Страница 41 из 88
— Красавец, — невольно выдохнул Степан, и вся его ворчливость куда-то делась. Он любил такие машины.
— За дело, — велел я. — Степан, помогай.
Дальше пошла слаженная работа. Я призвал контейнеры, насосный узел и всё остальное. Баки встали строго в центре масс вертолёта, так по мере выработки раствора машину не будет заваливать на нос или хвост. Степан мгновенно сориентировался в стандартных узлах крепления, показывал, где штатные точки фиксации груза в кабине, где можно безопасно вывести шланги.
Я подгонял геометрию рампы под обводы фюзеляжа, крепил штангу с восемью бронзовыми форсунками поперёк брюха. Кристалл в батарее засветился — насос, провернувшись для проверки, дал ровный гул. Степан помог закрепить кассеты с пиропатронами. Штатных пилонов у гражданской машины нет, так что я наскоро скрафтил трубчатые кронштейны и намертво приварил их прямо к основным стойкам шасси.
Тем временем Прометей работал на крыше фюзеляжа, у воздухозаборников двигателей. Не лично, разумеется, а с помощью пары «Хватов».
Дроны демонтировали штатные пылезащитные устройства. Прометей точно посадил на их место мои усиленные сепараторы, законтрив крепёж.
— Сепараторы установлены, — доложил Прометей.
— Отлично, — сказал я и выбрался из машины.
Мы со Степаном и Циклоном отошли подальше, надели респираторы и защитные поликарбонатные очки. Прометей призвал распылители и передал дронам. Манипуляторы аккуратно сомкнулись на баллончиках.
Летуны зависли над винтами и кабиной и принялись методично наносить покрытие. На лопасти и остекление ложился аморфный углеродный слой и мгновенно схватывался, оставляя на поверхности едва заметный маслянистый отблеск.
Степан, наблюдая за всем этим, всё-таки не выдержал и снова нахмурился.
— Лёх. Всё это, конечно, красиво. Фильтры твои, плёнка эта космическая. Но я тебе как пилот говорю — этого мало. Лететь через тучу пепла в тысячу раз хуже, чем в метель. Помрут движки.
— Остальное сделает магия, — спокойно ответил я и перевёл взгляд на Циклона.
Метеоролог, до этого скромно стоявший в сторонке, вздрогнул. Поймал мой взгляд, потом взгляд Степана — и понял, что вся надежда теперь упирается в него. Глаза парня округлились.
— Я… эм… — он сглотнул. — Мне же… только тучи собирать и дождь запускать… В каком смысле — остальное сделаю я?