Страница 55 из 93
После этого Камбала отобрал расписки, открыл две двери, за которыми виднелись две убого обставленные комнаты (кроватей не было: на полу лежали матрасы), и сделал решительный жест рукой, обозначавший требование зайти в комнаты. Девушки нерешительно стали заходить. Когда последняя преступила порог, Камбала запер двери обеих комнат на ключ. Потом он подозвал мужчину:
– Так, Леший, тебе вот в помощь человека привел, объяснишь за все, самое главное, бди, шоб все как надо было, шоб не одна не заболела и не убежала. Остальные как? – вопрос сопровождался кивком на дверь, которая за время всего действа ни разу не открывалась.
– Нормально все. Никто не болен.
– А эта? Которая рыдала все вчера?
– Сегодня затихла.
– Ну, добре.
Анисимов догадался, что за дверью находятся еще девушки. Он понимал, что напал на след банды, промышляющей торговлей живым товаром. Девушек собирались везти за границу. Поэтому он совсем не удивился, когда Леший его стал инструктировать:
– Коль постучат в дверь, то откроешь, спросишь, шо надо, но смотри, шоб никто не выбежал. Дверь широко не открывай и держи ее дюже крепко. Приносишь еду, воду, выносишь поганое ведро. На вопросы не отвечать, вообще в разговоры не вступать. Самое главное – следи, шоб никто не взял ноги в руки. Да, еще. Вечером дам деньги – пойдешь на Привоз, пожрать купишь. Смотри, шоб тухлое не продали, не дай бог кто занеможет. И вбей себе в мозг: если мы на пароход в Буэнос-Айрес через пять дней посадим не двенадцать, а меньше девок, то Камбала нам головы поотрывает.
– Буэнос-Айрес? Не Лондон? – переспросил Егор Иванович. На самом деле он не удивился, он догадывался, чем занималась компания.
– Ну, кому они в Лондоне нужны, а в Южной Америке такие крали хорошо пойдут.
Этот разговор окончательно поставил все на места. Это были обыкновенные торговцы живым товаром. Если кто думает, что завлекать простушек перспективой получить денежную работу за границей, а потом продавать их в зарубежные бордели стало модно в конце ХХ века, то глубоко ошибается. Делать деньги на секс-работорговле было распространено и в начале ХХ века. Одесса в этом плане снискала печальную славу: через ее порт уходили за границу не только российская пшеница, пенька, лес, но и женщины. Привлекали потенциальных секс-рабынь так же, как и сейчас: обещали хорошую работу, в дороге связывали долговыми расписками, обманом забирали документы, и красавицы оказывались в плену, откуда вырваться было практически невозможно. Вот с такой партией живого товара и предстояло иметь дело Анисимову.
Вечером он пошел на Привоз за продуктами. Купил лепешек из кукурузной муки, квасу, немного кровяной колбасы. Когда вышел из дома, то увидел, что за ним идет человек. Человек этот был Егору Ивановичу знаком, это был сотрудник Шапиро. Они познакомились за пару часов до похода сыщика в баржовку. У Привоза сотрудник наружки подошел близко:
– Здрасте вам, за шо расскажете?
Анисимов кратко рассказал, что удалось узнать. Конечно, он приехал сюда не торговцев живым товаром разоблачать, но выводить рязанского сыщика из игры сейчас было очень невыгодно, терялся контроль за бандой, вводить нового человека было неудобно. Договорились, что пока Анисимов останется в дешевке, потом, если получится, его заменят, также порешили, что никаких резких действий делать не будут: за дешевкой будут следить, будут водить и Камбалу, и постараются отследить момент покупки билетов, чтобы использовать их как улику.
Долго ждать не пришлось, вскоре наружка отметила, что Камбала посетил все необходимые учреждения, которые российский поданный посещал для оформления документов за границу.