Сияние магии

— Тогда я предлагаю отсюда и начать. Если у тебя есть вопросы, пожалуйста, задавай их. Мы все, – он снова взглянул на Дилана, – хотим тебе помочь.

— Ладно.

— Что ж, начнем сначала.

Кестон протараторил историю Артаги, которую мне уже рассказывал Саво. Несмотря на то что я слушала ее во второй раз, пугала она по-прежнему. Тем более что в изложении нашего преподавателя появилось чуть больше подробностей.

— Так как Сетария была младшей дочерью, ей приходилось подчиняться Куру, и она тайком собрала собственную армию. Со временем Сетария находила все больше последователей, которые разделяли ее мнение, что люди представляют угрозу и от них нужно избавиться. Сетария убила сестру, заняла ее место и наконец-то претворила свой план в жизнь.

Я бесшумно выдохнула. В легенде, которую мне рассказывала мама, говорилось, что Сетария погрузила королеву Куру в вечный сон. Я впервые услышала, что она убила собственную сестру.

— Ноксы, которые отныне называли себя последователями Сетарии, – продолжал Кестон, – начали проводить эксперименты, используя магию теней и тьмы, и сплетать проклятия, чтобы овладеть силой семи морей. Той божественной мощью, которая является источником наших собственных способностей. Именно поэтому вмешиваться в нее было строго запрещено – слишком велик риск нарушения природного баланса. Однако они не считались с этим. Достигнув успеха, Сетария направила бесчисленное количество энергии в трезубец Посейдона, украденный из святилища морского божества. Бури, течения, морские чудовища – все в одночасье подчинилось ее воле. Как бы мало об этом ни говорилось сегодня в учебниках истории, последствия были весьма ощутимыми.

— Почему никто не вмешался? Как так вышло, что Посейдон ничего не сделал? – спросила я.

— Когда ноксы овладели силой семи морей, Посейдон исчез. Никто не знает куда: все попытки его найти были напрасными. Похоже, он использовал остатки своих сил, чтобы скрыться от всего мира.

— Трус, – пробормотала я, и мне было плевать, что речь идет о боге, ведь это была трусость. – А как же Вечная королева? Сетария спокойно убивает сестру, и никто ее за это не привлек к ответственности.

— Жители Артаги не знали, что ее убила Сетария, – ответила Пенни. – Она отравила Куру, но так, что все думали, будто та заболела.

— Папа говорил, что Сетария заколола Куру во сне, – отметил Карлос.

— Возможно, твой папа хотел, чтобы тебе начали сниться кошмары. Подумай об этом, – бросил Пенн.

— Источники дают не очень внятную информацию, – ответил Кестон. – Эта версия встречается чаще всего, поэтому сегодня мы ею и ограничимся. Как бы там ни было, Сетария была королевой и принимала решения. Народ Артаги верил ей.

— И когда они заметили, что что-то не так? – спросила я.

— Очень скоро. Многие недооценили силу трезубца, а Сетария не знала пощады. Огромные цунами уничтожали целые земли, ураганы разрушали города до основания, а море превратилось в ужасное место, полное существ из глубин: кракенов и левиафанов. Некоторые артагианцы начали задавать вопросы, и ноксам это не понравилось. Они не хотели, чтобы кто-то сомневался в королеве, поэтому заставили замолчать всех, кто посмел высказать свое мнение. В итоге между сиренами разгорелась жестокая война, унесшая множество жизней. Не зря это время называют эпохой багрового моря.

Несмотря на огонь в камине, мне стало очень холодно. Багровое море. Кровавое. И я догадывалась, что это не метафора.

— Сетария уничтожила больше половины стаи, ради которой она когда-то начала войну. Артагианцы были слишком слабы и не могли ей ничего противопоставить. Колдер Эвиан, предок нашего теперешнего короля, понимал, что стая должна справиться с королевой другим способом. Нужно было как-то остановить ноксов, даже если это означало, что снова придется вмешаться в природный баланс и заплатить за это свою цену. С горсткой сирен он начал создавать клятву, чтобы с ее помощью наложить печать на силу семи морей. В конце концов осталось шесть членов из самых могущественных семей Артаги. Все они обладали необыкновенными способностями. Солары чувствуют жару и холод. – Кестон посмотрел на Скарлетт. – Холдеры управляют составом воды. – Карлос. – Шарпы обладают ремесленными навыками. – Пенни. – Ловетты связывают различные энергетические нити и управляют ими. – Дилан. – Эвианы – мастера защитных печатей. – Пенн. А потом он посмотрел на меня. – И Сиборны. Магия печати в самом конце текла сквозь них и объединяла всех участников. Эти шесть семей образовали союз, отобрав у ноксов могущество и оставив после себя столько силы, что природный баланс устоял. Но ноксам этого не хватило, и они не смогли больше злоупотреблять магией.

— Нам и в самом деле обязательно все это сейчас разжевывать? – спросил Дилан, проводя ладонью по коротким волосам. – Я думал, что она будет ходить к тебе на индивидуальные уроки.

— Какое у тебя сегодня хорошее настроение, – заметил Пенн.

— Еще бы, – проворчал белобрысый. – Круглые сутки только о ритуале и говорим. Простите, но я уже не могу об этом слышать.

— То есть ты ждешь, что я извинюсь?

— Передо мной? Да нет. Но я знаю, перед кем тебе бы стоило..

— Э-э-э, никто не против, если я спою клятву? – тихо перебила Скарлетт словесную перепалку. – Думаю, Реган не помешает послушать. Ты ведь ее еще не знаешь?

— Нет. – Я покачала головой.

— Спасибо, Скарлетт, – вздохнул наш преподаватель, взглядом призывая парней взять себя в руки.

Скарлетт кивнула, встала и расправила плечи. Потом она запела:

Отзвучала последняя строчка, и Скарлетт опять села на место. Вдруг наступила полная тишина, хотя слова продолжали звучать в моей душе громовыми раскатами. Песня казалась прекрасной и хорошо знакомой.

Оказывается, я знала клятву. Или, вернее сказать, ее мотив. Именно его напевала мне мама в детстве перед сном.

— Ты не знала, что слова ритуала поются, да? – насмешливо прошептал мне на ухо Карлос, который явно думал, что именно из-за этого я уставилась в пустоту.

— Нет, – призналась я, откидываясь на спинку кресла.

— Ритуал проводится каждые одиннадцать лет, в восьмое полнолуние года, которое в этом году выпадает на двадцать пятое августа. Чтобы он прошел успешно, вы все должны перевоплотиться, приняв первозданную форму сирены, объединить свою силу с магией остальных и влить ее в печать.

Я поперхнулась.

— Мне нужно перевоплотиться в сирену?

Сердце бешено забилось. Я огляделась: остальных, похоже, это не пугало.