Страница 41 из 75
Глава 26.
Качели во дворе скрипели ритмично и даже как-то музыкально. Старые, деревянные, отцовские еще, чудом пережившие все наши беды и переезды. Зося требовала раскачать ее "до самого неба", что на практике означало "пока веревки не затрещат", Ева делала вид, что она слишком взрослая для качелей, но качалась с не меньшим энтузиазмом.
Я толкала их по очереди и смеялась - просто так, без причины, от теплого воздуха и запаха черемухи и от того, что сегодня никуда не надо торопиться и можно стоять здесь, босиком на теплой земле, быть растрепанной и не зажатой корсетом.
Это было хорошо. Настолько чудесно, что я почти забыла про квитанцию на столе лорда, чемодан в углу своей комнаты и про то, что завтра надо думать, что делать дальше. Ну почти забыла... Была в моей сегодняшней веселости немного нервозная нотка... я все же ждала, что мой план сработает. А лично меня ожидание всегда ужасно истощало. Я предпочла бы огород вскопать и перестирать руками постельное белье за полгода, чем вот так вот ерзать на нервных клетках.
- А теперь, кто последний забежит в дом, тот моет посуду! - завопила Зося, спрыгнув с качелей на ходу, что категорически запрещалось и каждый раз неизменно происходило. - Каро, бегом, кто первый!
- Ты упадешь, - сказала Ева, приподнимая подол с видом человека, который сейчас тоже побежит.
Мы выбежали из-за угла все трое - растрепанные, смеющиеся, наступая друг другу на пятки, и я едва не налетела на Еву, которая вдруг резко остановилась.
- Каро, - сказала она странным голосом.
Я посмотрела на сестричку, а потом туда, куда она показывала пальцем. У низкого зеленого заборчика стоял сам лорд Родерик Корвэн.
Я замерла. Вроде, и ждала этого, но в то же время, как-то неожиданно все произошло. Предполагалось, что он кого-то пришлет. Но нет же… пришел сам. И не жаль ему сапоги свои дорогущие бить по нашему бездорожью?
Я на всякий случай моргнула. Но нет, лорд никуда не делся, стоял в двух шагах от нашего двора, в темном камзоле с тростью в руке, прямой и важный, как всегда. Только взгляд был совсем не такой, как обычно. Не холодный, не отстраненный, не тот острый профессиональный взгляд, которым он читал людей, как документы.
А обжигающий, тяжелый, совершенно откровенный, даже я бы сказала – раздевающий, от неожиданности я не сразу нашлась, что с этим делать. Просто стояла и смотрела, как он медленно скользит взглядом по всему моему телу, словно рукой гладит. Растрепанные волосы, короткое домашнее платье, голые руки, мгновенно покрывшиеся гусиной кожей, и ноги без чулок и туфель. Даже стопы мои обсмотрел. Все так же медленно и тщательно.
Руки его лежали на верхней планке заборчика. Пальцы сжались, я видела, как побелели костяшки. Лорд был так напряжён, что, казалось, воздух вокруг него звенел. А еще… я немного волновалась, что хозяин имения нам сейчас забор развалит.
- Зося, Ева, - сказала я, не отводя взгляда от лорда. - Идите в дом.
- Но мы же... - начала Зося.
- В дом, - повторила я спокойно.
Сестры переглянулись. Ева взяла Зосю за руку, и они ушли. И я знала, что как только неугомонные девчонки забегут в дом, сразу же прилипнут носами к окну.
Я запоздало одернула юбку. Поправила волосы – тоже совершенно бесполезный жест, они все равно торчали крутыми пружинками в разные стороны. Подошла к заборчику.
Вблизи было хуже.
Или лучше, в зависимости от того, с какой стороны смотреть. Лорд смотрел на меня в упор и во взгляде было что-то такое откровенное, такое неприкрытое и голодное, что у меня на секунду перехватило дыхание. Потом я вспомнила, что умею дышать, и выдохнула.
- Зачем вы пришли? – спросила. - Решили проверить, не украла ли я что-нибудь из вашего добра? Желаете дом обыскать?
Вопрос вышел именно таким язвительным, как я и хотела. Нужно было как-то сбросить с себя странное ощущение нереальности происходящего. И ядовитые слова подойдут лучше всего в таких случаях.
Что-то в лице лорда изменилось. Напряжение в мужском теле отпустило. Сильные пальцы на заборчике разжались, а руки опустились. Он выпрямился, хотя куда уж прямее.
- Нет, - сказал лорд. И голос у него был привычно ровным. - Я пришел сказать, что был неправ.
Я смотрела на него.
- С письмами, - добавил он, словно уточнение было необходимо. - Я поспешил с выводами.
Не извинился. Нет, это было бы уже совсем не похоже на него. Но признал неправоту. Прямо, без обиняков, глядя мне в глаза, и я подумала, что для этого человека подобное признание, наверное, стоило немалых усилий.
- И? – вопросительно приподняла бровь, совершенно не собираясь упрощать лорду ситуацию.
- И я хотел бы, чтобы вы вернулись. На прежнюю должность.
Я помолчала. Только смотрела на него, но не в глаза. А так… в общем, на фигуру.
- Жалование, - сказала.
Бровь лорда едва заметно дрогнула.
- Что - жалование?
- Вдвое больше прежнего, - сказала я спокойно. – Это будет мне компенсацией за всю ту ложь и несправедливость, что я вытерпела в благодарность за свой труд.
Пауза вышла короткой, но выразительной. В светлых серо-зеленых глазах мелькнуло что-то… удивление? Нет, скорее даже изумление. Лорд не ожидал от меня подобной наглости?
- Хорошо, - произнес он наконец.
- Тогда завтра в девять я буду, - сказала. – Всего хорошего, лорд Корвэн.
Не дожидаясь, пока он ответит, или собирется уходить, развернулась и пошла к крыльцу. Не торопясь, ровным шагом. Спиной чувствовала его взгляд - тяжелый, неотрывный, такой, что казалось, он оставляет след на коже сквозь тонкую ткань платья.
На ступеньках я не выдержала. Обернулась.
Он стоял там же, у заборчика. И смотрел. Не на мое лицо, не в глаза. Ниже. На босые ноги, на щиколотки, на подол платья, который чуть колыхался от теплого ветра. И выражение его лица было таким, что я вдруг совершенно отчетливо представила, о чем именно он думает.
В ответ на эту мысль, горячая волна прошла от пяток до кончиков ушей.
Он поднял взгляд, поймал мой. Секунду смотрел прямо на меня. Потом коротко, почти неуловимо кивнул. Развернулся и пошёл прочь по улице - прямой, спокойный, с тростью, как будто ничего не было.
Я смотрела ему в спину. Потом засмеялась.
Тихо, прикрыв рот ладошкой. Все получилось! Ну что, Каролина Вотерли, ты прямо стратег, не иначе.
Завтра в девять… И… надо бы еще вяленого мяса купить. Того самого… солененького. Для собачки.