Страница 71 из 311
Глаза, как обычно и происходит с моими органами, быстро адаптировались ко тьме, так что я видел больше и больше. То, что видел — не особо нравилось, так как мы с этим… ашуром женского пола явно находились в каком-то большом зале рукотворной постройки, посреди гор хлама, а нас окружало порядка сотни черных тонких монстров с горящими глазами, крайне негативно настроенных в отношении Артемиды. Однако, никаких действий по отношению ко мне они не предпринимали, только кружили и ползали вокруг, пытаясь дотянуться до зажавшейся в угол женщины так, чтобы я не оказался у них на пути.
— Выведи нас отсюда, я всё тебе расскажу! — сделала здравое предложение пиратка.
— Как? — поинтересовался я, грозя пальцем одному из черных монстров, — Ты слишком крупная. Была бы размером с цверга… а так эти товарищи умеют очень быстро двигаться. Они от тебя будут откусывать. Разве что в окно выпрыгнем.
— Какой выпрыгнем, тут двадцать четвертый этаж!
— Что мы тут забыли?!?
История, рассказанная нервничающей женщиной, оказалась довольно необычной. Я вырубился, пока мы еще ехали, удары по морде не привели меня в сознание, но законы физики привели нашу тачку в Таймен, он же Тюмен, он же, как я сильно подозреваю, Тюмень. Мертвый город представлял из себя огромное насаждение небоскребов, часть из которых была разрушена, так что Артемиде пришлось очень много петлять, выискивая нам путь. Заодно она осматривалась по сторонам в поисках того, что могло бы подойти за усилитель сигнала. Времени это заняло достаточно, чтобы начало темнеть. Наконец, она обнаружила полуразрушенный небоскреб, верхняя часть которого частично осыпалась, обнажив старые, ветхие, но вполне себе держащиеся металлоконструкции. Решив, что это наш шанс, она взгромоздила меня на закорки, ринувшись покорять этажи. Ей даже повезло найти вполне пригодную лестницу, чудом не обвалившуюся за прошедшие столетия и даже выдержавшую наш совместный вес.
Не повезло ей обернуться, чтобы увидеть хренову тучу черных монстров с горящими глазами, преследующих её по пятам (и отгороженных от добычи моим свисающим телом).
— Я чуть не обосралась, — буркнула продолжающая прижиматься ко мне пиратка, — Эти твари… они не живут здесь. Они пришли за мной с улицы. Почему они не атакуют?
— Кто бы знал… — вздохнул я, — Давай думать, что делать. Они на меня не нападают, как видишь.
— Почему раньше не сказал⁈ Ты же знал о подобном!
— Спрашивает та, кто чуть было не выстрелила в меня термоядерным боезапасом?
— Да дождалась бы я, пока ты сообразишь! Дождалась!
— В глаза это мне скажи.
— Сдурел⁈
В целом, выход из положения у нас был элементарный — тупо дождаться рассвета, с которым зеды уползут назад во тьму, из которой приперлись. Проверять, на что способны эти существа, которые, по рассказам Артемиды, могут за пару размашистых ударов своими лапками разодрать в клочья неплохой бронежилет, я не хотел. Огненноглазые бестии методично проверяли возможность добраться до твердого ашурского мяса, я лениво махал руками, отпугивая их, быт был налажен, леди-босс могла бы, наверное, даже вздремнуть, но за такую идею я был укушен за ухо. Это вызвало крайне нездоровое оживление среди монстров ночи, но, к счастью, закончилось для нас ничем.
А вот потом начались искушения, так как в оставленном где-то внизу «хамви» продолжала работать и глушилка, и приспособленный под неё маячок. Проще говоря, очередные преследователи осмелились зайти в мертвый город, чтобы найти в нем меня.
А нашли не меня.
Зеды, несмотря на то что выглядели как корявые монстры из детских ужастиков, дураками отнюдь не были. Если к одному куску мяса подобраться что-то стабильно мешает, а снизу, в полной тиши, слышны чьи-то голоса, щелчки оружия, да чуется вкусный запах, то порядочный зед молча развернется и уйдет на двадцать четыре этажа ниже. Неприлично быстро, бессовестно тихо, откровенно смертоносно. Можно даже по стенке или потолку.
— Обосраться и не жить! — буркнул я, впечатленный криками, воплями и эхом истеричных просьб о пощаде, что длились никак не дольше минуты.
— В мертвых городах полно разной гадости, — даже не думающая двигаться с места Артемида лишь вздохнула, делая моей спине конкретно горячо и потно, — Зеды — одна из самых жутких. Но они реагируют только на смесь звука и запаха, так что с ними многие могут… ужиться.
— А чего ты тогда так мне удивилась? — не понял я.
— Криндж, я имела в виду, что существует лютая дрянь, которая может жить рядом с зедами, — усталым тоном ответила мне пиратка, — Но эту дрянь крайне сложно назвать живой и нормальной, в отличие от тебя. И давай не будем об этом, уникальный ты наш. Я попробую аккуратно отломать вот здесь обшивку, может, доберусь до железа… Следи за обстановкой.
С первого раза у неё ничего не получилось, но потерявшие терпение мы начали перемещаться «крабиком» вдоль стены, так что через некоторое время обнаружили пробоину, в которую Артемида закинула пару проводков, прикрепленных к антенне рации. Это дало ожидаемый эффект, сигнал «пробил» располагавшуюся уже довольно далеко «глушилку», но здесь случилось интересное — сидя на двадцать четвертом этаже полуразрушенного временем здания, Артемида принялась орать в прибор, получая из него такие же отрывистые и громкие ответы подчиненных.
Концерт по заявкам на половину Тюмени был дан и услышан, так что мы провели еще много часов, прижавшись друг к другу и глядя в темную бездну, поселившуюся в огромном пустом зале, наполненном хламом, оставшимся от какого-то опен-спейса. Тьма пялилась в ответ мириадами огненных глаз. Это было нервно, особенно поначалу, вся моя спина была пропитана сисечным потом судорожно прижимающейся ко мне пиратки, но, после того как бездна аж три раза до утра исчезала, чтобы усладить наш слух криками невероятно быстро сжираемых неизвестных, её присутствие начало радовать не только меня.
С рассветом, озарившим мрачный полуразрушенный мегаполис, зеды ушли, а я, пережив терминальное удивление при виде этой Тюмени, ставшей покруче Москвы, что я помнил, пихнул локтем сопящую Артемиду, вырывая ту из объятий Морфея. С рокотом и гулом, на медленной скорости и тщательно маневрируя, к нам по воздуху приближалась несуразная и угловатая махина «Барнабаса».