Страница 14 из 50
Светлое лицо матери, её чудесные глаза и слезы, бегущие по худому, точёному лицу. Я, ревущая во весь голос; Элладан и Элрохир с мрачными, опустошенными взглядами; Арвен, чьи руки тряслись от страха; и отец. Отец, в глазах которого читалась боль…
Это из-за орков — из-за этих изуродованных порождений Мелькора! — я лишилась матери! Они поплатятся! За все поплатятся!
Стиснув зубы, я поднялась, сжала в руках клинки и гордо вскинула подбородок. Орк оторвался от Дубощита, грозно и с неподдельным интересом оглядывая меня. Дьявольский смех Азога разразился точно гром. По левую сторону от меня вырос Гиллиан. Его, как и у Осквернителя, надменный взгляд устремился прямо к орку, заставив его азартно оскалиться. По правую сторону оказался хоббит — наш храбрый хоббит.
Осквернитель гоготнул, приказав что-то своему варгу, и тот незамедлительно впился зубами в обмякшее тело Дубощита. Хриплый крик Торина резал уши. Зверь сильнее стиснул пасть, а затем отбросил гнома в сторону. Бильбо бросился вперёд. Не теряя ни минуты, мы ринулись за ним. Гномы, обретя силы, поспешили на помощь своему королю.
Битва в огне — не на жизнь, а на смерть.
И вновь меня окружали вопли, страшные, изуродованные, смертельные. Вновь мои глаза видели кровь, смолисто-черную, но кровь. Снова лязг и звон орудий, снова рев и смерть.Вокруг лишь смерть.И виной этому Азог Осквернитель — преемник смерти.Оннесет её в себе. Иегосмерть очистит этот мир от грязи.
Бледный орк, шипя и скалясь, медленно приближался к Бильбо, отчаянно махавшему своим горящим клинком, защищая Торина. Его отважные глаза дрожали. Но орка лишь забавлял маленький воин.
Я присела на корточки, крадясь к Азогу. Сзади его ничто не защищало, а значит, я могла нанести ему смертельный удар. Прикончить его за мою мать… За Торина, за Бильбо, за всех пострадавших, за всех лишившихся жизни. Орк победно возвышался над хоббитом, готовый занести над его головой булаву. Палач, что убивает ради удовольствия. Но не в этот раз.
Подобравшись достаточно близко, я взмыла в воздух, целясь прямо в затылок орка. Но месть, движущая мной ранее, сменилась ужасом, когда бледный орк, резко развернувшись всем корпусом, нанес роковой удар прямо в грудь, отчего я забыла как дышать. В глазах потемнело, и, пав наземь, я не смогла даже закашлять — вот она, сила Бледного орка.
Смертельная сила.
Азог подошёл ко мне, яростно рыча, схватил за загривок своей гигантской рукой и приблизился к моему лицу. Я зажмурилась, не в силах даже закричать от боли. В груди щемило — кажется, переломаны все рёбра. Наконец разлепив глаза, я узрела два алмаза, злобных, хищных, прожигающих насквозь. Они вынуждали слабеть, ощущать себя ничтожеством пред этим монстром…
— Священная Эриан, — прошептал он грубо. — Неужто это ты, та самая Владычица природы?
Все что мне удалось — хрипло вздохнуть.
— Докажи мне, что это ты, — он вновь зарычал, — иначе я убью всех вас!
Я ничего не понимала. Почему он назвал меня Владычицей природы?.. Почему просил доказать ему это? Ведь я даже не знаю как! Ведь я не она… Но если я скажу ему правду, он без промедления убьет и меня, и Торина, и храброго хоббита Бильбо…
Я покачала головой и сипло выдавила:
— Не дождешься…
Орк ухмыльнулся и сощурился. Не отрывая от меня лукавого взора, Осквернитель провел по моему лицу своей рукой-пикой, спуская ниже, слабо надавливая, играясь. Он опустился к бедрам, легко коснулся ушиба и, заметив моё болезненное шипение, вонзил острие и рявкнул:
— Покажи мне свой дар! — Он покрутил острие и сильнее надавил на рану. Я раскрыла рот в немом вскрике.
— Отпусти её! — Грозный голос эллона раскатисто прозвучал над нами. Встретив взглядом быструю, мелькающую в огне фигуру, я позволила себе облегченно вздохнуть. Осквернитель затих, прислушиваясь к легким движениям эльфа. Но не успел он и выхватить оружие, как стрела вонзилась в его голень, заставив орка отпустить меня и пасть.
Воспользовавшись моментом, я отползла к булыжнику. Осквернитель зверски взревел, когда новая стрела пронзила его предплечье. Гиллиан бесшумно вился вокруг, танцуя смертельный, победный танец. Орк без раздумий двинулся ко мне, подтягиваясь рукой-пикой. Дело плохо… Нужно было срочно что-то придумать, но сил становилось все меньше и меньше, все вокруг размывалось в ярких языках пламени. Осквернитель, подобравшись ко мне достаточно близко, замахнулся для удара. Изрезанное лицо орка скривилось злобно, ненавистно и… с удовольствием…
— Не сдавайся, дочь моя. — Нежный голос Эриан окутал меня. Звезда вздохнула, обдав тело легким ветром.
Вдруг, начинаясь на кончиках пальцев, разрастаясь все больше и больше, меня обволокла неведанная мне ранее сила. Она наполняла каждую клетку, затягивала раны, и я, ведомая чем-то неизвестным, легко взмахнула кистями рук.
Поднялся страшный ветер — ураган, сметающий все на своем пути. Варги, орки, выкорчеванные деревья, все взмыло в воздух лишь по велению моих рук. Я видела Осквернителя, его загадочное лицо и лукавую, изрезанную улыбку. Ветер отбросил врагов далеко назад — к пещерам.
Сила полностью поглотила меня: все вокруг помутнело, темнея, и вскоре я отключилась.
Легкая щекотка и протяжные орлиные крики заставили меня проснуться. Открыв глаза, я увидела коричневые перья, принадлежавшие гигантской птице. Позади, сжав меня в плотном кольце рук и тихо посапывая, расположился Гиллиан. Он спал крепко — нескончаемые битвы кого хочешь свалят с ног. Впереди парили другие орлы, на чьих спинах располагались гномы. На горизонте горела красная, понемногу желтеющая полоса рассвета; в лицо бил прохладный, освежающий ветер. Минутная безмятежность накрыла с головой, давая насладиться собой. Я вдохнула полной грудью и не заметила ломящей боли, а рана на бедре и вовсе затянулась, оставив после себя лишь дыру на брюках. Но решив не забивать голову раздумьями, я опустилась на мягкую спину орла и предалась спокойствию. Вот только слова Азога колоколом звенели в голове:
— Владычица природы…
Вновь перед глазами промелькнул ад, где я, раненная и измученная, управляю ветром — свободным и неподвластным ни единой душе ветром. Снова на кончиках пальцев приятно кольнуло. Владычица природы… Неужто я и правда богиня?..
Вскоре мы приземлились. Орел, несший в своих когтистых лапах тело Дубощита, бережно опустил его на камень.