Страница 34 из 88
Глава 9 Пепел
Три строчки. Три варианта. И каждый — будто отдельная развилка судьбы.
— Знаешь, в чём прикол? — Искра отряхнула с плеча очередную порцию пепла и хитро прищурилась. — Ты в любом случае станешь ещё более суперменистым суперменом. Так что расслабься. Тут нет проигрышного варианта. Это как выбирать, каким соусом полить шаурму. Она всё равно останется шаурмой.
— Спасибо, очень помогла, — буркнул я.
— Я в тебя верю.
Заставил себя дышать ровно. Сто двенадцать ударов, говорит Прометей. Надо включить голову, а не эмоции. Разложить по полочкам, как любую сложную задачу.
— Так. Думаем вслух, — я поднял палец. — Вариант первый. «Гравитационный Скальпель». Локальное управление гравитацией, рассекает объекты. Звучит сочно. Представь: провёл рукой — и танк распался на две аккуратные половинки, как буханка хлеба.
— Хочу посмотреть, — мечтательно протянула Искра.
— Вот и я хочу. Но если отбросить восторги… — я качнул головой. — Это просто навык. Ещё одна суперспособность. Крутая, имбовая, но единичная. Одна кнопка. Получил — и всё, потолок известен.
— Логично, — кивнула пиромантка. И тут же ткнула пальцем в воздух, в системную панель. — А вон та вторая фигня? «Экзо-мицелий». Это что, грибы?
— Судя по описанию — да. Грибы.
Аня сдвинула брови и покосилась на меня каким-то очень особым взглядом.
— В смысле — вот прям грибы?
— Био-имплант, — отозвался я. — Система предлагает вживить мне в организм волшебную грибницу… которая умеет раз в сутки отматывать личную временную линию носителя на тридцать секунд назад. Какой-то симбионт.
Искра несколько секунд переваривала, а потом расплылась в ехидной ухмылке.
— О-о, Гринпис будет на тебя молиться! Как на живого бога грибов! Поставит алтарь, начнёт водить хороводы и кадить шампиньонами! — Она вдруг нахмурилась и схватила меня за рукав. — Не, Лёш. Я против. Я категорически против. Не хочу, чтоб мой парень превратился в ходячий гриб! Одно дело — суровый Технократ, и совсем другое — мужик, из ушей которого растут лисички.
Я не выдержал и рассмеялся. Громко, в голос. И удивительное дело, смех будто прочистил мозги, сдул лишнюю шелуху паники. Стало легче. Чётче.
— Зря смеёшься, — продолжала Искра, но и сама уже хихикала. — А вдруг ты начнёшь разбрасывать споры? Так себе романтика…
— Аня, погоди, — я отсмеялся и снова сосредоточился. — На самом деле «Экзо-мицелий» — это не шутки. Подумай. Тридцать секунд назад. Каждый день. Что это значит?
— Что ты сможешь переигрывать неудачные шутки?
— Это значит, что я смогу отменить любую ошибку. Шагнул не туда, прозевал удар, нажал не ту кнопку, кто-то из наших погиб у меня на глазах — откатил. Тридцать секунд в бою — это вечность. За тридцать секунд решается всё. Это страховка от смерти. Моей. Или чьей-то ещё. Это возможность не потерять никого из своих.
Искра притихла. Даже сарказм куда-то делся.
— Звучит… жёстко, — тихо сказала она. — В хорошем смысле.
— Очень жёстко, — выдохнул я. — Но. Если остудить голову… это снова навык. Самый имбовый из всех, что у меня есть, не спорю. Но навык. Способность, привязанная ко мне одному. Раз в сутки, не больше.
— И что? — Искра развела руками, поднимая в воздух облачко серой пыли. — Что не так-то? Бери и не выпендривайся! Так и быть, переживу, если у тебя вырастет шляпка мухомора.
Вместо ответа я продолжил размышлять:
— А третий вариант — это ресурс.
Повернул к ней голову. И, кажется, в моём голосе прорезалось что-то такое, отчего она перестала ёрничать.
— «Эфириум». Один килограмм. Аня, в прошлый раз я получил всего сто граммов этого металла. Сто. И этого хватило, чтобы сделать доспех мне, броню для тебя, для Олеси, Варягина. Я использовал его в техномагических устройствах, в микросхемах «Стража» и костюмов. Совсем немного, сотые доли грамма, но этого хватило, чтобы мои изобретения работали лучше, чем что-либо на Земле до конца света.
Я почувствовал, как пересохло в горле, и дело было не только в пепле.
— Сто граммов, Аня! А тут — целый килограмм. В десять раз больше. Даже представить страшно, что можно из этого сделать.
— Ну металл и металл, — без особого энтузиазма пожала плечами Искра. — Время он не отматывает. Ты и без него нормально справляешься.
— Эфириум проводит ману. Любой сплав с его добавкой начинает гонять энергию, как медь гоняет ток, — я заговорил быстрее, азартнее. — А мана, Аня, — это всё. Понимаешь? Всё. Без маны нет крафта. Нет дронов, нет брони, нет матриц, нет твоих любимых усиленных огнешаров. Мана — это кровь всей фракции. И её нам катастрофически не хватает. Постоянно. Каждый день — дефицит, всё время приходится экономить и выбирать между самым нужным и невероятно нужным.
— А, ну да, — Искра скривилась. — Налог на ману уже не удовлетворяет все потребности. Хотя из-за него Катя и ещё дюжина ребят костерят тебя на чём свет стоит.
— Вот именно. А «Эфириум» решает проблему в корне. С ним я наконец доделаю лунные панели. Понимаешь, что это значит? Мы будем качать ману буквально из воздуха. Из лунного света. Пассивно. Бесплатно. Всё время, пока на небе луна.
— Прям из воздуха? — Искра задрала голову к серому, засыпанному пеплом небу. — Ну, при таких раскладах луны мы тут долго не увидим, конечно…
— Пепел осядет. А панели останутся, — я мотнул головой. — Слушай. Навыки — дело наживное. У меня уже есть возможность копировать чужие способности. Пусть не все удаётся приручить, но они записаны в Матрицы. Есть знания по техномагии, и их будет всё больше. Я сам спроектирую и скальпель, и машину времени, и сотню других штук. Своими руками. И своей головой. А вот ресурс… ресурс из головы не достанешь. Его либо где-то добываешь, либо нет.
Искра молчала, глядя на меня. Потом неторопливо кивнула.
— Знаешь, а ты сейчас убедительный, как политик на трибуне. Жуть! Смотри только, чтоб предвыборные обещания не остались там же, где у депутатов.
Я ещё раз выдохнул — глубоко, до самого дна лёгких. И мысленно ткнул в третью строчку.
«Эфириум» (1 кг)
Голубая вспышка материализации полыхнула прямо над моими раскрытыми ладонями. И в руки лёг слиток.
Здоровенный. Эфириум — лёгкий металл, легче алюминия, поэтому килограмм вылился во внушительный брусок размером с полкирпича. Серебристо-серая поверхность завораживающе мерцала.
— Красивый, — признала Искра. И тут же добавила с фирменной ехидцей: — Только не пожалей.
— Не пожалею, — твёрдо сказал я.