Страница 26 из 72
Глава 3
– Я не помню, кто мне ее сдал, она у меня в кармане вроде как месяц лежала.
Также не смог точно указать, от кого получил фальшивую императрицу, и второй осужденный. Он тоже не хотел терять свои кровные. Поэтому когда понял, что у него фальшивые деньги, то просто понес их в лавку.
– Возможно, действует одна шайка, которая сбывает фальшивые деньги. Наследили и в Питере, и в Рязани, и в Касимове, – подвели итог следователи на импровизированном совещании прямо на набережной Невы, когда вышли на волю из Крестов.
– Что дальше планируете делать, коллеги? – Вопрос Мореева был по существу: надо было договориться о взаимодействии, чтобы не мешаться друг у друга под ногами.
– Нам надо все же найти место, где наши фигуранты жили в Семенцах и где может прятаться этот Дмитрий Васильевич. Похоже, что именно он сбывал фальшивки в Вяземской лавре. Схема практически как у меня в Касимове, – поделился Петр Андреевич, а потом удивленно спросил: – Я вот только не понял, как в лавре трактир может быть? Да и не слышал я про такую лавру.
Его снова просветили насчет местной неофициальной топонимики.
– Может, нам из сыскного отделения кого-то в этот трактир отправить? Пусть поищет следы этого Дмитрия Васильевича? – предложил Петр, когда ликбез был закончен.
– Не уверен, что это что-то даст, но в целом вы правы, надо попробовать. Поехали на Литейный, я позвоню начальнику сыскного, попрошу помощи.
Но сделать это даже не успели: когда они только вошли в здание суда, их тут догнал секретарь товарища прокурора:
– Господа, вас всех срочно желает видеть товарищ прокурора.
* * *
В кабинете товарища прокурора они узнали интересную новость: из полиции сообщили первыми – только что обнаружилась еще одна фальшивая купюра.
– В ювелирную лавку на Невском проспекте, дом номер 31, пришла какая-то барышня, купила колечко и расплатилась. Потом обнаружилось, что сотенные купюры фальшивые. Сейчас в отделении полиции хозяин лавки и его приказчик сделали соответствующее заявление, – рассказывал товарищ прокурора.
– Возможно, наши «катеньки» всплыли, – предположил Петр.
– Да, поэтому лучше поезжайте туда и допросите этих заявителей.
Пришлось срочно ловить извозчика и отправляться в отделение полиции. Там они обнаружили двух взволнованных мужчин. Один, тот, который был и старше по возрасту, и лучше одет, явно был владельцем лавки. Второй, скорее всего, был приказчиком – одет хуже и держится робко.
На просьбу рассказать о случившемся первым откликнулся хозяин лавки, который представился Семеном Агафоновичем.
– Да вот подставил меня этот олух царя небесного! – воскликнул он.
– Кто подставил? – не поняли все трое следователей.
– Вот он, – хозяин лавки кивнул головой в сторону своего подчиненного, который смущенно разглядывал свои ногти.
– А в чем дело? Что произошло?
– Так он товар отпустил за рисованные картинки, то есть за фальшивые деньги. Оставил его в торговом зале одного, прихожу, спрашиваю, кто был, что покупали. Он докладывает, что вот колечко барышне продал, деньги отдает. Я посмотрел – а они на коленке рисованные, фальшивки. – С этими словами он посмотрел в сторону полицейского, на столе которого лежали денежные купюры. Сотрудник отделения взял денежные знаки и протянул их следователям. Зазнаев, Железманов и Мореев разобрали купюры (их было несколько) и стали рассматривать.
Так же как и на всех остальных изъятых фальшивках, у этих купюр были в наличии водяные знаки, но явно отсутствовала орловская печать: приглядевшись, можно было заметить, где один цвет сменяется другим.
– Надо их присовокупить к нашей «коллекции» и передать на Монетный двор, пусть посмотрят, один автор их рисовал или несколько, – сказал Петр. – А так похоже на то, что мы уже видели.
– Вы видели сами эту барышню? – спросил Зазнаев ювелира.
– Сам нет, не видел, я же сказал, что оставил лавку на этого олуха, он вот с ней разговаривал. Дурень, ты что, не мог бумажки как следует рассмотреть? Даже слепой увидит, что орловской печати нет. Я же тебя, идиота, специально учил, как фальшивки отличать, и про линии эти цветные рассказывал. Ведь говорил же, что без перехода может из какого угодно один цвет в другой вырасти, хоть от желтого к синему! – Он был готов с кулаками накинуться на своего подчиненного, который к тому моменту стал пунцовым как свекла.
– Ну так я посмотрел на свет, водяные знаки в наличии были, – попытался оправдаться приказчик.
– Дурень, что теперь с этих водяных знаков, их подделать много ума не надо, надо было на узор смотреть! – продолжал кипеть хозяин лавки.
– Ладно, сейчас надо не ругаться, а искать эту девушку, поэтому давайте без эмоций, – остановил его Мореев, а потом обратился к приказчику: – Постарайтесь все вспомнить в деталях, нам очень важна каждая мелочь.
– Да что он теперь вспомнит! Ввел меня в расход, придурок. Теперь стоит, пол разглядывает. Одни убытки от него! – кипел возмущением Семен Агафонович. Кажется, он был готов побить своего подчиненного, но этого ему сделать, естественно, не дали.
– Стоп, не надо криков, – решительно произнес Петр Андреевич. – Если будете кричать на своего сотрудника, он тогда точно ничего не вспомнит, и мы не сможем найти преступников. Вы сейчас делаете все, чтобы не компенсировать себе нанесенный ущерб.
– Да я и так компенсирую – буду из его жалованья вычитать! – пригрозил ювелир.
– А поймать этих злодеев не надо? Они же будут опять обманывать, снова могут вам фальшивки подсунуть, – пытался усовестить владельца лавки Зазнаев. – Не надо мешать нам работать, помолчите немного.
Потом он повернулся к приказчику, который был готов сквозь землю провалиться:
– Я понимаю, что у вас сейчас не самые лучшие эмоции, но я прошу помочь нам. Вспомните, как выглядела эта девушка.
Приказчик затравленно посмотрел на хозяина, но тот молчал.
– Красивая она, – наконец со вздохом произнес приказчик.
– Ага, вот тебе красота мозги и отбила, сколько раз говорить, чтобы на девок пялился меньше! – опять пошел в наступление хозяин лавки. Мореев был вынужден просто взять его за руку и вывести в коридор.
– Будьте любезны обождать здесь, – произнес он.
В это время Иван и Петр пытались разговорить незадачливого любителя женской красоты:
– Красивая – это понятно. Но, может, вы вспомните, какого она была роста?