За дверями Стамбула

Глава 6. Ссора над старым городом

Утром следующего дня Синан заехал за Анной на рабочей машине, и они вместе отправились в сердце старого города, в загадочное место за гранью времени, которое в течение веков объединяет людей в своих древних величественных стенах. Каждый, кому довелось побывать в Айя Софии, уносил в себе частичку ее неповторимого духа, и задачей архитекторов было напитать им стены нового арабского храма.

За те несколько десятков минут, которые они провели в дороге, Анна заметила, что Синан выглядит необычно возбужденным: он говорил почти без остановки, и непрерывно улыбался, с воодушевлением пересказывая план их сегодняшней экскурсии. Казалось, что он продумал каждую ее деталь, и беспрестанно рассказывал о чудесных видах, которые их ожидают, о том, как бесконечно им повезло и тому подобном.

– Сегодня мы сможем подняться на вершину минарета, представляешь? Не каждому выпадает такая возможность. Я договорился с руководством музея специально ради тебя, – сказал Синан с гордостью. – Весь Стамбул будет перед тобой, как на ладони.

Заразившись его энтузиазмом, Анна улыбнулась. День выдался для зимы на удивление солнечным, из колонок доносилась бодрая жизнерадостная музыка – вот бы почаще ей выпадал такой чудесный рабочий день.

– Синан, у тебя есть сестра или брат?

– У меня есть младшая сестра. А что?

– Надо же, и у тебя тоже! – Это вырвалось непроизвольно, и Анна тут же об этом пожалела, но было уже поздно.

– А у кого еще есть?

– У одного моего знакомого. И где сейчас твоя сестра?

– Учится здесь, в Стамбуле. Будет преподавать математику. А кто этот твой знакомый? Ты знаешь его давно?

– Нет, мы недавно знакомы.

– Хм, – сказал Синан и замолчал, а Анна, погруженная в свои мысли, даже не заметила, каким мрачным сделалось его лицо.

Наконец они приехали. Синан вышел из машины и быстрым шагом направился в сторону выхода с подземной парковки. Анна поспешила следом, стараясь не отставать: она уже привыкла к этой не очень приятной манере Синана полностью погружаться в свои мысли, забывая при этом об окружающих. В конце концов, устав бежать за ним, она спросила:

– О чем ты так задумался? Скучаешь по сестре?

– Нет, о работе. Завтра у меня запланирована важная встреча, и сюда я не смогу прийти.

– О, это не страшно, – отозвалась Анна, – я завтра все равно собиралась работать в офисе. Может быть, после посещения Айя Софии пообедаем с тобой где-нибудь в историческом центре города? Что ты думаешь?

– Отличная идея, – сказал Синан одобрительно; по его лицу было видно, что он действительно очень доволен.

Они подошли ко входу в минарет, и у Анны засосало от волнения под ложечкой, когда она осознала, что ей придется взобраться на это узкое и высокое сооружение.

– А он под нашей тяжестью не рухнет? – спросила она у Синана наполовину в шутку, наполовину серьезно.

– По такой причине – точно нет, – успокоил ее Синан. – Минареты Айя Софии довольно прочны. Они могут обрушиться только в результате землетрясения или какой-то другой катастрофы. Конечно, теоретически они могут рухнуть и под весом посетителей, но сюда никогда не пустят такое количество народа хотя бы по той причине, что внутри ужасно тесно. Пойдем, не бойся.

Немного нерешительно Анна последовала за Синаном. За дверями сразу же начиналась крутая винтовая лестница, уходящая так далеко вверх, что конца ее не было видно. Синан ступил на нее, прошел пару витков и тут же пропал из виду, только были слышны его гулкие шаги. Перед глазами Анны замелькали выстроившиеся в бесконечные ряды скошенные бетонные ступени. Здесь действительно было очень тесно, кроме того, одолев несколько витков, она почти полностью утратила чувство направления; осталось только ощущение неимоверной высоты, о котором напоминали попадавшиеся на пути узкие оконные проемы.

Наконец они дошли до площадки – балкона, откуда в древности муллы призывали к совершению намаза, сообщали о свадьбах, похоронах и войне. После небольшого отдыха усталость от подъема незаметно прошла, сменившись чувством восторженного волнения.

Подумать только, вся жизнь местных жителей была связана со звуками, доносившимся с вершины этой башни. Еще со школьных времен Анна помнила, что в те времена письменность османских народов была основана на арабском алфавите, но с приходом великого Мустафы Кемаля Ататюрка стали использоваться латинские символы.

Они с Синаном вышли на балкон, и перед ними предстал Стамбул во всей красе: ухоженные зоны исторических достопримечательностей соседствовали с изношенными старыми жилыми зданиями, и даже на такой высоте в воздухе чувствовался аппетитный аромат выпечки. Вдалеке по синей глади пролива были разбросаны прогулочные суденышки и крупные морские корабли, а над ними, на противоположном берегу, возвышалась стена из домов разной высоты: низкие цветные здания стиснули со всех сторон высокое кирпичное сооружение – Башня Галата – с конусообразной крышей, с которого, если верить учебникам истории, первый человек отправился в полет на искусственных крыльях; этот смельчак, перелетев через Босфор, продолжал планировать вплоть до самого Уксюдара и даже сумел удачно приземлиться.

Недалеко от нее, на побережье полуострова Фатих среди высоких деревьев, раскинулась рельефная кровля дворца Топкапы со множеством маленьких округлых куполов и башней Адалет. С нее когда-то наблюдали за городом и его окрестностями в ожидании возвращения армии, а также смотрели на то, как совершаются суды и казни. Внутри дворцового комплекса находились многочиленные сады, которые сохранились по сей день и теперь радуют своей красотой взоры туристов, приезжающих со всего мира, чтобы взглянуь на них.

Султаны и их домочадцы проживали в Топкапе до тех пор, пока дворец не перенесли в Йылдыз Сарай в Бешикташ – центр современного Стамбула.

Вдоволь налюбовавшись, Анна перешла на южную сторону смотровой площадки, чтобы увидеть море. Солнце отражалось от играющей водной поверхности, и волшебное свечение висело над ней, благодаря легкой дымке пара. Силуэты кораблей, которые с высоты казались гораздо меньше, чем были на самом деле, проступали в ней, как призраки загадочной фата-морганы.