Пустыня смерти

Глава IV. Лагерь «Сыны песков»

Кто бы мог подумать, что именно в Та-Дешрет Ифе удастся выспаться? Она точно не могла. И всё же это произошло. Никакие сны, никакие голоса или видения не тревожили её сон – оставался только звон. Равномерный и уже ставший убаюкивающим.

— Доброго пробуждения!

Ифе медленно открыла глаза и взглянула на вошедшую в палатку Эту.

— Доброе утро..

— Солнца в Та-Дешрет не видно никогда. Что утро, что нет – всё едино, главное – проснуться. Оттого мы здесь и желаем доброго пробуждения.

Девушка потёрла глаза, заставляя себя окончательно скинуть остатки сна. «Я что, не дождалась? Не встретила?!» Подскочив на топчане, Ифе пропищала:

— А мои спутники?! Они уже пришли? С ними всё хорошо?

— Пришли-пришли и уже говорят с Барути, – ухмыльнулась Эта. – Я научу тебя мыться по-нашему, а потом провожу к ним.

— По-вашему? – не поняла Ифе.

— Барути, конечно, принёс новые запасы воды, но она нужна для питья и слишком ценна, чтобы тратить на тело, так что мы очищаемся песком.

Рядом с Этой Ифе не чувствовала никакого неприятного запаха пота или немытого тела. Более того, её собеседница выглядела даже более опрятной, чем многие жители того же Города Столбов. Кожа Эты казалась гладкой и ухоженной.

— Но как?.. Песок – это ведь то же, что грязь.

— О, нет! Песок – это крупицы мироздания. Если принять его таким, какой он есть, песок станет верным союзником.

Несмотря на странные слова Эты, Ифе всё-таки поднялась на ноги и последовала за женщиной к выходу из палатки.

* * *

— Вот так, правильно. Сильно не дави: твоя кожа к такому не привыкла – не стоит её травмировать.

Следуя примеру Эты, в отдалении от лагеря Ифе обтиралась столь ненавистным песком.

— Я и правда чувствую себя чище! – удивлённо пробормотала она.

— Говорю же, песок – друг, если знать, как с ним управляться. Но если вы задержитесь тут, то в твои лунные дни можно будет пользоваться и водой. Для женщин тут делают такое исключение.

— Лунные дни?..

— Регулы.

Поймав ещё более удивлённый взгляд Ифе, Эта окинула её внимательным взглядом.

— Ты кровишь хоть раз от новой до старой луны?

— Я.. я не совсем понимаю..

— О боги, девочка! Сколько тебе лет?

— Я точно не знаю..

Эта с беспокойством прижала ладонь ко рту.

— У тебя была мать? Сестра или подруга, кто-то, кто рассказывал о женском теле?

— Н-не уверена.

— Ясно. Так.. выглядишь ты лет на двадцать. Может, чуть больше. Неужели ты ни разу не чувствовала боль внизу живота, не замечала следы крови между ногами?

— С тех пор как я.. – Поняв, что чуть не сказала «возродилась», аментет быстро исправилась: – я теряла память, с тех пор, как это произошло, ничего подобного не чувствовала.

— Это было больше луны назад?

— Думаю, да.

Женщина нежно взяла Ифе за руку.

— Я тебя поняла. А сейчас попрошу послушать меня внимательно.

Эта рассказала аментет всё, что девушке нужно было знать о собственном теле. Новые знания казались просто давно забытыми, но кто именно рассказывал их прежде, Ифе вспомнить не могла.

— У многих женщин в Та-Дешрет регулы наступают позже или долгое время не наступают вовсе. Недостаток еды, воды и тяжёлые испытания природы влияют на тела.

«А ведь я ещё и умирала, была в Дуате – это наверняка сказалось на здоровье».

— Кроме того, регулы останавливаются, когда женщина обретает под сердцем дитя. Это может произойти, если в твоё тело попадает мужское семя.

Смутно поняв, что имеет в виду её спасительница, Ифе подумала, что в её случае это было невозможно, ведь она ни с кем не вступала в подобную связь.

— Такое.. можно исключить.

— Долгое отсутствие регул может привести к тому, что ты вообще не сможешь зачать. Прости за вопрос, но ты хочешь иметь детей?

— Я не думала об этом серьёзно, но мне кажется, что когда-нибудь я хотела бы стать матерью. – Ифе не знала, что стало причиной такой уверенности, но понимала, что это правда.

— Если регулы так и не начнутся, а я буду поблизости, то приготовлю тебе несколько отваров, помогающих в таких случаях. Неважно, какие у тебя планы на будущее, – о своём здоровье нужно заботиться всегда.

— Спасибо.

— Не за что, Ифе. Пойдём, думаю, у Барути тебя все уже заждались.

Обойдя следом за Этой несколько палаток, Ифе увидела своих спутников, сидящих у костра. Анубис, Сет, Кейфл и Амт о чём-то тихо говорили с взрослым загорелым мужчиной. Атсу среди них не было.

Эта шепнула Ифе на ухо:

— Вот и Барути. Я пойду, у меня много дел.

Больше не говоря ни слова, женщина скрылась в одной из палаток.

Ифе шагнула вперёд, и мужчина, которого Эта назвала Барути, поднял на неё взгляд.

— А вот и ваша подруга!

Амт обернулась и, быстро вскочив на ноги, бросилась к ней.

— Ифе! Я так рада, что ты жива!

— Вы правда здесь! – всхлипнула аментет.

Вслед за Амт к ней подошли Анубис и Кейфл. Сет же просто кивнул.

— Прости.. Там у разлома.. Мы ничего не могли сделать, – сдавленно пробормотал бледный фараон.

— Я понимаю. Всё хорошо.

Казалось, мужчины были с ней не согласны, и у обоих на лице застыла маска злости. Злились они, очевидно, на самих себя, и именно это не дало им коснуться руки Ифе или обнять её, как оба того хотели.

— А где Атсу? – спросила аментет, с тревогой оглядываясь.

— Он говорил с людьми в лагере, а затем пошёл за супом для тебя и Рами. Так что скоро придёт. – Амт коротко кивнула в сторону Кейфла.

«Значит, фараон представился вымышленным именем. Надо запомнить, чтобы не назвать иначе, – поняла Ифе. – И прислушаться, как назовут Анубиса, Сета и Амт».

Барути, внимательно следивший за приветствиями новичков лагеря, наконец заговорил.

— Твоим спутникам, кроме одного, который бродит где-то в лагере, я уже представился. Меня зовут Барути.

— Я – Ифе.

— Любовь, значит. Красивое имя. Редкое. Я слышал, ты ещё упомянула близнеца.

— Простите?

— Атсу, – пояснил Барути. – Тот самый, пока не знакомый мне новичок в лагере. Это имя ведь означает близнец.

— Наверное.. Честно говоря, не задумывалась об этом.

Кейфл прочистил горло и тихо произнёс:

— Вы интересуетесь истоками имён?

— Немного. Какое-то время я провёл прикованным к постели, и в моём распоряжении был всего один папирус – про имена.

Что-то странное было в словах и тоне главы лагеря «Сыны Песков». Что-то неправильное. Ифе не могла точно сказать, откуда у неё возникла эта мысль, но почему-то она звучала голосом Эты.

— Спасибо, что приютили нас, – неуверенно сказала девушка, пытаясь разобраться с вопящей интуицией.