Страница 76 из 124
- Лежи, лежи, Мор!- ухмыльнулся Айболит, касаясь виска тыльной стороной ладони.- Так, - он обернулся.- Ларочка, давай-ка, детка, сюда градусник.
- Да на кой хер мне этот градусник, Айболит? Может, ещё в жопу мне его засунешь?- зашипел Витька, откидывая его руку.
- Нужно будет, засуну, можешь не сомневаться, старлей. Тут ты со своими регалиями ни хера весу не имеешь, так что лучше меня не зли. Иначе всё тебе припомню, и мочу вместо виски, и жареных крыс вместо кроликов.
Витька криво улыбнулся.
- Не думал, что ты такая злопамятная скотина, Адушев.
- Да уж, какая есть, так что давай без своих выебонов.
Дверь в палату открылась, и на пороге появилась медсестра с градусником.
- Оль? Как он себя вёл? - Сашка, подняв бровь, повернулся ко мне.
- В задницу. - буркнула я, отходя к окну и отворачиваясь от них.
- Оль! - в голосе Витки послышалась издёвка и какая-то тоска.
Медленно повернувшись, я скользнула по нему взглядом.
- Как же ты меня бесишь, Татарский! Я проклинаю тот день, когда тебя встретила. - шикнула я, вытирая слезы, текущие по щекам. - Ты всю мою жизнь перевернул с ног на голову. Всю душу мне вытрепал. Ненавижу тебя!
Он лежал, смотрел на меня, прищурив глаза, и улыбался. Улыбался!
- Оль, я ещё даже не начинал трепать твою душу. - хрипло прошептал он. - Даже не начинал. И не доводи меня до того, чтобы я начал это делать.
- Эй! Задница, опалённая пустыней. Успокоился! - рыкнул Айболит. - Давай сюда подмышку. И лежи, бздежом одеяло колыхай. Чего щёки дуешь? Она тут с самого первого дня от тебя не отходит. Капельницу сделает и в реанимацию бежит, чуть не спотыкаясь. А ты, дерьмо неблагодарное, ей пенки отмачиваешь.
- В смысле, капельницу? Ольга?
Он попытался встать, но Сашка крепкой рукой придавил его к кровати.
- А ну лежать! Иначе сейчас зафиксируем!
- Да пошёл ты, Татарский! - всхлипнула я, отворачиваясь от окна и беря сумочку. - Я, пожалуй, пойду, Саш. Завтра выписывают. Так что я в обед домой. Ему я больше не нужна. Давай, до встречи.
Проходя мимо Айболита, я коснулась рукой его плеча и вышла, даже не глядя на Витьку.
- Оль! Оля! Вернись, блядь! - неслись в спину его крики, в которых было неприкрытое раздражение и злость
Уже закрывая дверь, я услышала голос Айболита:
- Ну и дурак же ты, старлей! Отбитый на всю голову! Просто полный долбоёб.