — пораженно воскликнула мать, в ответ на что герцог закрыл глаза ладонью и откинулся на спинку дивана, — Ты… Ты не имел права! Она недостойна нашей семьи!
— А можно меня тоже включить в обсуждение моей персоны? А то как-то нехорошо получается, по-хамски! — скривилась я, получив очередной взгляд-нож от свекровища. Господи, а я думала, что такие мамочки только в сериалах бывают!
— Ты посмотри! Она вообще возомнила себя здесь хозяйкой! — мамаша даже встала, ткнув в мою грудь своей тростью, но тут же села, ошарашенная словами сына.
— Она и есть тут хозяйка, драгоценная моя! — и столько было в этом яда, что я даже приоткрыла рот. Вот я не пойму, если он меня сейчас защищает, от, — родной! — матери, то почему потом меня унижает и чаи на голову льет⁈ Больной что-ли? Или как те, из дарк-романсов: люблю тебя, моя краса, я за тебя убью, я никому не дам тебе хамить и на тебя смотреть, а пока никто не видит сам тебя прибью⁈ Спасибо, мне только этого не хватало!
— Как может быть хозяйкой та, кто рождена служанкой? — холодно и со сталью процедило свекровище, от чего я закатила глаза. Магний бы ей пропить, честное слово! Нервная какая-то!
— Съешь и успокойся! — он пододвинул к ней тарелку с блинами, от чего женщина схватила ртом воздух.
Нет, я не могу, конечно, сказать, что меня полностью устраивало его поведение, все же так хамить матери непозволительно, однако, тот факт, что он встал на мою сторону слишком сильно тешил что-то внутри меня.
Биполярочка подоспела…
— Успокоиться⁈ — взвизгнула «драгоценная» так, что у меня чуть уши не заложило! — Да она… Она ни одно правило не соблюдает…
— Правила⁈ — громыхнул герцог, не выдержав. Острым будто лезвие взглядом он впился в лицо матери, — Ты говоришь о правилах⁈ Ты, которая по правилам примерной вдовы должна всю оставшуюся жизнь хранить память о почившем муже, но посмела приехать в мой! Мой замок, а ранее замок твоего мужа, моего отца! С любовником, которому сейчас готовят отдельную комнату! Ты… — а… Охренеть!
Не выдержав, я перевела ошалевший взгляд на эту женщину, что ни капельки не растерялась. Блин… Охренеть! Просто охренеть!
Я бы при таких раскладах тоже встала именно на сторону нелюбимого партнёра семейной жизни! Боже… Привести любовника в дом сына…
— Да, твоя мать не идеальна! — всплеснула она руками, смотря на сына абсолютно спокойно, из-за чего тот хрипло рассмеялся, — Я — женщина, прежде всего! И то, что твоя мама…
— Мама… Как-то поздно ты вспомнила о том, что ты — мать! — рявкнул он, встав во весь рост, — Мне больше мать та кормилица, на которую ты меня бросила! У меня был отец, который днями сидел в кабинете, разгребая документы, которых не мало! Потому что на нашем герцогстве западная граница, армия, хлебные поля! Потому что на его плечах была ты, которая проводила все время в столице, на балах и тратила его деньги на все подряд: королевские слуги, новые экипажи, дворцы в Столице, украшения, шляпки! У нас горы золота, но суммы, которые ты тратила на шляпки, повергали в шок даже его! И те единственные часы, которые он мог потратить на отдых, он тратил на меня и мое воспитание! На игры со мной! На обучение! А ты? Где была ты⁈ На очередном балу Его Величества⁈ А сейчас, когда отца не стало, ты вспомнила о том, что у тебя есть сын! Взрослый сын, привыкший обходиться без тебя⁈ Нет у меня родной матери!
Мне одной захотелось его сейчас пожалеть? Вот правда! Мама… Это же так важно! А он… Он был ее, фактически, лишён…
А ещё меня пугает тот факт, что с каждый днем я ищую все больше оправданий для него!
Хотя… Было видно, как эти слова ранили женщину. Пусть и слабо, но ранили.
— Как ты можешь так говорить? И вообще, ты, сынок, ничего не понимаешь! Вы оба с отцом хотели жить в этой глуши! Вы оба…
Скандал, на фоне которого я уже потерялась, неожиданно прекратил дворецкий, который вошёл с тихим стуком, сделал вид, что ничего не слышал и молча положил газету на стол. После также молча удалился, прикрыв за собой дверь.
— О, газета! — всплеснула руками герцогиня-мать, схватив ее со стола и сев. Закатив глаза, Эмильен просто сел обратно и съел очередной блин, после чего поднялся и резко вышел.
— Эсми, за мной, — сказал он неожиданно мягко на выходе, после чего я встала и, стараясь не шуршать юбкой, пошла к нему.
— Ты что-то хотел? — тихо спросила я, прикрыв дверь, искренне боясь того, что скандал продолжится. Странная семейка, конечно.
Подойдя к окну, Эмильен посмотрел вдаль, туда, где виднелась линия горизонта, скрытая за холмами.
— Эс, я попрошу об одном: не переезжай. Во-первых я очень за тебя боюсь! Правда! Я… Я не хочу, чтобы ты пострадала. А во-вторых: она просто продолжит. Скажет: «Я же говорила, что у вас с ней не сложится…». А я не хочу. Я…