Страница 59 из 72
Все было ясно. Начиная терять доверие к прежним сообщникам, главарь шайки нашел нового. «Наверное, специально пошел в студенческую вегетарианскую столовую, чтобы найти помощника образованного и бедного, вдруг еще повезет – и беспринципного, который с голодухи согласится на все. В вегетарианской столовой обед дешево стоит, там порой самые-самые бедные студенты питаются. Вот он и искал таких. А тут подарок – ничего, кроме себя, не видит, его под флагом науки можно куда угодно втянуть», – подумал Петр. Впрочем, молодой человек особого сожаления у него не вызывал. Возможно, сыграл свою роль неопрятный вид студента, его нежелание смотреть на мир реальными глазами.
В сарае опять оставили засаду и охрану одновременно. Нужно сюда свозить специалистов Монетного двора, пусть скажут свое слово. Потом можно будет все демонтировать и везти в камеру вещдоков. Да и шанс, что приедет Кит, тоже был. Сами же следователи отправились досыпать в гостиницу, а утром поехали в Петербург, прихватив с собой еще не отошедшего от шока студента Серова. Утро выдалось пасмурное, сказывалась короткая ночь, недосып, поэтому всю дорогу от Ораниенбаума до Питера ехали молча. Студент сидел, надувшись как мышь на крупу, высокомерно и гордо поглядывая на спутников. Он все еще не сомневался в величии своего нового знакомого.
Хоть и хотелось отправиться в гостиницу и опуститься на мягкую подушку, все же поехали на Литейный. Нужно поделиться новостями с Мореевым. Была еще одна задумка: задержанного студента неплохо представить сотруднику сыскного отделения Николаю, который должен выступить в роли подсадной утки. Пусть лучше проникнется психологическим портретом главаря. Поэтому, как только приехали в здание окружного суда, сразу же позвонили в сыскное отделение, чтобы нужный сотрудник пришел на Литейный. Пока он ехал, друзья в кабинете прокурора посвящали питерских коллег – следователя Мореева и самого прокурора – в подробности поездки в Кронштадт.
– Вы молодцы, нашли самое главное орудие преступника – печатный станок, без него эта шайка ничто. Новый создать, конечно, можно, но это не так просто. Самое главное, Кит рано или поздно придет туда, – похвалил друзей прокурор.
– Мы думали, что он придет к Крапиве, оставили засаду, а он пока не пришел, – посетовал Петр.
– Тут разные могут быть варианты. Кит, может, уехал на время, может, занят другими делами и просто не планировал туда приходить. Ведь даже недели еще не прошло, – пожал плечами прокурор.
– То есть он мог оплатить содержание пленницы на две недели или месяц и просто не считать нужным ее проверять? – спросил Петр.
– Вполне, – согласился прокурор. – Но нельзя исключать и другое: он мог раскусить, что в доме Крапивы был обыск.
– Как?
– Вариантов много: соседи рассказали, был какой незаметный знак, типа цветка на окошке, полотенца на веревке и прочее, – согласился Иван.
– Вроде не было там цветка на подоконнике, – удивился Железманов.
– Ну могло быть еще что-то, – пожал плечами прокурор и, увидев расстроенную физиономию Петра, добавил: – Да не переживайте так, всего нельзя предусмотреть. Мы не боги, вы и так вчера славно потрудились. Будем ждать, думаю, что шанс поймать его в засаду у нас велик. И думаю, что все скоро закончится.
– Да, скорее всего, Кит скоро всплывет, не зря его помощник налаживал все для печати денег, – согласился Зазнаев.
– Вы его не спрашивали, как он со своим хозяином держал связь? Через этого непризнанного гения выйти на главаря возможно? – поинтересовался прокурор.
– Интересовались, – ответил Петр. – Говорит одно: сам приходил, давал указания, себя искать запрещал.
– Очень осторожный. У нас тоже есть новости, пришел один очень любопытный ответ на наш запрос, – рассказал Мореев.
Следователи вспомнили про запрос, который посылался по всем губернским городам, о фактах распространения фальшивых денег и похожих убийствах. Из нескольких городов еще раньше пришли извещения, что имелись факты изъятия фальшивых сторублевых купюр. В трех городах (Пскове, Омске, Самаре) были возбуждены дела о сбыте фальшивых денег, под следствием находилось пять человек. Однако самый яркий след фальшивая императрица оставила в Саратове. Там на берегу Волги был найден мертвый человек. Картина на месте происшествия очень напоминала картину происшествия в Рязани: мужчина был убит ударом в спину орудием преступления с узким и тонким лезвием. До этого в городе зафиксированы несколько случаев сбыта фальшивых купюр сторублевого достоинства. Все пойманные с фальшивками давали схожее описание внешности человека, от которого эти фальшивки получили. Они как раз подходили к убитому. Местный следователь догадался провести опознание в морге. В убитом единодушно опознали милого господина, который расплачивался подозрительными деньгами.
– Еще одна жертва нашего Кита! Наверное, вначале предложил сбывать фальшивки, а потом возникли какие-то разногласия или подозревать стал в чем-то и убил, – покачал головой Петр. – Надо его ловить как можно скорее, а то столько всего еще натворит.
– Что со студентом делать будем? – спросил Иван.
– Допросим подробно, потом на время изолируем в Крестах, заодно и в баню сходит, одежку свою простирнет, а потом отпустим, если и в самом деле обнаружится, что ничего толком про фальшивые деньги не знал. Пусть Николай послушает допросы, лучше вникнет в психологический портрет этого морского зверя, – предложил Петр.
С этим все согласились. В этот момент дверь открылась и в комнату вошел Николай. Но вид у сотрудника уголовного розыска был не самый лучший: бледный и утомленный.
Ему начали излагать славную эпопею про обнаружение станка и поимку странного студента. Однако в середине рассказа Николай встал и со словами, что он через минуточку вернется, покинул комнату. Вернулся он не через минуточку, а минут через пятнадцать. Выглядел он еще хуже: стал не просто бледным, а сероватым, руки немного подрагивали, на лбу выступала испарина.
– Что с вами? – спросил его прокурор.
– Да что-то мне не по себе, нехорошо, – ответил тот, но тут же добавил: – Вы рассказывайте, я слушаю.