Страница 45 из 73
На следующее утро друзья позволили себе выспаться и не подниматься как обычно. Когда молодые люди приоткрыли глаза, то декабрьское солнце смело заглядывало в окно, полностью заявляя права на наступивший день. «Грешно лежать в постели в такой день. Я сегодня свечу в полную мощь как могу в это время года, призываю всех на свежий воздух из душных комнат», – говорили солнечные лучи. Железманов и Зазнаев вспомнили вчерашнюю идею покататься на коньках:
– Природа нам благоприятствует. Для коньков в самый раз. Давай завтракать и на улицу, – призвал друга Петр Алексеевич.
Иван Васильевич согласился. Завтрак прошел в приподнятом настроении. Пирожки, молоко, гречневая каша – все было оценено по достоинству.
– Тимофей, ты точно не хочешь с нами? – опять начал шутить Петр.
Кот не ответил. «Поесть лучше дай», – говорило выражение его зеленых глаз. Впрочем, хозяин не забыл о гастрономических интересах своего друга. Встал и налил в миску молока. Зверь с удовольствием склонился над ней. А молодые люди поспешили в городской парк.
Катание на коньках – достаточно распространенное удовольствие среди представителей различных социальных слоев начале двадцатого века. Во многих городах зимой заливали катки, на которых катались мужчины, женщины, дети. Специальной спортивной одежды не было. Катались в обычных пальто, тулупах.
Петр Андреевич был частым гостем на городском катке. У него неплохо получалось кататься. А вот Иван Васильевич основательно забыл навыки скольжения по льду. Хорошо, что на помощь пришли два местных гимназиста. Увидев завсегдатая катка с товарищем, который только и делал, что пристраивался растянуться на сверкающем льду, мальчики подъехали ближе:
– Здравствуйте, Петр Андреевич.
– День добрый, молодые люди, – ответил Железманов.
– Бонжур, юноши, – кивнул головой Зазнаев и даже попытался отвесить небольшой поклон. Однако для него это чуть не кончилось падением.
– Извините, я порядочно забыл, как это делается. Давно не катался, – смутился он.
– Ничего, хотите, мы вам поможем?
Гимназисты взяли Зазнаева за руки и стали ему показывать, как правильно держать корпус и делать движения ногами. Тот оказался неплохим учеником, или просто его мозг быстро вспоминал нужные навыки. Несколько раз троица с шумом падала на лед, затем все, смеясь, поднимались на ноги, опять падали. Мальчишки получали от происходящего огромное удовольствие: неожиданно оказаться в роле наставника над человеком намного себя старше – эта пикантность ситуации не могла не веселить их. Они визжали, дрыгали в воздухе при падении руками, ногами. Словом, время на катке прошло весело.
Друзья вернулись домой румяные, довольные, веселые и очень голодные. По квартире витал соблазнительный запах жареной рыбы: Прасковья купила утром пару фунтов речных окуньков и теперь жарила их к обеду. На диване друзья застали умывающегося Тимофея. Морда у кота была более чем довольная. Он возил лапкой по мордочке с таким видом, словно хотел всему миру продемонстрировать, что он получил неслыханное удовольствие.
– Что, рыжий, такой довольный? – с интересом обратился к нему Иван Васильевич. – Опять что-то удачно стащил? Или поймал кого?
– Не, это, скорее всего, ему Прасковья дала рыбьих потрохов. Вот он и такой счастливый, – предположил Петр Андреевич.
– Прасковья дала потрохов? – удивился Зазнаев. – Это после того как они вчера поругались? Что-то я не замечал, что она очень отходчива. Вчера так шумела!
– Да просто эти потроха больше некуда девать. Из них ничего не приготовишь. Из голов, может, заливное будет, а кишки только коту понравятся.
Окуньки удались на славу. А если еще вспомнить, что подавала Прасковья их с жареной картошкой и солеными грибами, а на первое были наваристые щи, то друзья получили настоящее гастрономическое наслаждение. После вкусной еды потянуло на прекрасное. Зазнаев запел романс из репертуара Вари Паниной:
Вчера я видел вас во сне
И полным счастьем наслаждался.
О, если б можно было бы мне,
Я никогда б не просыпался.
Доверчиво ко мне на грудь
Головку нежно вы склонили,
Ах, я шептал: «Я вас люблю»,
«Люблю», – вы тихо повторили
21
.
Воскресенье посвятили простой прогулке по городу, погуляли по набережной. Ока уж давно встала, замершая пристань выглядела сиротливо, но зимнее солнце старалось как могло: веселые искорки блестели на замершем льду, играло в голых ветвях деревьях. По другую руку шли дома местных крупных купцов и предпринимателей: Кастровых, Барковых, Качковых. Многие из них были построены не только с размахом, но и со вкусом, радуя глаз своей архитектурой. Особенно выделялся дом Кастровых – из красного кирпича с белыми колонами.
– Тихо здесь, – произнес Иван Васильевич.
– Это только сейчас, когда навигации нет. А вот летом здесь достаточно интенсивная жизнь. Пароходы приходят отовсюду: из Нижнего Новгорода, Рязани, Астрахани, Самары. Грузятся, разгружаются. Даже ночью гвалт не стихает. Я люблю здесь гулять в любое время года: мне это место Тверь напоминает. Хоть Ока чуть и поуже Волги, но все атмосфера такая же.
– Скучаешь по дому?
– Скучаю, но нельзя всю жизнь просидеть у матушки в гостиной. А здесь мне нравится. Я, когда первый раз сюда ехал, думал, в такую глушь попаду. А приехал по воде, увидел с Оки панораму города, церкви, эти особняки на набережной, построенные с претензией на шик, то сразу понял – этот город станет для меня родным. Ты лучше мне скажи, что теперь по делу делать будем? Что-то не очень с доказательствами вины этого Сергеева получается.
– Согласен – не очень. Но у меня чутье неплохое. И оно мне подсказывает, что мы все же на верном пути. След идет в эту деревню. Я думаю, что, скорее всего, Сергеев ни при чем, но наверняка концы в этой деревне спрятаны. Будем работать в этом направлении. С одной стороны, я очень надеюсь на Анисимова, его талант. Найдет он что-то в этой деревне. Я завтра опять буду с Сергеевым беседовать.
– Думаешь, что он что-то утаил?
– Даже если не утаил, есть о чем поговорить. О его односельцах, кто чем живет, кто в город ездит. Я еще не успел эту тему затронуть.
– А мне ты что-то собираешься поручить?
– Надо допросить отца Серафима. Во-первых, надо проверить алиби Сергеева, во-вторых, также поговорить обо всех жителях сразу.