Страница 3 из 103
Принцесса снова вздрогнула. Герцогство мурен. Страж скалистых Неприветливых островов. Самые южные земли королевства, узкими змеящимися фьордами вдающиеся в Ядовитое море, за которым – земля Огня, край демонов. Пограничье. Именно им владел и его хранил жуткий Ширан. Герцог мурен. Ирис однажды видела мурену. Когда была ребёнком, в аквариуме Первого советника, любителя океанических редкостей. Принцессе потом долго снилось, что она убегает от зубастой твари, извивающейся, точно змея. И ещё эти глаза… мёртвые. Как у Ширана. Точно – герцог-мурена.
– Нужен мне твой Ширан. Это тебе с ним разбираться, когда королём станешь. Я-то слиняю замуж к пушистым ирбисам.
Эйв хмыкнул, растрепал свои тёмные, как у сестры, волосы. Астор прошёл в комнату. Долговязый, длинноногий и узкоплечий, он ходил, словно кукла, собранная на шарниры. Тёмно-зелёный мундир артиллерийских войск лишь подчёркивал худобу среднего принца.
– Нас прислал отец. Поговорить, – сказал прямо и осторожно опустился в свободное третье кресло, предварительно убедившись, что там ничего не лежит. Завёл упавшую на лицо прядь гладких белых волос за немного оттопыренное ухо. – Свадьба состоится раньше намеченного срока. А завтра в обед ты отбываешь на Варгово озеро.
– С чего это? – Ирис нахмурилась, тряхнула головой, попыталась сдуть волосинку, зацепившуюся за ресницы.
Её единственная гордость – густючие, загнутые кверху. Белобрысый пухляш Дайн, встав за спинку кресла Эйва, гордо заявил:
– С того, что это приказ короля. Тебе этого недостаточно?!
– Где-то комар пищит. Кажется, с вами залетел, – съязвила принцесса.
– Думаю, ты это можешь спросить у отца, – уклонился от ответа Астор.
– Ну да, конечно. Так-то он меня три дня видеть не хочет, а уезжать, как вы говорите, надо завтра.
Братья переглянулись.
– Лето ж, душно в столице, – мягко улыбнулся Эйв. – На Варговом озере сейчас свежо и розы цветут. Почему нет, Ирис?
Принцессе вспомнился белоснежный дворец в королевской резиденции на озере, огромном, гладком, точно стекло, казавшемся упавшим куском неба. С одной стороны – леса, еловые, сосновые, с другой – снежные горы. А ещё Варгово озеро находилось почти на границе с Барсовым королевством.
– Ты там столько пейзажей нарисуешь! – продолжал соблазнять наследник.
– Я и здесь могу…
– Да, но там намного интереснее: скалы, валуны, мхи… Один дворец Белой волчицы чего стоит.
Ирис хмуро смотрела на братьев, постукивая каблучком атласной туфельки.
– А вы со мной едете?
– Дайн поедет.
– А ты?
– Я потом приеду, – рассмеялся Эйв, заблестев крупными белоснежными зубами. – Но позже. Сначала тут кое-что закончу. Да не смотри ты так на меня! Была бы жива Лили, мы бы уехали ещё в конце апреля, ну.
Он спрыгнул, подошёл к сестре, присел рядом на стол, вытянув одну ногу до пола, а вторую согнув, и сделал указательным пальцем «бип» по носу девушки.
– И на сколько дней сдвигается свадьба? – хмуро уточнила Ирис.
Она не могла понять, что происходит. Что-то было не так. По Эйву сказать невозможно – старший всегда был таким развязным. Проиграть ночь в карты, а утром проспать весь королевский совет в кабинете отца, не реагируя на грозные взгляды монарха, делегировать среднему брату королевские поручения – в этом весь наследник. А уж про амурные похождения старшего принца гудела вся столица. Вот и сейчас в двухцветных – синих по окружности и жёлтых у зрачка – глазах брата не отражалось ничего, кроме привычной безмятежности. Но Астор…
Астор лгать не умел. В его серых глазах царили тревога и сосредоточенность. Что-то происходило, что-то, что от неё, Ирис, скрывают. Принцесса оглянулась на Дайна, но судя по круглым глупым глазам мелкого, он тоже не понимал решительно ничего и даже не догадывался, что чего-то не знает. Индюк.
– Ну-у-у – Эйв поднял чёрные красивые брови, – к осени ты уже будешь жить в Пурпурном дворце барсов.
– Как осенью?
– Строго говоря, не осенью, – поправил Астор брата. – В августе.
– Через три месяца? – Ирис захлопала глазами.
– Через два и три дня.
– В начале августа? В начале? – принцесса вскочила, принялась судорожно запихивать карандаши в расшитый оленями пенал. – Вы все с ума сошли? Как это возможно? Должен пройти год траура! И мне нет девятнадцати, это противозаконно! Это…
Эйв вздохнул, встал, обнял сестру, чмокнул в макушку:
– Перестань. Ну, Ри-ри. Хватит. Свадьба назначена на третье августа, но, естественно, Кьяр не коснётся тебя до совершеннолетия. Ты чего? Не извращенец же он, в самом деле. Милаха, конечно, но они не всегда бывают распутниками.
Она вырвалась и гневно уставилась в его добродушное лицо:
– Вы все меня ненавидите! Вы хотите меня сплавить как можно скорее! Не к муренам, так барсам!
Братья вновь переглянулись, Астор, морщась, потёр переносицу – он был близорук, и глаза быстро утомлялись – и произнёс:
– Ирис, ты всё неверно понимаешь…
– Никуда я не поеду! – она скрестила руки на груди, кусая губы, чтобы не расплакаться от злости. – Пусть Дайн едет. Я, может, последние два месяца с семьёй побыть хочу. Раз уж вы меня замуж отправляете. Принцесса я или кто?!
– Принцессы так себя не ведут, – важно изрёк Дайн.
Ирис швырнула в братика подушечкой с кресла.
– Принцы не бывают такими жирными!
– Ирис! – воскликнули старшие братья хором. Дайн захныкал.
Девушка шумно вдохнула, натянула улыбку, переборщила и почти оскалилась:
– Не смею вас задерживать. Доброй ночи, Ваши Высочества. Была бы рада вас принять подольше, но время уже неприличное, – зевнула, прикрыв рот ладошкой, – и перед дальней дорогой мне нужно отоспаться.
Сухо поклонившись, Астор взял Дайна за руку и вышел. Младший успел обернуться и показать язык, угрожающим жестом постучав себя кулачком по правой груди. Свинтус.
Наследник задержался. Прислонился широким плечом к косяку, усмехнулся.
– Ты это… Ирис, брось голову засорять глупостями. Никто тебя сплавить не хочет никуда. Отец сердится, но это ненадолго, клянусь. И просто поверь: так надо. Ну и да, выспись как следует.