Страница 85 из 110
— Тебе не стоит ютиться в гостевой. Вспомни нас на кухне – мы все делаем шаг вперед. Нет ничего страшного в том, чтобы спать в их комнате, зато у тебя будет своя ванная, — он тянется к дверной ручке.
— Хейс.
Не знаю, что он услышал в моем голосе, но убирает руку.
— Нет? Ладно.
Я понимаю, что он прав, и уж лучше буду смелой сейчас, пока Хейс рядом, поэтому тянусь мимо него, набираю в легкие побольше воздуха и открываю дверь. Все в точности так, как было много месяцев назад, разве что пыли прибавилось. После похорон я просто забросила сюда чемоданы и дорожные сумки, которые вернула полиция.
Хейс заходит следом, и я закрываю дверь, чтобы дети нас не застукали. Знаю, Линкольну все равно, но не уверена, как на это отреагируют девочки.
— Это их вещи? — Хейс садится на корточки перед рюкзаком, из бокового кармана которого торчит телефон. — Не думала просмотреть телефоны?
— Нет, — чувствую себя так, словно вторглась в чужое личное пространство.
— Там наверняка есть фотографии, которые дети захотят увидеть, когда подрастут, — он встает, и я с облегчением выдыхаю: слава богу, не взял телефон. Хейс подходит ко мне и берет руки в свои. — Я знаю, что это тяжело, и никогда не был на твоем месте. Но, Лейтон, после того как мама заболела, все, что я мог делать – это пересматривать ее фотографии. И первой мыслью было: мы слишком мало фотографировались. Я боялся, что если рак заберет ее, воспоминания поблекнут, и мне не за что будет зацепиться. Я понимаю, что больно, но тебе стоит сделать это ради детей. Вы не можете просто вычеркнуть их из памяти.
Непролитые слезы жгут глаза, но он прав. Я знаю, что прав. Просто не хочу смотреть на ее счастливое лицо, зная, что произошло после того, как был сделан последний снимок.
— Я могу все просмотреть, если ты не хочешь, — мягко предлагает он.
Утыкаюсь лбом в его грудь, и Хейс успокаивающе поглаживает меня по рукам.
— Нет, я должна сделать это сама, — отстраняюсь от его теплого тела и подхожу к рюкзакам. Присаживаюсь, не отрывая взгляд от телефона в наружном кармане.
Это телефон Скай. Я никак не могу взять в толк, почему он не был при ней в тот момент, когда она сорвалась. В этом нет никакого смысла. Она же обожала фотографировать. Возможно, если бы телефон был у нее, все могло бы сложиться иначе.
Но я никогда не получу ответа на этот вопрос, так что придется его отпустить.
— Нужно его зарядить, — я поднимаюсь на ноги, до побеления костяшек сжимая телефон в руке.
— Я буду рядом. Хочешь, чтобы проверил их сумки на случай, если там есть что-то еще?
— Думаю, на сегодня хватит. Один шаг за раз, — подхожу к двери и в последний раз оглядываю комнату, прежде чем выйти.
Хейс идет за мной в спальню, и я подключаю ее телефон к зарядному устройству. От сексуального настроя не осталось и следа, и Хейс, видимо, чувствует эту перемену: он просто обнимает меня и нежно гладит по рукам, пока мы ждем, когда загорится экран.
Я сажусь на край кровати и беру телефон в руки. Теперь, когда вижу всплывающие уведомления о сообщениях, мне не терпится все выяснить. В основном это сообщения, присланные примерно в то время, когда они погибли, но с одного номера звонили несколько раз и оставили кучу голосовых. Контакт сохранен как «Доктор Бонни Уэлш».
Скай никогда не упоминала доктора Бонни Уэлш. И зачем звонить столько раз?