Страница 28 из 93
– Этот вопрос меня все время мучает. Бывают и более дорогие иконы.
– Мне кажется, что если ты найдешь ответ на этот вопрос, то распутаешь весь клубок.
Между Мишей и Олей тоже шел оживленный диалог:
– Оленька, ваш муж следователь?
– Да.
– А вам не страшно быть замужем за следователем?
– Но ведь вам не страшно дружить со следователем. Петенька – он же тоже следователь.
– А хотите, я расскажу забавную криминальную историю? – предложил Бершетейн. Он нарочно задал вопрос громким голосом, чтобы привлечь к разговору мужчин. – Господа следователи, вам это будет небезынтересно, – закончил он, когда друзья подошли вплотную.
– Мы все внимание, – заверил Петр.
– Так вот, однажды в городе Одессе появился молодой человек, который стал обходить все фотоателье с вполне невинной просьбой: продать за копейки невостребованные фотографии, ну те, которые не забрали заказчики. Так бывает – фотографию сделают, деньги заплатят, а фотокарточку забрать забудут.
– Ну, мы поняли, потом эти карточки лежат, а в фотоателье не знают, что с ними делать, – кивнул головой Зазнаев.
– Так вот, этот человек предлагал продать ему эти карточки за смешную цену, – продолжал Берштейн.
– А зачем ему они?
– Таки это самое важное. Конечно, большинство фотографов делали радость на лице, ибо эти карточки им были слабо нужны, и только некоторые имели вопрос, а зачем этот товар потребен, – Миша рассказывал, по-одесски активно жестикулируя руками. – Этот мошенник зашел даже в ателье Хлопонина на углу Дерибасовской и Преображенской. Для тех, кто не знает, поясню: это в нашем городе самое старинное фотоателье. И самое известное. Все остальные на его фоне мелко плавают.
– Да ладно, не тяни, в чем весь фокус? – начал подгонять друга Петр.
– А фокус очень простой: этот деятель поехал на знаменитую ярмарку в Нижнем Новгороде и там стал предлагать эти карточки как портреты знаменитых писателей, ну, например, Жюля Верна или Дюма. Многие обыватели просто были счастливы и горды, что у них теперь есть портрет знаменитого писателя.
– А как обман открылся? – не удержался от профессионального любопытства Зазнаев.
– Да, Мишенька, как же люди узнали, что их обманывали? – нетерпеливо воскликнула Оля.
– Таки все очень просто: среди посетителей ярмарки оказался одни шибко грамотный, и он видел портреты нескольких писателей в книгах. В тех, более дорогих изданиях, шо помещают портрет автора.
Компания посмеялась. Потом пошли в сторону улицы Гоголя, навстречу четырем мужественным атлетам, поддерживающим балконы домов.
– Вот, Петя, тебе еще одно изменение: когда ты приезжал к нам, то эта улица была Надеждинской, а сейчас ее переименовала в улицу Гоголя, – прокомментировал Миша.
– Почему?
– На этой улице останавливался у своих родственников Гоголь, когда приезжал в Одессу.
Компания повернула налево, дошла до Гаванной улицы и оказалась у городского сада на улице Дерибасовской.
– Вы где остановились? – спросил Петя друзей.
– В гостинице «Гранд-отель» на Херсонской
21
улице, – показал рукой Зазнаев: Херсонская улица лежала перед ними.
– Мы проводим вас до гостиницы, все же вы люди в городе совсем новые, а мы тут все знаем, нам там до Нежинской рукой подать, – предложил Берштейн.
Предложение было не лишним, любители поживиться за чужой счет были в этом городе всегда.
Когда подошли к гостинице, Петр и Иван договорились держать связь.
– Ты мне сообщай, как дела, все же любопытно, а если помощь нужна будет, то не стесняйся – обращайся, помогу, – предложил Иван.
– Так ты вроде в свадебном путешествии, – возразил Железманов.
– Ничего, если это будет нужно, то Оля меня поймет.