Vic. Если ты простишь.

Глава 44

- Оля, когда его выписывают?

Влад отложил газету и посмотрел на меня поверх очков.

- Ммм, Сашка сказал, что уже послезавтра, Владислав Сергеевич. Он просто отвратительно ведёт себя в больнице. И его не выписывают, его просто выкидывают оттуда за постоянное нарушение порядка. Он заставил Перстнера принести ему гитару и всю ночь не давал спать всему отделению, горланя все песни «Нау».

- Он всегда любил музыку. - хмыкнул Влад.

- Кто бы сомневался, - протянула я, закатывая глаза вверх. - Вот только кому-то медведь на ухо не просто наступил, а изрядно так потоптался.

Загрузив в посудомойку посуду, выставила программу и оглянулась.

- Мамусечка, а можно ещё одну пироженку?

Дашка сидела рядом с дедом и ложкой выковыривала крем из эклера. Рядом на тарелке лежало ещё два растерзанных пирожных.

- Детка, пока ты не съешь всё это безобразие, больше эклер ты не получишь. - улыбнувшись, сказала я, усаживаясь напротив них и допивая остывший кофе.

- Деда! - зашептала она так тихо, что, наверно, было слышно в подъезде. - Быстро съешь это липкое тесто, пока мусик не видит.

Я хихикнула и тут же сделала лицо серьёзным, как только она подняла на меня свои глаза.

- Мусечка. - поджав губы и прищурившись, потянула она. - А налей мне ещё молочка.

- Молоко на столе. - незаметно улыбнувшись, отрезала я.

- Не-е, оно уже тёплое, - вытянув губки в трубочку, заныла она. - А я хочу холодненького из холодильничка!

Вот ведь лиса! Выдохнув, встала и, взяв её стакан, подошла к холодильнику. Пока наливала ей молоко, улыбалась, слушая их возню за спиной.

- Дедуля, давай, скорее пихай в рот!

- Дашутка, я уже сытый. Деда не может столько съесть. - сопротивлялся Влад.

- Да? Не может? - шипела она. - А курить на балконе, когда ба не видит, деда может?

- Дарья!

- Ешь пироженки! Тогда я буду могильней могилы! Видишь, рот на замочичек закрыла. Ешь пироженки! А то скажу ба, что ты невозможный деда! А ещё скажу, что ты любишь тётю Свету из соседнего подъезда.

Я замерла, прикрыв открытый рот рукой, даже забыв про молоко.

- Ты с чего это взяла, маленькая шпионка? - шикнул Владислав.

- Потому что она сказала тёте Маше, что ты до сих пор сусальный пень.

Закрыв глаза, я прикусила кулак, лишь бы не рассмеяться.

- Кто? - опешив, переспросил Влад.

- Сусальный пень. - чуть не по слогам отрапортовала Дашка.

За моей спиной воцарилась тишина. Отсчитав до двадцати, я чертыхнулась, увидев, что, увлёкшись беседой за столом, вылила почти полпакета молока, залив всю стойку. Быстро протерев всю поверхность, повернулась.

- Мамусечка, я всё съела! - дочь протянула мне чистую тарелку. - Ещё пироженку.

Вздохнув, положила ещё один эклер маленькой аферистке, возвращаясь к своему, окончательно остывшему кофе, который уже пила стоя, облокотившись попой о стойку.

- Дашут, давай скорее, у тебя скоро занятия. Через пять минут выходим. - улыбнулась, глядя на то, как в жесточайших мучениях погибает очередная трубочка с кремом на тарелке дочери.

Уже убирая со стола, пока Дашка собиралась в своей комнате, подняла глаза на Влада.

- Тётя Света? - дёрнув бровью, хмыкнула я.

- Оль, да я без понятия вообще, кто это такая. - растерянно протянул Влад. - И вообще, что это за хрень: сусальный пень?

- Я думаю, - ухмыльнулась, наслаждаясь его растерянностью, - что это означает сексуальный мэн.

Поперхнувшись кофе, Влад покраснел, медленно поставил кружку на стол и прошипел:

- На хер это грёбаный город. Может, вернёмся в Рыбушкино? Мне только пускающих слюни баб не хватало на старости лет.

Я замерла. Переезд в Рыбушкино в мои планы не входил. Я уже всё подготовила. Мне нужен был только завтрашний день. Хотя бы день! Уже в полночь нас с Дашкой не будет в стране.

- Давай дождёмся Витьку. Пусть он решает, где будет жить Дашка. Скорее всего, он увезёт её в Германию к жене. - глухо прошептала я, садясь на стул, бесцельно глядя в окно.

- Детка, я даже не представлял себе, что этот сукин сын такое сделает! Я до сих пор не могу понять больной ход его мыслей. Чего ему не хватало? - покачал он головой, сцепляя руки, лежащие на столе, в замок. - Вот ведь ублюдок. Что говорит Витька?

- Ничего. Мы не говорили на эту тему. - вздохнула я. - Но я слышала, как он сказал ей, что как только выпишется, сразу улетит с дочерью к ней. Значит, это не просто сделка. Значит, там что-то другое.

- Но ты же знаешь, что мой внук любит только тебя, Оль.

Он накрыл своей горячей ладонью мои трясущиеся, ледяные руки.

- Но иногда этого мало, Владислав Сергеевич. Любви иногда просто не хватает.

* * *

Забросив дочь на занятия, доехала до универа и написала заявление на отпуск за свой счёт, оставляя за собой право ведения занятий дистанционно. Ещё месяц, и я уйду в декрет, а что будет через три года, там будет видно. Мне сейчас самое главное разобраться в своей жизни с текущими проблемами, а не рыдать около колодца. Заскочив в свой кабинет, я открыла сейф и достала из него пакет с документами, поддельными паспортами, деньгами, сим-картами. Со всем тем, что в своё время получила от Кита. Другая жизнь, новая я, всё с нулевой точки отсчёта, но уже без него. На этот раз окончательно.

Адвокат позвонил ближе к двум, подтвердив, что сегодня я должна быть уже в десять на взлётке. Частный борт, частный аэродром, минимум проверок, максимум бабла.

- Ольга, вы точно понимаете, что делаете? - в голосе мужчины тревога и замешательство.

Он больше недели отговаривал меня от этого шага.

- Ольга, это похищение, вы хоть это понимаете? Это статья! - сдавливая переносицу пальцами, снимая очки в дорогой оправе, протирая и без того чистые стёкла и опять нервно водружая их на нос, говорил он.

- Это моя дочь! - сухо говорила я. - Я имею право!

- Вы его не имеете! По суду вы даже подходить к ней не имеете права без того, чтобы рядом находился ваш бывший муж или оговорённые в постановлении люди. Оля, одумайтесь!

- Нет! Он её увезёт, и я её больше не увижу! Это моя дочь! Я её выносила, я её родила, я не спала ночами, рыдая у палаты в больнице, когда её оперировали, я сделала для неё всё!

- Это не имеет значения. Он её отец! И сейчас все права на девочку у него.

- Я её увезу. С вашей помощью или без неё.

- Чёрт с вами! Это уже давно превратилось в дьявольскую карусель. Куда вы полетите?

- Кипр. Там всё уже давно готово.