Страница 71 из 106
Глава 40. Полина
Иногда он смотрит на неё
и думает, что потеряет всё.
Иногда она смотрит на него
и понимает, что уже потеряла себя.
Когда открывают багажник и я вижу проблески света, наконец-то выдыхаю. Руки и ноги отекли
от неудобного положения. Голова гудит. Единственный плюс — это машина премиум-класса с
огромным и более-менее комфортным багажником. Правда ли это? Да. Но в моей голове это звучит
лишь для утешения. Потому что, если бы багажник был как в «Москвиче», то я бы и часу в нём
не выдержала. А тут даже было мягко.
— Тащите её в подвал, — слышу его приказ.
Только не подвал, — хочу крикнуть ему. Я их боюсь. Ненавижу это место. В нём сыро, холодно,
мерзко и страшно. Но... я молчу. В горле пересохло. Я успеваю лишь увидеть, что Даниил стоит
ко мне спиной и даже не смотрит, как огромный здоровяк тащит меня к дому.
Ноги ватные, не слушаются. Я даже шагов не могу нормально сделать. На одной ноге слетает
обувь, и мне приходится подпрыгивая идти дальше. Меня ещё не дотащили туда, но я уже хочу
бежать.
Вот только куда? А главное, зачем?
Ответь, Полина, себе на самый главный вопрос: смогла ли ты жить без него? Жила ли!?
За два года ни одного мужчины, ни одного поцелуя, ни одного взгляда в сторону
противоположного пола. Я... будто превратилась в мумию. Точнее, стала ею. Я жила жизнью
Александры Авдеевой. Да, моя жизнь кардинально изменилась. Не было привычных студенческих
будней. Не было постоянства, уверенности, спокойствия. Я каждый день оборачивалась и
боялась, что тень за моей спиной — это их тень. Что нашли и закончат то, что не вышло два
года назад.
Страх — он был со мной каждый день моей жизни. Но что хуже всего, во мне жила пустота. Она
разрасталась и поглощала с каждым днём всё больше. Будто меня прежнюю засасывало в
водоворот, из которого нет выхода.
Думаете, почему Александра — дизайнер свадебных платьев? Думаете, случайно? Просто вышло
красиво нарисовать и понеслась? Нет. Я намеренно не давала себе забыть ту боль. Тот день.
Тот миг, когда я потеряла его. Когда поняла, что натворила. Потому что если забуду и
перестану чувствовать, меня затянет окончательно.
Меня заталкивают в сырое, холодное помещение. Да, тут не так страшно, как в фильмах
показывают. Крыс не видно — уже хорошо. На полу матрас, я так понимаю, для меня. Теперь тут
буду жить?
Что ты сделаешь, Дань? Силой возьмёшь? Не страшно. Мне уже ничего не страшно. Я... Я два
года назад стала причиной, по которой два человека сгорели заживо. Поначалу меня даже
совесть душила. А потом отпустило...
Два года назад. День свадьбы
— Когда приедет машина? — спрашиваю я, пока надеваю назад своё бельё и рядом брошенный
спортивный костюм. Моё скромное свадебное платье валяется на полу. По нему прошёлся обувью
Валерий Владимирович, оставляя отпечатки своих подошв. Будто оскверняя этот день, меня и
нашу с Даниилом любовь.
С сегодняшнего дня для меня он больше не человек. Мразь. Таких убить не жалко. Если
когда-то мне в руки дадут пистолет и он станет передо мной, я ни на секунду не моргну —
выстрелю.
— Сиди молча и не дёргайся, — чуть ли не рычит парень, который приехал уже после того, как
все оставили меня тут одну. Хотелось ответить в тон его ответа, но у меня не было сил. Меня
раздавили, как таракана.
О чём ты только думала, Полина, когда пошла на это всё? Даня, он же... Может поверить отцу,
а не мне.
Нет! Нет! Не может. Он любит меня. Вон, предложение сделал. Жениться хочет. Так легко он не
может поверить в то, что я ему изменяю. Да ещё и с тремя парнями сразу. Он почувствует
подвох. Должен почувствовать.
Парень выходит из номера, а я иду к зеркалу в ванной, чтобы хоть немного привести себя в
порядок. Ужас. Умываюсь холодной водой, смываю все остатки макияжа. Волосы в пучок.
За дверью слышу шорох. В номер снова вернулась парочка.
— Слушай, это же куча денег, — слышу голос парня.
— Я знаю. Он отдал их этой шмаре. Подстилка его сына. За кой хрен — я не понимаю.
Я выхожу из ванной, иду прямиком к ним. Не нравятся они мне. Но, возможно, они могут
помочь. Я дам им деньги, а они помогут мне связаться с Даниилом.
— Я отдам их вам, только помогите мне.
— Что ты хочешь? — сразу же загорается парень. Да у него на лице написано, что он падок до
денег.
— Помогите связаться с Ахматовым младшим. Я отдам вам всю сумку.
— Надо подумать... — начинает парень.
— Ты придурок? Ахматов старший нас убьёт, — перебивает его девушка.
— Да с такими деньгами он нас не найдёт больше. Свалим за бугор, и всё будет у нас пучком.
Я слушаю их и не дышу. Мне бы один звонок Дане — и всё. Я бы объяснила ему. Доказала, что
не виновна. Как — не знаю. Но я бы смогла.
— Ладно, — вроде как соглашается девушка. — Только я хочу ещё твои серьги, — руку
протягивает. Вот же сука, я им триста тысяч отдаю, но ей мало всё равно.
Пальцы дрожат, когда я касаюсь холодного металла. Один из первых подарков Дани.
«Никогда не снимай их», — просил он меня. Но сейчас у меня нет выбора. Я потом ему скажу,
что пришлось пожертвовать подарком ради того, чтобы он спас меня. Потому что если сейчас
меня увезут, вернуться я не смогу. Во-первых, это опасно. За нарушение договора меня просто
убьют. А во-вторых, спустя время Даниил уже не поверит мне. Скажет, почему сразу не пришла.
Парочка выходит, чтобы обсудить детали и позвонить Дане. Мне телефон не дают. Я нервно хожу
по комнате и жду их возвращения. До приезда машины от силы осталось минут пять. Надо
торопиться.
Когда дверь открывается, я вздрагиваю так, будто меня ударили током. Сердце уже стоит
где-то в горле, пальцы холодные, ладони влажные. Я ищу глазами девушку. Но она проходит мимо
меня молча, не поднимая взгляда. Ни слова. Ни улыбки. Ни алчности в глазах. Просто молча
идёт в ванную и закрывает за собой дверь. Щёлкает замок, и через секунду я слышу какой-то
глухой шум. Будто льётся вода. Или что-то переливают. Или… Я не придаю значения. Потому что
всё моё внимание приковано к нему.
Я смотрю на парня и жду. Сейчас он скажет, что дозвонился. Сейчас он скажет, что Даня уже
едет. Сейчас всё закончится, и этот кошмар рассыплется, как дурной сон.
— Ну? — голос у меня хриплый, чужой.