Академия Форхиллз

Глава 23 Шипы

Шон

Марша нацепила на себя прибор ночного видения и крутила головой во все стороны. Придерживал ее за локоть, а сам смотрел на карту в телефоне. Мы кружили тут уже час, но так и не наткнулись на домик в лесу. Ни следов от колес. Ничего.

— О! — оживилась Марша, а затем разочарованно выдохнула: — А нет, это кабан. А вот там сова.

— Где? — вскинул голову. — Дай сюда очки!

— Эй, ты же станешь, — она округлила свои глаза со следами от визора. — Ты хоть раз пробовал?

— Вот сейчас и попробую. У нас нет выбора. Завтра Виви могут перевезти в другое место, или чего хуже..

Размял шею и бросил сознание в сидящий на ветке силуэт.

Я соврал Марше, что не экспериментировал с животными. Но чаще с собаками и кошками, а вот с птицей было в первый раз. Тем ниже интеллект существа, тем сложнее в нем находиться, но со слов Джезабель я вообще в куклу умудрился нырнуть. Совы явно умнее. А ещё они жрут мышей. Но сейчас мне не до брезгливости. Тело кажется слишком легким, словно любой порыв ветра может унести меня, а зрение острее, чем в визоре.

Я никогда не летал. Умрет носитель, можно сгинуть вместе с ним, и я был не готов к такому риску. Но сейчас на карту поставлено слишком много. Расправил крылья и понадеялся на птичьи инстинкты и память тела.

Они не подвели, я довольно сносно маневрировал между ветвями, а потом поднялся над кронами. Тонкая, едва уловимая нить дыма вилась к небу. Помчался туда, чтобы проверить. Небольшой домик, очертания скрытой под брезентом машины, осторожно приземлился на ветку и заглянул в чердачное окошко.

На обоих ярусах детской кровати ворочались двое. Ждал. Нужно убедиться. Увидеть.

Дверь в комнату распахнулась, впуская полоску света.

— Ангелочки мои, вы спите?

Ангелочки?

В конце концов, это мог быть чей-то коттедж, и тут отдыхает обычная семья.

Из-под одеяла выбралась Виви, и мое сердце сжалось, когда я увидел ее перепуганный взгляд. Она ушла за незнакомкой, и практически следом за ними крадущейся походкой последовала Вианор!

От шока я вернулся в собственное тело. Глаза у меня, должно быть, стали такими же удивленными, как у совы.

— Нашел? — Марша помогла мне встать, и я все ещё переваривал увиденное.

— Их двое.. Там была Вианор.

— Не шути так, Торнхарт! Её же похоронили. Ты сам видел ее смерть!

В закрытом гробу! А увидеть я мог то, что захотела Теймроуз.

Марша рыдала и трясла меня за толстовку. Нет времени приводить ее в чувства, не поспешим и точно потеряем кого-то.

Вырвался и побежал к дому по трескучим веткам, даже не заботясь, что нас услышат. Виви куда-то ведут. Сейчас случится что-то очень плохое. Сердце сходит с ума от тревоги. Марша неслась следом, продолжая шмыгать носом.

— Сколько там людей? — быстро она в себя пришла.

— Без понятия. Сова не справилась с моими эмоциями и вытолкнула меня обратно.

— Сова: Торнхарт. Один: ноль.

В такой ситуации она сохраняет чувство юмора. Хотя голос нервный. Бесконечный лес. Надеюсь, я бегу в нужном направлении. Надеюсь, еще не слишком поздно. Увидел огни впереди и ускорился. Плевался паром, задыхался от холодного воздуха. Врезался в закрытую дверь. Ну же. Хоть кто-то. Заглядывал в окна. На пустой кухне горел свет, а на плите стоял одинокий чайник. Начал всматриваться в другие и замер. Вианор беспомощно болтала ногами по воздуху, пока Вернон опасно зажимал ей ладонью рот а другой рукой держал за шею. Она же задохнется. Что не так с этим психом?!

Занял его тело и выпустил Ви. Вот только двигаться я не мог. Мое тело стало клеткой и ждало приказов.

— Подожди, я сейчас, — хрипела Вианор, кошкой бросилась на кухню и притащила ворох самодельных тряпичных кукол. — Ты свободен. Ты свободен.

Резкий свист чайника заставил ее зажать уши и начать раскачиваться из стороны в сторону.

Сейчас должно случиться что-то жуткое. Что-то непоправимое.

Вбежал на кухню, чайника уже не было, а дверь подвала резко захлопнулась.

Я попытался открыть ее, но она не поддавалась.

Вианор на четвереньках заползла в комнату и теперь обессилено рыдала.

— Я виновата. Я так виновата. Я рассказала ей про мир грёз.

Мир грёз.. Чайник с кипящей водой.

О господи!

— Откройте нам дверь. Надо вместе!

Отпустил Вернона и простонал в собственном теле. Кажется, я приложился головой о корни деревьев. По лбу стекала кровь.

— Торнхарт, черт тебя дери, предупреждай о свои прыжках, чтобы я тебя ловила вовремя!

Дверь в коттедж распахнулась. Вернон был смертельно бледен, но в этот раз его взгляд был осмысленным. На шум вышел ещё один пленник. Я замер на мгновение, встретившись с ним взглядом.

— Дядя Хейл, это ты? Ты нас слышишь? — суетился Вернон.

— Где моя дочь? Где Виви?

Дочь? Виви.. там.. внизу..

Кинулся к подвальной двери, царапал ее, тянул. Кричал на всех вокруг. Но даже втроем мы не могли поднять ее. Марша баюкала совершенно обезумевшую Вианор. Я схватил топор и начал вскрывать пол.

Успеть. Лишь бы успеть. Лишь бы ей не сделали больно.

Но я опоздал. Чудовищный вопль раздался из-под земли. И я в отчаянии упал на колени, осознавая, какую пытку устроили моей розе. Я мечтал забрать ее боль.

Однажды я уже услышал этот зов, но тогда из страданий Виви родилось что-то прекрасное. Наш мир и наша любовь. Сейчас же это было больше похоже на реквием по самой жизни.

Внезапно все стихло. Я огляделся. Вианор, Вернон, Марша и Хейл лежали без сознания, и я догадывался, где они. И мне нужно туда же.

Новый крик Виви, и я с облегчением провалился в сон.

Я оказался в толпе ничего не осознающих людей. У кого-то были рога, у других вместо ног хвосты. Меня словно забросило на безумную Хэллоуин вечеринку, где гостям предлагали придумать самый странный костюм. У Марши на голове был переливающийся микрофон, а у Вернона из глаз торчали линзы кинопроектора. Вианор выглядела в мире грез точно так же, как ее сестра. Она удивленно рассматривала свое зеленое тело и приглаживала волосы-лепестки. Но Хейл удивил больше всех. Он был мужчиной, но без лица.

Похлопал себя. Без изменений, я все тот же Шу, и даже тряпочное сердце вернулось на место.

Попытался пройти сквозь толпу, чтобы отыскать Виви. И что-то вновь начало меняться. Все вокруг, как по команде, выстраивались в шеренгу, как на уроке физкультуры. Обернулся. Марша и остальные тоже вставали в ряд, словно ожидая, что их вот-вот рассчитают на “первый” и “второй”.

— Никто, Хейзел. Никто! — рыдала Виви, и я тоже вышел вперед.

Она больше не была розой. Ее тело почернело и покрылось шипами. Руки оканчивались смертоносными когтями, а ноги напоминали вырванные из земли корни. Чувствовал их болезненную пульсацию. Чувствовал отчаяние и бессилие Виви.

Она вытянула руку вперед и уперла коготь в чью-то грудь, затем завела жуткую считалочку, мучительно долго останавливаясь на каждом слове, лишь бы только не заканчиваться

— Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы..

Палец указал на последнего в списке, и сухие губы Виви задрожали. Мне не было видно, кому выпал страшный жребий, пока моя бедная роза не прошептала беззвучное:

— Мама.

..Кровь.

Виви закончила счет и замахнулась над выбранной жертвой.

Всего миг, но кто-то подался вперед. Полупрозрачный высокий силуэт с бутоном белой розы вместо прически. Как и при жизни волосок к волоску. Лепесток к лепестку.