Страница 8 из 14
Меня снова сковал страх, но прямо посреди нахлынувшей паники в голове вкрадчивым ядом опять прозвучал голос Кукловода. «Митея, не забывай, чьи жизни на кону» — отчетливо произнес Рейздан. Я испуганно начала осматриваться по сторонам, крутя головой, но вокруг простирались лишь деревья, кусты, яркие цветы и пустые поляны. Самого Лорда Целестии нигде не было. Рассудок плавился от непонимания, как именно он умудрялся контролировать мысли на таком огромном расстоянии.
Крупный ивериец подвел меня к своему коню, без церемоний обхватил за талию и легко закинул в седло.
Я послушно устроилась впереди, стараясь не делать резких движений. Стражник мгновенно запрыгнул следом, садясь позади меня, и уверенно протянул свои руки вперед, чтобы перехватить кожаные поводья. Меня сильно передернуло от его пугающей физической близости. Все эти пограничные воины Соляриса были широкоплечими, высокими, со светлыми волосами и ясными глазами. На фоне этого громилы я казалась совсем крошечной, хрупкой и беззащитной девчонкой из трущоб.
Лошадь рывком двинулась с места, срываясь в стремительный галоп по направлению к горизонту.
Взгляд был намертво прикован к приближающемуся городу, чьи шпили ослепительно горели под лучами солнца. Внутри крепло четкое понимание: встреча с Лордом Альтаресом точно не пройдет легко, и мне придется собрать всю волю в кулак, чтобы выжить. Рассудок упрямо подкинул странную мысль. Если бы не своевременное ментальное вмешательство Рейздана, эти похотливые солдаты прямо сейчас сделали бы со мной самые ужасные вещи.
Неужели этот страшный человек действительно волновался за мою безопасность и тайно помог справиться со страхом?
Ответ пришел незамедлительно, выжигая остатки надежды. Конечно же, нет. Ему это было выгодно, ведь моё появление во дворце Соляриса являлось главным условием его плана. Но зачем именно Кукловоду понадобился этот шпионаж? Рейздан ничего не объяснил, оставив меня в полном неведении. Было очевидно, что сейчас ему невыгодно раскрывать свои карты. Он будет молча ждать, пока я обоснуюсь в Вечном Зените и прочно войду в доверие к Лорду, и только после этого выставит свои новые требования.
Пока мысли сменяли друг друга, всадники уже приближались к замку, искусно объехав город по боковой широкой дороге.
Впереди во всем величии вырос белоснежный дворец Соляриса.
Монументальные стены из белоснежного мрамора ослепительно искрились на свету, а острые тонкие шпили уходили прямо в раскаленное солнце Вечного Зенита. Огромные круглые колонны у главного входа были щедро покрыты яркой позолотой, которая буквально пылала под золотистыми лучами. Вокруг этого мраморного исполина раскинулись роскошные сады, заполненные невиданными цветущими деревьями с пышной глянцевой листвой и аккуратными террасами. Пейзаж поражал своим богатством, но в сердце по-прежнему царил холод.
Лошадь командира замедлила бег, переходя на мерный шаг перед высокими воротами.
Ворота со звонким металлическим щелчком распахнулись, пропуская всадников внутрь парадного двора. Лошадь затормозила у подножия широкой лестницы, ведущей прямо к главным дверям. Ивериец ловко слез на плиты, повернулся ко мне и уверенно обхватил за талию. Опустив меня на землю, он поправил тяжелые ножны на бедре и бросил:
— Иди за мной.
Я молча двинулась следом, переставляя ватные от напряжения ноги по ступеням.
Все последующие минуты превратились в сплошной размытый туман, сквозь который с трудом пробивалась реальность. Страх и паника окончательно захватили сознание, мешая здраво мыслить. Внутренности сковал озноб от тяжелых воспоминаний: в Гнили про Высших Лордов всегда ходили самые страшные, леденящие кровь слухи. Их считали безжалостными чудовищами, не знающими пощады. Стоит Лорду понять, что я лгу и исполняю чужую волю, и меня убьют на месте прямо на этих чистых мраморных плитах.
Конвой уверенно вел меня по просторным коридорам дворца Соляриса. Я невольно оглядывалась по сторонам.
Окружающая обстановка поражала воображение своей невероятной роскошью. Я никогда в жизни не видела подобных мест. Огромные коридоры были залиты ярким светом, струящимся из высоких панорамных окон. Стены украшали живописные картины в рамах, а в нишах застыли изящные золотые статуи древних воинов. Повсюду стояли вазоны с невиданными цветами, наполняющими воздух сладким ароматом. Шедший впереди командир то и дело оборачивался, бдительно проверяя, не собираюсь ли я сбежать.
Вскоре впереди показалась двустворчатая дверь, возле которой замерли двое личных гвардейцев.
Проводник остановился у порога, вытянулся по струнке и обратился к караулу:
— Доложите Лорду Альтаресу. Мы обнаружили полукровку. Она требует встречи.
Гвардейцы Соляриса удивленно переглянулись, мгновенно меняясь в лице при упоминании Излома. Один из них кивнул, развернулся и быстро зашел внутрь, плотно притворив за собой створку.
Я прикрыла глаза, сжимая зубы и тщетно пытаясь унять крупную дрожь в теле. Мысленно приказала себе успокоиться, собирая последние крохи воли в кулак. «Все будет хорошо, — повторяла я про себя, заставляя панику отступить. — Ты справишься, Митея. Ты обещала Амире и Талии быть сильной. Ради их спасения ты обязана выстоять». Данная клятва в клетке Гнили должна была стать щитом.
Тяжелая створка снова бесшумно приоткрылась, и вернувшийся гвардеец произнес:
— Проходи.
Командир конвоя слегка подтолкнул меня в спину, вынуждая сделать шаг вперед. Я пересекла порог и оказалась внутри тронного зала, который буквально слепил глаза своим белоснежным сиянием. В самом центре этого огромного пространства возвышался трон. Посмотрев на сидящего на нем мужчину, я мгновенно остановилась как вкопанная, не в силах сделать больше ни одного движения от сковавшего меня шока.
Лорд восседал на троне, лениво опершись локтем о подлокотник. Это был истинный воин — высокий, с невероятно широкими плечами, острыми скулами и волевым подбородком. На нем была простая светлая рубашка и темные брюки, но эта обычная одежда ничуть не умаляла его пугающего величия. Его ясные голубые глаза, в которых сейчас отчетливо мелькали золотые искры магии Соляриса, буквально пожирали меня взглядом, изучая каждую деталь моего лица.
— Подойди, — скомандовал он.
Голос правителя оказался грубоватым, властным и настолько сильным, что мое сердце мгновенно застучало у самого горла, совершая бешеный кувырок.