Эникс и Аметист

— Как ты попал в княжество? — сок остыл в горячих ладонях, и я допила его одним глотком. Амет снова наполнил бокал, кивнул на фрукты.

— Мою сотню перебросили к Таузе. Якобы для разведки. Хотя какие из мальчишек разведчики? Я отправился через реку сам, взял только трех десятников. По нам стреляли свои же. Видимо потому княжеские привезли меня в свой лазарет, тоже перепутали. Мы плыли без формы, сама понимаешь.

— И признаваться ты не торопился, так? — я хмыкнула.

— Хотел сбежать, когда убедился, что мальчишек не сильно задело. Но драу Фирр предложила попробовать вернуть дар… Я не смог отказаться.

— Я тогда еще сказала, что ты счастливчик, — стало грустно и как-то безразлично. Все еще хуже, чем я думала. Мною не просто воспользовались, я своими силами создала нового солдата врагу.

— Эни! — Амет видимо заметил перемену в моем настроении. — Все, что между нами было — без обмана. Я услышал твой голос, когда был в беспамятстве. Целое мгновение считал, что мертв, и был этому рад! Только на той стороне могут звучать такие голоса. Потом в голове прояснилось, до сознания дошли слова. И я подумал…

— Что я стану неплохим подарком к выздоровлению.

— Нет, — не повелся на мой прохладный тон Амет, — я подумал, что сдохну, но не допущу, чтобы к тебе прикоснулся другой.

Я покачала головой. Посмотрела в окно, первые сумерки погрузили гостиную в полумрак, заиграли на хрустале. Мне пора.

— Почему ты не попрощался? — безразличный тон дался неожиданно легко.

Амет помрачнел.

— Кровный призыв старшего. Император собирал всех драу. Мы отступали.

— Ты ведь уже понял, кому нужна была моя невинность, да? Ты забрал то, что позарез нужно было Малахару. И что? Император порадовался за тебя?

— Ты снова язвишь. Прошлый раз от волнения. А сейчас?

— От злости.

— Не злись, Эни. Что бы там дядя не думал, но меня он принял как родного. Ты слепила из меня лучшую версию. Я теперь второй по силе драу в империи. И наследник.

— Зачем мне это знать?

— Затем, что я равен тебе, княжна Эникс. И могу просить твоей руки. Дядя одобрил наш союз.

— Ты знаешь, кто я, — пробормотала я и попыталась встать, но ноги затекли и не слушались. — Давно?

— В Рейтиге не знал. Какая разница, Эни? Я схожу по тебе с ума, и знаю, что тоже тебе не безразличен. Император сказал «да», почему же…

— Император сказал «да», — прошипела я. — А меня спросить не собираешься?

— Прости, — произнес Амет виновато. Поднялся и присел около моего стула на корточки. — Нам нужно больше времени.

— Что? — губы не слушались.

— Спи, Эни. Все будет хорошо.

И я заснула.

***Амет***

— Ты уверен, что сможешь ее убедить? — Фирис смотрел с сомнением.

Естественно, никакой уверенности я не испытывал. Вчерашний разговор в лечебнице тоже не вдохновлял, напротив, жирно намекал — просто не будет.

— Мы не переборщили с цветами? — спросил я вместо ответа. — Голова уже кругом идет.

— Открой окно, — Фирис пожал плечами.

Я распахнул створки, высунулся по пояс, вдыхая свежий воздух полной грудью.

— Нам нужно выехать завтра, если ты не уговоришь княжну, то…

— Знаю, — огрызнулся я.

— Снова начнется война, — тоскливо протянул Фирис. — А у меня родные и тут, и там…

— Я уверен, что Эни согласится.

— Хорошо бы, — сапфировый вздохнул. — А если нет?

Запасного плана у меня не было, поэтому я лишь досадливо дернул плечом. От окна я не отходил. Как по мне, превращать комнату в оранжерею — это чересчур, но Фирис уверял, что все девушки любят цветы. А привыкшая к роскоши княжна оценит только размах.

— Время, все упирается во время…

— Может, заберем княжну с собой? — нерешительно предложил Фирис.

— Она не согласится.

— А если не спрашивать?

— Как ты себе это представляешь? — я отошел от окна, но сел на сквозняке. — Заставить?

— У меня есть зелье сна…

— Я не буду опаивать Эни, — скрестил руки на груди.

— Даже я понимаю, что у тебя ничего не выйдет за один вечер. Никто не собирается причинять княжне вред. Всего лишь выиграем время.

Я задумался. Дядя дал мне восемь дней, из которых половина ушла на дорогу и поиски. Но это время было дано на то, чтобы привести Эни. Срок для того, чтобы объявить ее невестой иной — до переговоров.

— Она не простит, — я покачал головой. — Должен быть другой путь.

— Давай так. Если все пройдет так, как ты надеешься, дашь противоядие. Если нет… Ну позлится, поскандалит. Зато кровь не прольется. А у тебя будет достаточно времени, чтобы все объяснить.

Я медленно кивнул, все еще отчаянно надеясь, что использовать снотворное не придется.

Пришлось.