Снежная вакансия

Эти слова стали последней каплей. Ветури доигрался: Кассий и так сдерживал магию нечеловеческим усилием воли, но теперь даже чудо не могло остановить инквизитора.

Воздух прорезал голубоватый магический разряд, и декан сжал горло своего ученика.

Запрещенное заклинание само сорвалось с губ. Да, Кас не имел права использовать его без ордера и полномочий действующего инквизитора. Да, перед ним был молодой маг, а не ведьма, совершившая преступление. Но Кассий хотел услышать правду, и сейчас его уже не волновало, какой ценой.

Запахло паленым, с шипением из-под ладони вырвался дым. Кас убрал руку: на шее Тобиаса клеймом проступала руна, блокирующая ложь. Ветури был под властью архимага и, судя по всплеску страха в испуганных глазах, отлично понимал, что, если попытается соврать, расплата последует незамедлительно.

— На кого. Ты. Работаешь, – прорычал Кассий, схватив Тобиаса за грудки.

— Ни.. Ни на кого! – дерзко выплюнул Ветури.

Странно, но руна на его шее не стала ярче. Так, а если сформулировать иначе?

— За кем ты охотишься?

— Мойна Ри Гвейр!

Тоже честно. Но если он охотится за туманной ведьмой, то откуда у него ключ?! Неужели все-таки Арина солгала? Неужели она украла ключ и, поняв, что Кассий подобрался слишком близко, решила обезопасить себя и перевела стрелки на Тобиаса?.. Он ведь действительно следил за Ариной!

Да нет же, она казалась такой искренней.. И так активно предлагала помощь в поимке туманной ведьмы..

— И зачем тебе Мойна?

— Я должен ее допросить.. – в отчаянии прохрипел Тобиас. – Она знает.. Знает.. Знает про мою мать!

— Что?! – опешил Кас. – Причем здесь твоя мать?

— Я допрошу Мойну.. Мне нужны ответы.. – Парня будто лихорадило: глаза влажно блестели, плечи тряслись, надо было срочно сменить тактику. – А вы не пустите, я знаю..

— Успокойся. Я сейчас сниму эту руну. Просто выдохни и скажи: как ты украл мой ключ. Кто помогал тебе? Назови имена, и все закончится.

— Я не крал! Не крал! Он не ваш, он мой.. Плю.. – Тобиас дернулся и закашлялся. – Плю..

— Что?! Дыши, стой ровно. Скажи имя, Ветури!

— Плюшка.. – Он судорожно втянул воздух и вцепился в прутья клетки. – Плюшка, фас.

Слишком поздно до Кассия дошло, о каких плюшках толкует Ветури. Горгулья вылетела из логова, расправив нетопыриные крылья, и бросилась на мужчину, как оголодавшая собака на кость.

Первый разряд боевой магии ударил в потолок. Касу пришлось уворачиваться, закрыть лицо: черная тварь вгрызлась в его локоть, чавкая и утробно рыча. Вторым разрядом удалось задеть когтистую лапу, но целиком обездвижить горгулью Кас все равно не сумел. Поджав парализованную ногу, зверина издала жуткий вой, взмыла вверх, а потом метнулась куда-то, исчезнув из поля зрения. Лишь грохот и крики встревоженных животных свидетельствовали, что горгулья пока в зверинце. В отличие от Тобиаса Ветури: его и след простыл.

Кас кинулся на улицу в надежде проскочить вперед летучей мыши-переростка, закрыть ее внутри и оставить хотя бы эту проблему Селесте Сантини. Но.. что-то снова пошло не так.

Не успел инквизитор задвинуть засов, как дверь вынесло чуть ли не вместе с петлями, и серо-черный вихрь, брызжа зловонной слюной, пролетел мимо. В ближайшем стойле выразительно заржал пегас. Кас готов был поспорить на что угодно: крылатая лошадь насмехалась именно над ним.

В жизни каждого человека бывают дни, о которых не хочется вспоминать. И эта суббота, определенно, стала таким днем для Кассия Нериуса. О, даже спустя много лет от слов «семейные выходные» или «снежные великаны» на его спине выступал холодный пот, а по телу прокатывалась дрожь. А картинки, эти яркие душераздирающие сцены, долго преследовали Каса в ночных кошмарах.

Вот он стоит перед зверинцем. Желтоватый обмылок солнца лениво отделяется от горизонта, освещая расчищенные аллеи, гирлянды фонариков и загон со снежными великанами. Белые громады стоят ровно, как солдатики в ожидании приказа. Высокие такие солдатики, ростом с двух взрослых мужчин. Поблескивают ледяные скульптуры тончайшей работы: грифоны, русалки, диковинные птицы и цветы. Реют на ветру знамена факультетов.. Благодать.

А вот в идиллию врывается тайфун с издевательским именем Плюшка. Горгулья путается в гирляндах, застревает крылом и наворачивает круги вокруг столба, отчаянно визжа. Демоны, да это даже не визг, это такой звук.. Словно тысячи орков одновременно скребут когтями по стеклу и скрежещут зубами. Писк, от которого лопаются барабанные перепонки.

Горгулья раскручивается все сильнее. Треск! – падает ледяной грифон, задевает русалку, а та заваливается уже на столб с флагом. Печально скрипнув, бревно покачивается, но героически стоит.. А, нет! Горгулья долетает и до него. Бац! – и вот уже столб с грохотом обрушивается на ограду загона. Да-да, того самого, где ждут своего часа снежные великаны.

Сбросив оцепенение первого шока, инквизитор прицелился, выждал, когда визжащая горгулья зайдет на новый круг. Обездвиживающее заклятие и..

— Нет! – Крик Селесты Сантини застиг Кассия врасплох.

Рука дрогнула, магический поток сорвался с пальцев раньше, чем нужно.

Мог ли он угодить, к примеру, в сугроб или стену? Наверное, мог. В любой другой день, нормальный. Но сегодня жизнь Каса твердо вознамерилась пойти под откос. Поэтому магия ударила не куда-то в безобидное место, а прямиком в группу новоприбывших родителей.

Декан их даже не заметил сразу – так был занят крутящейся горгульей. А они тем временем уже собрались у ворот, только-только телепортировавшись, – воздух за их спинами еще светился. Маркус, судя по всему, толкал приветственную речь. Издалека Кас не услышал. Зато увидел нарядного брата и Ивельду с подносом печенья.

Жаль, не всем было суждено попробовать сладкое: трое верховных магов, подкошенные заклятием, плашмя шлепнулись на аллею.

— Кассий! – заорал Маркус, обернувшись и оценив масштаб трагедии.

— Горгулья! – вторила ему Селеста Сантини. – Она же себе навредит!

— Кассий, быстро сюда! Снимай чары и извиняйся!

— Ей нужен сонный порошок!

— Кас!

— Нериус!

Выбор был не так уж и сложен. С одной стороны – кучка родителей, среди которых Кас уже разглядел мощный силуэт Рикса Ветури. С другой – Селеста Сантини и слабая надежда, что, пока Кассий будет помогать ей с горгульей, родительский гнев поутихнет, а Маркус додумается сам снять обездвиживающее заклятье.

— Где порошок? – Кас метнулся к зоомагичке.