Страница 54 из 61
молод, примерно того же возраста, что и Росс, когда присоединился к Проекту. Он был щуплым, почти искривленным телом, но держался гордо, что неудивительно, учитывая нашивку офицера
на его испачканной в боях форме и черты его лица, которые не могла скрыть широкая повязка, обматывающая его голову.
Тарлрок I Зантор. Два других сына павшего Тона погибли в бою, но этот был сражен ударом
по черепу и взят еще дышащим.
Лидер партизан знал о своем пленении с момента окончания битвы, но нужно было сделать
много дел — организовать уход за ранеными, выслать патрули и часовых для защиты от
контратаки, начать систематический обыск лагеря Кондор-Холл — и это потребовало его
первоочередного внимания. Кроме того, он хотел, чтобы на этом допросе присутствовали и
Гордон, и Эвелин, что было невозможно раньше.
Громкие голоса, резкие от ненависти, были слышны снаружи шатра, где сидели лидеры
Сапфировой Твердыни. Теперь, когда было сделано все возможное для живых, мертвых
собирали для погребения. Судя по нынешнему переполоху, тело Иорока, должно быть, только
что вытащили со склона.
Тарлрок также понял значение звуков. На мгновение его самообладание грозило рухнуть, но он был
натренирован держать себя в узде и сохранял бесстрастное лицо и позу перед своими похитителями.
Росс заметил быстро замаскированную дрожь эмоций, пробежавшую по лицу младшего
мужчины. Он мог пожалеть о внезапной потере отца и братьев, не сожалея о самих смертях.
«Скажи им, чтобы вели себя тихо там», — приказал он двум стражникам. «Просто
позаботьтесь о мёртвых, их и наших, и подготовьте раненых к отправке».
Как только пара ушла выполнять приказ, он повернулся к своему пленнику. «Твои родичи будут похоронены
вместе с остальными павшими, как это необходимо, чтобы предотвратить распространение болезней. Им не
будет оказано бесчестья. Что касается тебя самого, я хочу получить от тебя несколько ответов.»
«Вы не можете ожидать, что я предоставлю их», — спокойно ответил И Зантор, с
достоинством, которое противоречило его юности. «Даже если бы они у меня были», —
добавил он с тщательно выверенной горечью. «Мой отец всегда держал свои планы при себе, пока не был готов действовать. Даже наследник Тона мог быть не посвящён в его намерения».
Поверят ли они ему? Возможно, ибо Зантор всегда был известен своей скрытностью, ещё задолго до
того, как встал на путь к господству. И к смерти.
Что касается его самого, Тарлрок I Зантор был мелкой сошкой, писарем, а вовсе не воином, если только к этому не вынуждали обстоятельства, как в этой последней, трагической битве.
Кондор-холл всё равно был потерян, думал он с тупой обречённостью, независимо от того, будет он молчать
или нет. Ни новый Тон, ни другой его выживший брат не были людьми, равными Зантору I Йороку. Они не
смогли бы поддерживать военные усилия, не говоря уже о том, чтобы осуществить разграбление юга, даже в
том маловероятном случае, если бы их отец передал свои намерения одному из них. Кто-то из командиров
наёмников, возможно, и смог бы это сделать, действуя за спиной номинального Тона, но ни один из троих
сейчас явно не доминировал, и он не видел, чтобы кто-либо из них сумел вовремя захватить контроль, чтобы
добиться хоть какого-то успеха.
Возможно, им в любом случае было суждено потерпеть неудачу. В таком случае Зантору
повезло пасть здесь, пусть и от руки некрасивой женщины, едва ли крупнее ребёнка, а не
позже и гораздо более медленной смертью от так называемого правосудия своих врагов.
Внезапная волна утраты и ненависти захлестнула его. — Это демоны должны были умереть, —
прошептал он сквозь стиснутые зубы. — Они подстрекали Зантора начать войну, а затем
отказали в помощи, которая принесла бы ему победу.
Удушающий ужас сжал сердце Мердока, но его брови лишь приподнялись. «Ты пытаешься оправдать
Зантора, сказать, что он был одним из тех, кто повиновался голосам, звучащим в воздухе вокруг него?»
— Зантор И Йорок ни перед чьей волей не склонялся, и единственные голоса, которые он
слышал, исходили из глоток, достаточно крепких, чтобы их можно было схватить и задушить.
«Продолжай». Человек из Кондор-Холла больше ничего не сказал, и Росс Мёрдок подался вперёд. «Ты
утверждаешь, что эти предполагаемые союзники предали Зантора, по крайней мере, отказав в значительной
помощи. Расскажи нам, что случилось. Это единственный способ, который у тебя остался, отомстить за него».
Я Зантор изучал Огненную Руку. Он был полон решимости не ставить под угрозу дело
своего отца или усилия своих братьев, какими бы тщетными они ни были, но крупные
головы не были частью войны Кондор-Холла. Они не имели права на его верность.
Лидеры партизан несколько мгновений молчали после того, как он закончил свой рассказ. Наконец
Мёрдок подозвал стражников, ожидавших снаружи палатки. — Смотрите за ним в оба, — приказал
он, — и проследите, чтобы с ним ничего не случилось. Возможно, мы захотим допросить его снова.
Его глаза закрылись, когда доминиониты покинули шатер. — Лысые, — прошептал он.
— Они стоят друг друга. — Эвелин Риордан вздрогнула. — Этот человек пугает меня больше, чем они.
Ее глаза сверкнули гневом. — Его отец был предан! Ни слова о соседях его отца или о
зарезанных женщинах и младенцах, или о погибающих в битве за и против Кондор-Холла!
— Терра слишком хорошо знает его породу, — мрачно сказал Эш. — Психиатры. .
«Чёрт возьми, Гордон, не раскисай у меня тут! — резко бросил Росс. — Тарлок I Зантор и его
старик не были маленькими ягнятами, которых совратили с пути истинного большие, злые Лысые. Они прекрасно знали, что делают, и спокойно пошли и сделали это».
«Именно. Как и люди, которых я описывал. Психопаты, социопаты, антисоциальные личности — называйте».
«…делай с ними что хочешь, они в здравом уме, они осознают вред, который причиняют, и им
просто все равно. Почти все наши серийные убийцы были из этой породы, а также большинство
настоящих военных и политических монстров».
Глаза другого мужчины опустились. «Извини, Гордон, но что мы будем делать, или, вернее, как
мы это сделаем? На Хавайке у нас была магия Фоанны, и нас всё равно почти разбили. Здесь у