Ты не заслуживаешь любви

в жизни ничего так не боялся, как снова её потерять.

Их!

И да, Поля не знает до сих пор, что беременна. Эгоистично я поступил? Сто процентов. Должен

был дать ей право принять это решение самой? По-любому. Сделал я так, как надо? Нет.

Я попросил её довериться мне. Она дала согласие. Значит пока что решения принимаю я.

— Ещё чуть-чуть потерпи. Осталось недолго.

— Надолго это сколько?

— Два дня.

— А что будет через два дня?

— Наша свадьба.

Полина резко подхватывается и принимает положение сидя, глаза открылись насторожённые и

требовательные.

— Как через два дня? — её голос дрожал, а сердце стучало так сильно, что мне кажется, я

даже слышу этот звук. — Почему ты не сказал раньше?

Я пытаюсь убедить её снова лечь — мягко, тихо, стараясь не дать панике захватить её тело.

Но когда она не слушается, я осторожно, но твёрдо притягиваю её к себе и прижимаю своим

телом. Её тепло, мягкость, аромат — всё это сводит меня с ума.

Как же божественно вкусно она пахнет. А эти глаза? В них можно тонуть и тонуть. Задыхаться,

но не отстраняться.

И в этой близости я понимаю, что сам начинаю терять контроль. Моё тело предательски

откликается на её прикосновения, на лёгкое дыхание у моей груди, на то, как её пальцы

осторожно скользят по моему животу. Я хочу целовать её, любить так, чтобы она чувствовала

только удовольствие, чтобы каждый её вдох принадлежал мне. Я хочу довести её до полного

забытья, но не ради собственного наслаждения — а чтобы она летала где-то высоко, теряя себя

в нашем безумии.

Мы лежим так, и время перестаёт существовать. Мгновения растягиваются в вечность, и каждая

секунда рядом с ней становится одновременно наказанием и спасением. Я чувствую, как её тело

прижимается к моему, как её дыхание то замедляется, то ускоряется вместе с моим. Как

напряжение, которое копилось месяцами, наконец находит выход. Я понимаю: если позволю себе

больше, если мы переступим эту черту, я окончательно потеряю голову. Но желание, которое

рвётся изнутри, оказывается сильнее всех доводов.

— Даня, поцелуй меня, пожалуйста, — тихо, с надрывным шёпотом просит она. Тем самым срывая

рычаг моего сопротивления.