Страница 26 из 93
– Нас интересуют клюквенники, – подсказал Железманов.
– Скильки?
15
– Двое.
– Як приметы у них? Молодые аль старые?
– Оба в возрасте. Нам известен рост – выше среднего, длина стопы и цвет волос – один седой, другой чернявый.
– Чернявый? Це
16
может быть татарин, грек, еврей, армянин. У нас туточки как Ноев ковчег, каждой твари по паре.
Хозяин антропологического бюро стал вытаскивать карточки. Выкладывая карточки, он раскладывал их на две стопки. В одну попадали те, кто явно не подходил под приметы, а во вторую – те, с кем следовало заинтересоваться:
– Це не подходит, дюже молод, рокив двадцать пять будет
17
, – говорил он про одного.
– А вот этого побачите
18
, – карточка ложилась в другую стопку.
– Це тоже не подходит, рост у него малый, – продолжал заведующий антропологического бюро.
В результате сотрудник антропологического бюро отложил девять карточек.
– Я думал, что кандидатур будет больше, – поделился опасениями Петр.
– Вы знаете, воровская квалификация «клюквенник» вообще не очень распространенная, а у нас в городе и того меньше, – пояснил сыщик.
– Почему? У вас в городе мало богатых храмов?
– Храмов у нас много, много приходов богатых, так как состоятельных людей достаточно. Однако, учитывая специфику города, у нас проще заниматься другим криминальным ремеслом. Я уже вам говорил, что у нашего города две особенности. Первая. Город морской, портовый. Тут у нас контрабанда и все, что с ней связано. И вторая особенность. Город привлекает курортников. Они становятся объектами мошенников и карманников. Те, у кого не хватает таланта и ума виртуозно обманывать других, просто грабят богатеньких. Вот по грабителям, ворам, мокрушникам и каталам у нас картотека более обширная, – прочитал маленькую лекцию немец.
Отобранные карточки стали смотреть вместе, еще раз прикидывая приметы, и тут отпала еще пара кандидатур:
– Вот этот вряд ли был у вас в Рязанской губернии, – сказал Фон-Лизге.
– Почему?
– У него примета есть одна яркая. Он размовляет
19
только по-малороссийски
20
, по-русски не говорит.
– Совсем?
– Да, совсем. Только по-малороссийски. Если бы он был бы в вашей деревне, то ваша свидетельница обязательно бы это заметила. И не только она. А ваши свидетели ничего подобного не показывали, – пояснил сыщик.
Потом взял еще одну карточку и заметил:
– Вот этот клюквенник опытный. Кличка Холера. И по приметам вам подходит, но это не он.
– А почему Холера?
– Точно не знаю, но вроде как переболел холерой и не умер. Но вам не подходит.
– А это почему?
– А мы его задержали недавно. Как раз дней за пять до вашей кражи. В момент похищения Николая Чудотворца он уже сидел в камере.
– А что за ним?
– В костеле содержание кружки с пожертвованиями опустил в свой карман.
– Понятно. Что же у нас осталось?
– Осталось у нас семь человек. Из них двое подходят под приметы Седого, давайте так его условно обозначим. Один из них русский, другой еврей. А пятеро подходят под приметы второго, которого мы обозначим как Чернявый. Тоже пестрый национальный состав. Есть армянин, евреи, грек. Точно полный Ноев ковчег. Вот этих людей и надо рассмотреть, – подвел итог Фон-Лизге.
– Надо выяснить, кто где был в момент кражи, – высказал предположение Петр.
– Обязательно. Только действовать надо очень осторожно. Вначале вообще проверим, кто в городе, а кто нет. Потом начнем проверять каждого негласно и очень аккуратно. Вот этим займутся наши сотрудники, – пообещал начальник сыскного. – Через день у вас будет самая первая информация.
– Хорошо, спасибо большое. Что мне делать?
– Пока можете отдохнуть, сходите в оперу, в городской парк, – посоветовал Фон-Лизге.
– В оперу? Я вроде на службе? – удивился Петр Андреевич.
– Конечно, на службе, но это не значит, что вам надо самому лезть в малины. Вы так ничего не узнаете, зато всех распугаете, а то и погибните. Очень вас прошу: будьте осторожны, не лезьте сами по адресам. Некоторые из них находятся в таких «уютных» местах Молдаванки, что мы сами посещаем их только с большой осторожностью. Поэтому прошу еще раз вас быть максимально бдительным, – наставлял Владимир Федорович.
– А может быть мне пока допросить этого задержанного клюквенника, ну этого, как его? Холеру? Которого вы арестовали за пять дней до кражи?
– А что вы хотите у него узнать?
– Я хочу узнать, не искал ли кто-то среди клюквенников исполнителя для кражи в центре России, – пояснил молодой человек.
– Интересная мысль, – одобрил сыщик. – Если хотите, то попробуйте. Я дам знать в тюремный замок, что вы придете, чтобы вам дали возможность поговорить с задержанным. Не знаю, как получится у вас его разговорить, но попробовать можно. Вы знаете, где находится тюрьма в Одессе?
– Да, знаю, по Люстдорфской дороге, за Чумкой. Мальчиками мы иногда ходили туда, нам, правда, не разрешали, но кто в детстве не ослушивался взрослых, – развел руками Петр Андреевич.
– Хорошо. Завтра отправляйтесь туда. Если желаете, переговорите со следователем, который ведет его дело. Может, он вам и чем-то поможет. Его фамилия Сидоренко. Опять же, я предупрежу его. Думаю, что вам не надо объяснять, где находится здание окружного суда?
– Да, конечно. Как раз около Дюка.
– Если получится узнать что-то интересное, приезжайте ко мне вечером. Приходите домой. Я живу на улице Гаванной, угловой желтый двухэтажный дом. На нем еще дата постройки указана – 1819 год.
– Хорошо, спасибо. Буду иметь в виду.