Страница 69 из 88
Глава 18 И немного чесночка…
Мир замедлился.
Так бывает, когда адреналин разгоняет восприятие до предела, а твоё тело в состоянии угнаться за мозгом. Песчинки, поднятые падением Искры, зависли в воздухе янтарными бусинами. Капли речной воды, сорвавшиеся с мокрого жгута, застыли хрустальными шариками.
Я видел, как по мышечному волокну, обвившему лодыжку Ани, пробегают волны перистальтических сокращений — медленно, ритмично, словно удав проглатывает добычу. Только удав тянул в обратную сторону — к воде.
Искра висела в стоп-кадре: рот раскрыт в крике, пальцы впились в мокрый ил, глаза — блюдца.
Три метра до воды. Примерно полторы секунды в реальном времени.
Двенадцать метров. Прыжок. Приземление.
Подошвы ботинок взорвали песок. Клинок прошёл сквозь жгут, не встретив сопротивления. Белковые волокна против температуры в тысячу двести градусов не имели шансов. Время вернулось к норме.
Запах палёного ударил в нос. Жгут распался на две части. Ближняя, обвивавшая ногу Искры, мгновенно разжалась, скрючившись от термального шока, как обрезанная резинка. Дальняя отдёрнулась и с всплеском скрылась в воде.
Не останавливаясь, я подхватил Искру поперёк талии и одним движением оттащил на десяток метров от кромки воды. Мокрый песок чавкнул под ногами.
В этот же миг в небе над нами случилось нечто.
Когтекрылый Стервятник, здоровенная тварь с расправленными серповидными когтями, пикировал на берег. Он уже вошёл в фазу атаки — крылья прижаты, хвост задран, клюв разинут в беззвучном визге. Мутант нацелился на ближайшую группу из трёх солдат «Рыси», присевших у бетонного парапета.
Полковник вскинул правую руку.
Соболев активировал навык: «Ледяное Копьё».
Из ладони вырвался росчерк голубого света. Энергия мгновенно сконденсировалась, превращаясь в острое ледяное жало. Снаряд прошил воздух с характерным свистом и на полном ходу вошёл в грудь семиметрового стервятника, пробив плоть насквозь.
Раздался сухой хруст ломающихся рёбер. Огромная птица издала истошный, захлёбывающийся крик, забилась в конвульсиях и рухнула в прибрежный ил, взметнув брызги грязи. Копьё осталось торчать из его груди, продолжая медленно покрывать плоть инеем.
Соболев опустил руку. Стряхнул с пальцев изморозь.
— Не подходить, — бросил он.
Элегантно. Ни одного лишнего движения.
— Ань, — я всё ещё притискивал её к себе, — ну ты чего? Ты же пиромантка. Могла шарахнуть огнём, не дожидаясь спасателя?
Она увязла ботинками в грязи и тяжело дышала. Рыжие волосы облепили лицо, на щеке размазанная полоса ила. Куртка перекосилась. Но глаза уже горели привычным ехидством.
— Ну а как иначе? — Искра невинно хлопнула ресницами. — Если бы я решила проблему сама, ты бы не продемонстрировал свою фирменную сверхскорость, и полковник Соболев не увидел бы, как лидер «Ратоборцев» спасает даму. Я, можно сказать, обеспечила тебе пиар-акцию. Скажи спасибо.
— Спасибо, — я не удержался от усмешки.
— Всегда пожалуйста, — она отряхнула руки и выпрямилась. — Хотя нога теперь в слизи. Фу. Это точно не отстирается.
— Не расслабляемся, — я отпустил её и посмотрел на реку.
Вода у берега бурлила. Мутная, непроглядная.
Бурлила сильно.
— Второй! — крикнул Борис.
Из воды, как гарпунные тросы, одновременно выстрелило семь гадких тентаклей. Толстые, мокрые, бледно-розовые, они летели с чавкающим свистом. Три нацелились на солдат «Рыси», стоявших ближе всего к берегу. Один — на Дымова, который инстинктивно отпрыгнул, но не успевал. Ещё два — на Медведя и Бориса. Седьмой — на Воронова.
Берсерки отреагировали без лишних мыслей.
Правая рука Бориса вспыхнула голубоватым разрядом. Из инвентаря материализовался «Крушитель». За четверть секунды он перехватил его обеими руками. Медведь рядом, зеркально: вспышка, и в кулаках уже «Каратель».
Но я двигался быстрее.
Мир снова замедлился. Не до полной остановки, как в первый раз. Не хотел быстро сжечь ресурсы организма и потребовать обед посреди боя. Жгуты летели быстро, но для моего зрения вполне отслеживаемо.
Первый удар — «Спектр» описал горизонтальную дугу сразу после рывка. Раскалённое лезвие рассекло ближайший жгут, летящий в сторону Дымова, перерубив его в полуметре от лица военного. Обрубок шлёпнулся на песок, извиваясь.
Разворот. Два шага. Второй удар — восходящий, снизу вверх. Перерубил жгут, нацеленный на солдата справа. Жгут ещё находился в свободном полёте, разрезанный пополам, когда я уже рванулся дальше.
Третий удар — колющий. Кончик меча пронзил жгут, летящий к Воронову, прожигая насквозь. Выдернул клинок, позволяя отростку догорать без меня.
Четвёртый — горизонтальный взмах, широкий, на развороте всего корпуса. Два жгута, нацеленных на группу солдат, летели параллельно, с интервалом в полметра. Лезвие «Спектра» прошло сквозь оба одним движением, как разделочный нож через пару сосисок. Обрубки упали, дымясь.
Остались два — те, что летели к Борису и Медведю.
Я не стал их перехватывать.
Борис крутанул «Крушитель», как бейсбольную биту, и свой жгут просто отбил. Стальной боёк врезался в мышечную массу с мокрым чвяком, отшвырнув щупальце обратно к воде. Медведь поступил иначе — «Каратель» рубанул сверху вниз, вогнав лезвие в песок и перерубив жгут.
Две секунды, если считать от начала. Все семь жгутов нейтрализованы.
— Лёша! — Борис укоризненно ткнул молотом в мою сторону. — Ты же не собираешься один веселиться? Оставь нам хоть чуть-чуть! Сам же видишь, мы тут не для мебели!
Рядом полыхнул огонь.
Искра, уже пришедшая в себя, стояла в боевой стойке. Из волшебной палочки хлестнул тройной огненный хлыст. Три плети пламени, каждая длиной метра четыре, извивались над песком, источая жар и шипение.
Искра активировала навык: «Тройной Огненный Хлыст».
— Пусть ещё полезут, — процедила она, обводя плетьми пространство перед собой.
— Давайте, давайте! — звонкий голос с тыла. Олеся скакала на поваленном бревне, как на батуте. Коса летала вверх-вниз. Глаза сияли. — Лёша, слева ещё пузырьки! Видишь? Там! Вон!
Я посмотрел.
Пузырьки, вспухавшие на поверхности реки в пятнадцати метрах от берега, были размером с человеческую голову. Вода вокруг них маслянисто колыхалась. Что-то огромное поднималось со дна.