Страница 52 из 55
— Достаточно, — сказала Тамира. — Одна доза антидота для Зорана. Одна стабилизатора для Нурии. Доказательства — для всех. Этим мы начнём. Остальное — потом.
— Потом — если выживем, — добавил Ефрем. Без пессимизма. Факт.
Лаурин шёл. Кастусова схема показывала: ликвидаторы выдвигаются к катакомбам, прикрытые зельем силы из тайных хранилищ. Те самые зелья, о которых Юста рассказала в подвале трактира. Те самые, которые Артём варил для Нижнего квартала, а Орден конфисковал и раздавал убийцам. Круг замкнулся.
На поверхности Нурия готовилась. Слуги несли письма — аристократам, гильдейским мастерам, торговцам. Приглашение на площадь. «Герцогиня Нурия имеет сообщение, касающееся здоровья города.» Формулировка — нейтральная. Содержание — бомба.
Артём спустился обратно в лабораторию. Скелет лежал у двери. Тетради — на столе. Черновики — на стене, прикреплённые воском. Ефрем стоял у перегонного куба, руки в реагентах — привычные, точные, стариковские. Юста сверяла данные. Перебежчики помогали — неуклюже, но старательно.
Тамира поднялась наверх — координировать. Связные, каналы, маршруты. Одноглазая, хромая, с повязкой и записками в карманах — невидимая в городе, который не замечал тех, кого не хотел видеть.
Тишина перед бурей. Последняя ночь — или первое утро. Зависело от того, кто придёт раньше: Лаурин со своими ликвидаторами или рассвет с речью Нурии.
Артём варил антидот для Зорана. Одна доза. Из последних реагентов. Руки работали — бурые пятна, длинные пальцы, руки фармхимика. Голова — частично пустая, частично полная. Формулы — на месте. Имена — на месте. Мать — нет. Город — нет. Сестра — нет.
Но здесь, внизу, в двухсотлетней лаборатории со скелетом у двери, были люди, которые пришли помочь. Не потому что Артём попросил красиво. Потому что у каждого была своя причина: Ефрем — потому что умел. Юста — потому что хотела чистоты. Нурия — потому что считала. Зоран — потому что умирал. Кастус — потому что мстил. Тамира — потому что была Тамирой.
Все дороги вели в Тервин. И все сошлись — здесь, под ним.