Страница 43 из 106
Это стало еще одним огромным потрясением для Теона. Он привык, что его мать — холодная, сдержанная аристократка, которая в лучшем случае могла позволить себе вежливую полуулыбку.
Чтобы леди Фростмар хохотала в голос? Немыслимо.
Но мне и правда стало невероятно весело. И одновременно — кристально ясно.
Я наконец поняла, почему мое видение так настойчиво вело меня в тот грязный переулок, почему было жизненно важно спасти эту худенькую девочку.
Конечно, я бы вытащила её и просто так, из обостренного чувства справедливости.
Но ирония судьбы заключалась в другом. Мой сын с пугающей точностью повторял путь своего отца. Упрямый, властный дракон нашел свою пару. И не среди благородных наследниц древних кланов, а в нищем сиротском приюте.
О, бедная старая леди Фростмар!
Свекровь до сих пор не могла переварить мое «недостаточно благородное» происхождение и каплю магию, а ведь я была обедневшей аристократкой. А теперь известие о том, что единственный наследник рода связался со стипендиаткой, её и вовсе добьет.
Если, конечно, я всё правильно поняла.
Искушение стянуть с руки тонкую перчатку и коснуться их, чтобы с помощью дара провидицы проверить связь, было велико.
Но я не стала этого делать. Просто стояла, прислонившись плечом к стене, и наблюдала за ними. За покрасневшей, робко кутающейся в мой огромный халат девочкой. И за Теоном, который сейчас напрягся, как хищник перед прыжком.
Он подошел к ней вплотную, жадно и тревожно осматривая, проверяя, всё ли с ней в порядке. А потом его взгляд остановился на её разбитой губе.
Воздух в прихожей мгновенно потяжелел от влаги и драконьей ярости. Теон глухо, по-настоящему по-звериному зарычал.
— Это снова Изабелла? — его голос вибрировал от ярости. — Я же сказал тебе дождаться меня у ворот. Зачем ты пошла одна?
— Я… я просто вышла за ограду, и… меня сразу затолкали в карету, — Лия опустила глаза, нервно теребя пояс халата.
Теон агрессивно, шумно втянул воздух ноздрями, словно беря след.
— Кто им помогал?
— Гарри и Барри, — едва слышно пискнула девочка.
— Им конец, — Теон сжал кулаки так, что побелели костяшки.
Я сложила руки на груди и неторопливо оскалилась в вежливой, но очень опасной улыбке.
— Не обязательно бить морды, дорогой, — спокойно заметила я.
Теон не сразу, но всё же резко обернулся в мою сторону. В его глазах полыхал темный огонь.
— Они не понимают по-другому, мама.
— А ты пробовал объяснять на понятном им языке? — я чуть склонила голову набок. — Знаешь, сын, однажды твой отец сказал мне очень мудрую вещь. «Морда заживет, сломанные ребра срастутся, и тогда придется бить дураков по новой, чтобы освежить им память. А вот разрушенную репутацию уже никогда не обелить».
Теон замер, обдумывая мои слова. Звериная ярость в его взгляде начала медленно сменяться холодным, расчетливым блеском.
— Хм… — многозначительно выдал он.
— Директора лицея это тоже касается, — тут же задумчиво протянула я, поправляя манжету. — Но его я навещу лично. У нас состоится крайне увлекательная беседа о педагогике.
Я перевела взгляд на застывшую Лию.
— Изабелла — это та высокая блондинка? — уточнила я.
— Да, госпожа, — тихо прошептала девочка.
Я постучала указательным пальцем по подбородку, быстро выстраивая схему.
— У тебя еще есть доступ в министерство отца? В его кабинет и личный архив? — я посмотрела прямо на сына.
Теон нахмурился, но уверенно кивнул:
— Да. Мой пропуск работает.
— Ну, тогда у меня есть план, — хищно улыбнулась я.
— Я понял, в чем суть, — Теон мгновенно считал мою идею. В этот момент он был так похож на Рейгана, что у меня перехватило дыхание. — Я сделаю всё сам, мама.
— Ты уверен? — с легкой гордостью спросила я.
— Я размажу их.
— Тогда поспеши, — мой голос стал серьезным и деловым. — Потому что очень скоро твой пропуск в министерство могут аннулировать.
Теон непонимающе свел брови:
— Почему? Отец этого не допустит. Я поговорю с ним.
— Нет, Теон, не поговоришь, — я произнесла это абсолютно ровно, как свершившийся факт. — Твой отец сейчас вне закона. Поэтому, если ты собрался припугнуть тех идиотов, советую поторопиться.
Глаза сына расширились от шока, но я не дала ему времени на расспросы.
— И, кстати, — я невозмутимо перевела тему, — с чего эта Изабелла вообще решила, что может безнаказанно себя так вести? Почему она трогает Лию?
— Изабелла вбила себе в голову, что мы с ней пара и поженимся, — с нескрываемым отвращением произнес Теон, кривя губы.
Моя веселая, предвкушающая улыбка мгновенно погасла. Внутри поднялась ледяная волна совершенно иного толка.
Одно дело — детские издевательства из-за статуса, и совсем другое — когда какая-то малолетняя интриганка пытается наложить лапу на моего сына, попутно уничтожая тех, кто ей не нравится.
— Если твой отец вдруг хотя бы заикнется о том, что хочет выгодно женить тебя на этой белобрысой мегере, посмевшей ударить Лию, он останется без еще одного особняка. Как минимум, — абсолютно серьезно, чеканя каждое слово, пообещала я.
— Папа сказал, что лучше ждать свою истинную пару.
Я замерла, не веря собственным ушам.
— Твой папа не мог так сказать. Твой папа… — я вовремя прикусила язык, проглатывая крепкое ругательство.
Ругаться при ребенке мне совершенно не хотелось, хотя этот «ребенок» был уже достаточно взрослым и умным, чтобы понимать всё.
Рейган всегда был прагматиком до мозга костей. Истинность для него была лишь биологической привязкой, досадной помехой, от которой он с такой показательной легкостью отказался ради молодой «одаренной» любовницы. И вдруг — такие речи?
— Ты не слышала его, мам, — Теон понизил голос, и в нем проскользнула неуверенность. — Он как-то вечером так безумно хохотал у себя в кабинете. Я даже испугался, подумал, что он сошел с ума. Он смеялся до хрипоты, а потом открыл свой коллекционный грог, который берег годами. Правда, когда я зашел, он меня быстро прогнал, но его слова про истинность я запомнил очень хорошо.
Что-то я ничего не понимаю…
— Мам?
— М?
— А ты можешь взять опеку над Лией? — в голосе Теона звучала такая неприкрытая надежда, что у меня на мгновение перехватило дыхание.
Я посмотрела на своего сына — высокого, плечистого, так похожего внешне на своего отца, но сейчас, в эту минуту, совершенно на него не похожего внутренне.