Огненная Рука

Было невозможно прочесть выражение лиц безволосых, но Зантор знал, что они

недовольны и, возможно, в ярости. Если он ошибся в своих рассуждениях о них. .

После нескольких напряжённых секунд демон кивнул в сторону сундука. «Что там есть, ты

можешь взять. Больше ты от нас не получишь ни золота, ни активной помощи, пока не

дашь нам то, что обязался поставить.»

Доминионцы вели своих тяжело нагруженных оленей. Только приблизившись к залу, они собирались сесть верхом, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания.

Лицо Тарлрока было белым, и его пальцы дрожали, сжимая поводья. Такая ненависть. Он содрогнулся

при мысли о том, что бы она сделала, если бы впилась в него. Пытались ли они это сделать и потерпели

неудачу или просто чувствовали свой гнев, как он чувствовал свой страх? Он с завистью взглянул на

отца. Зантор, казалось, не замечал невидимого шторма, порождённого его отказом и высокомерием.

Молодой человек облизнул губы. Буря не будет ни тихой, ни невидимой, если я, Йорок, застану

его всё ещё дрожащим спустя целый час после окончания столкновения. «Как ты собираешься

обеспечить, чтобы следующая партия дошла до наших войск?» — осмелился спросить он.

Зантор одарил его снисходительной улыбкой и замедлил шаг, чтобы они могли идти вместе

по-приятельски. «Отправив немного с одним конвоем, немного с другим. Основная часть этого

будет припасена для других расходов и для наших собственных войск. Наёмникам придётся

довольствоваться этим. Я передал наш договорной платёж представителю Коменданта А Гурона

в Кондор-Холле и имею его расписку в качестве доказательства. Это было собственное имущество

наших наёмников, и оно путешествовало под их собственной охраной, когда они его потеряли. Я

не обязан возмещать им полную сумму. То же самое касается припасов, но я, конечно, заменю их.

«Как?»

— Я отправлю несколько крупных партий и много мелких.

«Огненная рука. .»

«Он сильно навредил нам и будет продолжать это делать, пока мы предоставляем ему новые цели, но достаточно прорвётся. Наша армия не откормится этой зимой, но она не замёрзнет и не умрёт с

голоду — хотя я хочу, чтобы I Карлок верил в обратное.»

Его сын глубоко вздохнул. «Неужели — неужели ты веришь, что ещё есть реальный шанс?»

Зантор И Йорок рассмеялся. — С некоторой удачей и большой осторожностью мы одержим

победу. Пусть война идёт как шла до зимы, пусть Конфедераты думают, что мы почти

истекли кровью. С наступлением весны мои наёмники возобновят битву с полной силой.

«Возобновить патовую ситуацию. В лучшем случае — патовую», — горько ответил Тарлрок.

«Ах да, но я планирую сам принять непосредственное командование боем и также

высвободить наши собственные войска Кондор-Холла».

— Этого будет достаточно, чтобы отбросить конфедератов? Они сильны. .

«Мы даже не попытаемся. Мы атакуем Конфедерацию, а не её армию. Лурок Я Лоран преподал

урок. Теперь мы покажем, как хорошо мы его усвоили».

«Мои войска прорвутся прямо через линии, проскользнут, если смогут, пока наши наёмники будут

сражаться с их армией. Оказавшись позади них, мы направимся на юг, предавая мечу каждого мужчину, женщину и ребёнка, которых найдём. Каждое животное, которое мы не сможем угнать, будет забито. Всё, что мы не сможем унести, будет сожжено. Посмотрим, как долго продержится армия Гурниона I Карлока, когда Тоны узнают, что кровь их детёнышей пропитывает пепел их разрушенных залов и полей.»

— Мы можем устранить их поодиночке, как и планировали изначально, а затем вернуться, чтобы

выследить Файерхэнда в своё удовольствие.

«Тогда вы заплатите демонам?»

Зантор поджал губы. «Эти безволосые, похоже, очень стремятся получить материалы, которые

они потребовали. Мне серьёзно интересно, что они сделают, когда заполучат их в свои руки».

«Они сделают сами то, что убеждали сделать меня», — мрачно предсказал Тарлрок.

Тон усмехнулся. — Ты слишком много беспокоишься, Тарлрок И Зантор. Демонами они могут

быть, но они оказались неспособны командовать или вредить ни одному из нас своими

ментальными трюками. — Он хлопнул по рукояти своего меча. — Сталь они получат, это точно, но она бывает в разных формах. Им не понравится способ, которым я намерен её доставить.

11

Каким бы ни было его изнеможение и путаные, теперь уже забытые сны, тревожившие его

сон, Мердок проснулся на следующее утро в привычное для себя время.

Он полежал неподвижно несколько минут, наслаждаясь роскошью постели и теплом своей

хижины после суровой жизни последних нескольких дней.

Росс отбросил одеяло, укрывавшее его, и на мгновение остановился, глядя на него. Он снял

сапоги и откинулся назад, не потрудившись накрыться. Гордон, должно быть, сделал это

тоже, прежде чем наконец уйти в свои апартаменты.

Он покачал головой. Должно быть, сон сразил его с силой бердыша, раз он остался к этому

нечувствителен.

Как бы то ни было, ночной отдых пошёл ему на пользу. Он был расслаблен и освежён и, как

он понял, ужасно голоден.

Пол перед ним был исполосован золотыми полосами — солнечный свет струился сквозь

щели ставен, закрывавших единственное незастеклённое окно.

Он встал и открыл ставни. Утро было прекрасным, небо — ярко-голубым, воздух — бодрящим и

чистым.

Эш, должно быть, ждал этого знака, потому что несколько минут спустя он появился в

хижине, неся с собой еду и воду для умывания.

Мёрдок недолго собирался. Он сел есть за универсальный письменный стол, пока его

напарник рассказывал ему о делах в лагере, на удивление подробно, учитывая, что он сам

вернулся туда только прошлым днём. Он хорошо использовал время, которое Росс провёл с

Тоном.

Другой мужчина с удовлетворением оглядел свою быстро пустеющую тарелку, затем перевёл внимание

на самого Росса. «Рад видеть, что этим утром ты выглядишь не так, словно пострадавший в бою.»

«Я чувствую себя не совсем так». Он выглядел немного смущённым. «Боюсь, прошлой ночью я пытался оторвать тебе голову».

Гордон улыбнулся. «Не так много людей, на которых командир в такой ситуации, как наша, может позволить себе рычать.

Он также не может позволить себе принять позу железного человека. Это плохо воспринимается простыми смертными.»