Страница 44 из 106
Рейган всегда просчитывал выгоду. Он бы никогда не попросил об опеке над сироткой из приюта, если бы это не сулило политических дивидендов или магического усиления рода.
Не потому что он был плох как человек, а потому что его так воспитывали, просто однажды в его жизнь ворвалась я и все полетело в бездну.
А Теон… он просил просто потому, что его сердце не выдержало несправедливости. Тут он был как я.
— Она ведь совсем как ты… тогда, давно, — эти его слова эхом отозвались в моей голове.
Я сглотнула комок, подступивший к горлу.
Значит, он знал. Он понимал, через что мне пришлось пройти в те годы, когда я только вошла в семью — бесприданница с сомнительным даром, окруженная ледяным презрением старших Фростмаров.
— Я уже приняла это решение, Теон, — тихо ответила я, кладя руку ему на плечо. — Еще до того, как ты ворвался в эту дверь и едва не снес её с петель.
Я видела, как плечи сына расслабились, как с его лица ушло то пугающее напряжение, с которым он пришел. Он коротко выдохнул, и в этом выдохе было облегчение.
— Спасибо, — прошептал он.
— Не благодари. Мы еще ничего не сделали, — я снова стала деловитой и собранной. — Но ты готов к тому, что на тебя будут смотреть косо?
Теон дернул подбородком, и в его глазах снова вспыхнул тот самый холодный драконий огонь, который я так часто видела у Рейгана.
— Пусть смотрят, — Теон упрямо дернул подбородком.
В этот момент снова его сходство с отцом было просто поразительным.
— В таком случае, сначала делаем так, — я деловито сложила руки на груди, окончательно беря управление парадом в свои руки. — Мы с Лией остаемся здесь и занимаемся исключительно нашими, женскими делами. Снятие мерок, обсуждение фасона, выбор кружева для воротничков — это надолго. А ты, мой юный защитник, пока беги в книжную лавку за учебниками для девочки.
— Не надо! — тут же испуганно напомнила о себе Лия.
Её бледные щеки мгновенно залило таким густым, пылающим румянцем, что она стала похожа на спелый маков цвет.
Девочка отрицательно замотала головой, отступая на шаг и еще крепче запахивая на груди полы моего халата.
— Вот видишь? Она не хочет, — Теон с досадой взмахнул рукой, обращаясь ко мне за поддержкой. Весь его вид выражал крайнюю степень уязвленности. — Я уже предлагал ей купить этот проклятый комплект. Но она ни в какую не соглашается! И даже ругается, представляешь?
Я едва сдержала улыбку, глядя на то, как мой взрослый, всегда невозмутимый сын растерялся перед упрямством маленькой сироты.
— Ясно, — протянула я с понимающей интонацией. — Лия, посмотри на меня.
Девочка робко, исподлобья подняла свои невероятные янтарно-зеленые глаза. В них плескался жуткий, въевшийся в самую душу страх оказаться должницей.
Я знала этот страх. Я слишком хорошо помнила, как в самом начале нашего знакомства Рейган пытался делать для меня подобные вещи, и как я каждый раз была готова его просто растерзать.
Для меня любая его помощь всегда выглядела как снисходительная подачка, а этот фирменный высокомерный вид молодого лорда, с которым он предлагал оплатить мои счета, бесил до зубовного скрежета.
Там, в нашем далеком прошлом, всё было невыносимо сложно, и я болезненно остро реагировала на любую его попытку вторгнуться в мою нищую независимость.
Лишь спустя годы я наконец поняла, что мой муж просто был таким, какой он есть. Холодный, высокомерный и тщеславный. Наследник великого рода, воспитанный в лучших традициях столичной аристократии, он с пеленок усвоил одно простое правило: женщине нужно всё покупать.
Рей искренне, до глухого раздражения не понимал, отчего я так отчаянно сопротивлялась его деньгам, когда сама упрямо продолжала ходить в старых, стоптанных туфлях и дешевой одежде.
Ему казалось логичным решить проблему золотом, а мне казалось, что он покупает мою свободу.
Ни он, ни я совершенно не были виноваты в том, кем мы родились и какие ценности нам прививали с детства.
Правда, мне потребовалось слишком много времени, набитых шишек и пролитых слез, чтобы это осознать.
И именно поэтому сейчас я не собиралась позволять Лии и Теону наступать на те же самые грабли уязвленной гордости.
— Позволь мужчине взять на себя ответственность за тебя в таких мелочах, — мягко, но очень веско произнесла я, глядя прямо в её испуганное лицо. — Поверь, Лия: подаренные учебники тебя ни к чему не обязывают. Это не долг, который нужно будет отрабатывать, это просто правильный поступок нормального мужчины.
Затем я перевела строгий, поучающий взгляд на сына.
— А ты, Теон, запомни на будущее одно важное правило. Никогда не спрашивай гордую девушку, купить ли ей то, в чем она отчаянно нуждается. Не ставь её в неловкое положение. Просто иди и делай. Придешь, поставишь стопку книг на стол как свершившийся факт. Она, конечно, поупрямится для приличия, немного повозмущается, но возьмет. По себе знаю.
— Понял, — растерянно проговорил сын.
— Тогда иди, — я ободряюще кивнула на входную дверь. — С Лией всё будет в полном порядке.
Но Теон не спешил уходить. Он переминался с ноги на ногу, бросая тяжелые, сканирующие взгляды то на крепкие дверные замки, то на окна, то на саму девочку.
Я всё же подошла к девочке, на ходу аккуратно стягивая с правой руки тонкую кожаную перчатку. Осторожно дотронулась до её заледеневших пальцев и ободряюще сжала их в своей ладони. Со стороны это выглядело так, будто взрослая леди просто решила по-матерински поддержать напуганного ребенка. Но на самом деле в это короткое мгновение моя магия скользнула вперед, и я привычно поймала за хвост вспыхнувшее видение.
Они были парой. Истинной парой.
Я быстро разорвала магический контакт, чтобы не провалиться в чужое будущее с головой, и натянула перчатку обратно. Повернулась к сыну, всё так же мягко удерживая Лию за руку.
Судя по их растерянным, напряженным взглядам, сами дети пока совершенно не догадывались о своей связи.
Но древняя драконья природа уже брала свое — их неумолимо тянуло друг к другу, заставляя Теона срываться и терять голову от ярости при виде её разбитой губы.
Я мысленно усмехнулась. Нет, я не стану им ничего говорить.
Пусть эта тайна пока останется исключительно при мне.
Будет гораздо лучше, честнее и надежнее, если они научатся доверять и искренне полюбят друг друга сами, без этого удушающего давления навязанной магией истинности.
Слишком уж хорошо я знала цену этой связи.