Страница 43 из 72
Крапива не спешила впускать незваных гостей, но, увидев полицейских, посторонилась.
– Ищите, коль надо. Чего только надо? Вот ходют, ходют, нет бы дома сидеть, чай пить, – бурчала женщина.
– Быстро показывай, какую девушку ты у себя держишь! – потребовал Петр. Он лихорадочно оглядывал все пространство вокруг себя.
– Нет у меня никого, зачем мне у себя кого-то держать? Одна я.
Полицейские и следователи быстро просочились вглубь дома, осматривая все комнаты. Их было три, не считая кухни. Однако девушки нигде не было. В сенях нетрудно было заметить дверь, которая вела в маленькую даже не комнату, а скорее чуланчик с небольшим оконцем. Железманов обратил внимание, что в двери и в самом деле имеется небольшая щель, через которую можно было видеть, что происходит внутри комнаты. В самой комнате тоже были следы пребывания человека: на полу лежал матрас, скомканное одеяло, на столе стояла тарелка, а на ней валялся надкушенный кусок хлеба. Это косвенно подтверждало правдивость слов арестованного воришки.
– Кто это тут у тебя живет?
– Никто не живет, сама здесь сплю, – уверенным тоном произнесла женщина.
– Да ладно врать, вот в другой комнате у тебя какая шикарная кровать с периной стоит. Неужели ты ее променяла на этот матрас? – возразил Иван.
– А это мое дело, где хочу, там сплю. – Крапива выглядела уверенной и равнодушной. Однако под суровыми взглядами поняла, что тут переборщила, поверить в ее версию было трудно. Поэтому, помолчав пару секунд, она добавила: – Ну ночевал у меня хмырь один.
– Какой хмырь? Как зовут?
– А он мне паспорт не показывал. Постучал, спросил насчет ночлега, деньги достал. Вот я его и приютила. Мне не жалко, места много. Сегодня утром ушел.
– Как выглядел? – Железманов ни на минуту не верил в версию про случайного постояльца, просто он хотел запутать женщину в собственных показаниях, поэтому вопросы задавал быстро и напористо. Однако не зря Крапива подвизалась на ниве криминального бизнеса. Сбить ее с толку было крайне трудно.
– Как выглядел? Да обычно, человек как человек, две руки, две ноги, глаза, уши. Ну чернявый, роста среднего, нос с горбинкой. – С фантазией у скупщицы краденого было все в порядке, приметы несуществующего человека она выдумывала на ходу, быстро и уверенно.
От поверхностного осмотра жилища перешли к обыску: открывали шкафы, ворошили белье на полках, осматривали одежду. Крапива и в самом деле была женщиной педантичной и любила порядок: все лежало аккуратно, сложено, словно у солдата в тумбочке. Обувь стояла ровнехонько в ряд. Нельзя сказать, что результат обыска был ноль: обнаружились мужские серебряные часы на цепочке.
– Это что? Осталось от покойного мужа, которого у тебя никогда не было? – язвительно спросил Железманов.
– Мои часы, я ими пользуюсь. – На этот раз слова чухонки звучали не самым уверенным образом.
– А вот гравировочка имеется – инициалы, почему-то мне кажется, что в списке разыскиваемых украденных вещей есть такие часики, – заверил Зазнаев.
Среди вещей обнаружился еще узел с несколькими носильными мужскими вещами: шапка, мужская меховая шуба.
– Тоже, скорее всего, краденое, – предположил Петр.
– Проверим, – заверил Мореев.
Если относительно самой Крапивы было все более-менее явно: пойдет под суд за скупку краденого, – то девушку обнаружить пока не удалось. Дом проверили на предмет скрытых помещений – подполов и чердаков. Подняли все дорожки и половики на полу, чтобы убедиться, что под ними не скрывается входа в подпол. Залезли на чердак, но, кроме пыли и старых вещей, там ничего обнаружить не удалось. Вышли из дома, обошли все вокруг, рядом имелся небольшой сарайчик. Когда распахнули дверь в него, то с недовольством наружу вылетела пара кур, а потом с сердитым видом на улицу прошествовал петух, рассерженный неожиданным вторжением и беспокойством для него и его гарема. Людей в сарайчике не было. Кажется, пусто, обнаружить Тоню не удалось.
Пока Крапива находилась в доме под присмотром полиции, Зазнаев и Железманов вышли во двор обсудить ситуацию.
– Нет ее здесь, по крайней мере сейчас, – констатировал Зазнаев.
– Да, возможно, перевезли ее, – согласился Петр.
– А ты уверен, что она была? Может, арестованный наврал нам с три короба?
– А зачем ему?
– Не знаю.
Оба они подошли к коляске, где под охраной продолжал находиться Реев. Он указал именно на этот дом.
– Ты правду сказал? Этот дом? – грозно навис над ним Зазнаев.
– Этот дом. Что я, больной на голову, что ли? Точно он, и вон она, Крапива. Что я, ее не узнаю! А что, нет там этой девушки?
– Нет, пока не нашли.
– Да давайте я комнату покажу, где ее держали! – предложил Реев.
Конечно, у следователей и в мыслях не было, что они пропустили потаенную дверь, но все же повели арестованного в дом. Тот в сенях ткнул пальцем в дверь со щелью и произнес:
– Здесь, я точно помню, здесь она была.
А потом крикнул вглубь дома:
– Крапива, куда деваху подевала?
Ему разрешили пройти в комнату и повторить свой вопрос в лицо чухонке. Та отреагировала сдержанно:
– Ты, дурень, пей поменьше, мерещиться ничего не будет.
– Так кто это пьет? Ну ты даешь! Сама девку заперла у себя, а теперь «пьешь».
К сожалению, очная ставка результата не дала. Крапива продолжала твердить: «Ничего не знаю, ему спьяну почудилось, не было у меня девок никаких». Пришлось Реева опять вывести из дома под присмотр рядового полиции.
– Ну, что делать будем? – спросил друга Зазнаев. – Поедем? Боюсь, здесь мы ничего не найдем. Девушку, скорее всего, перевезли в другое место.
– Но она была здесь, я уверен! – Железманов был близок к отчаянию. Он не мог себе позволить покинуть этот дом просто так.
– Возможно, но сейчас мы все осмотрели, никого не нашли!
– Что-то тут не так! – уверенно произнес Петр.
– Что именно?
– Я сам не могу понять это. Вот видел сейчас, а что именно, понять не могу. – Железманов мучительно наморщил лоб и задумался. Потом спросил: – Вот почему у нее погреба нет? Как она продукты на лед выставляет?
– Не знаю, не всегда погреб в доме бывает, иногда его в огороде делают.