Страница 23 из 88
Красногорск лежал в руинах. Обвалившиеся фасады, просевшие крыши, горы битого стекла и бетонных обломков. Зелёные артерии лиан пронизывали всё, как корни дерева пронизывают почву. Но теперь многие из них подёргивались — эхо гибели узлового переплетения дошло и сюда. Побеги сохли, трескались. Не все. Те, что получали воду напрямую от корневой системы, по-прежнему жили.
И по-прежнему охотились за мной.
Прометей может шутить сколько угодно, но я уверен: они меня чувствуют. «Метка Бесформенного» полыхает, как маяк. Агрессия триста процентов — это не шутка. Тем более, что конкретно это растение ведомо волей Морвейга. Каждый живой побег в радиусе ста метров знает, где я нахожусь, и тянется ко мне.
Очередной стебель — толстый, с бочонок — выстрелил из канализационного люка прямо передо мной. Я отклонил корпус влево, провернулся и рубанул на ходу. «Спектр» разрезал его вдоль. Две половинки разлетелись, обдав броню зелёным соком.
— Десять тысяч литров.
Переулок. Узкий, завален мусором и обломками. Лианы свисали со стен, как бельевые верёвки в коммунальной квартире. Только каждая «верёвка» была толщиной с мою руку и заканчивалась шипом. Непривычно. Эти отличаются от остальных.
— «Пронзающая Игла», — подумал я вслух. — Дальность тридцать метров.
Полетели.
Шипы застучали по броне градом. Визор замигал жёлтыми индикаторами попаданий. «Целостность нагрудника: 97%». «Правый наплечник: 94%». Каждый удар ощущался как тупой толчок — демпфирующий поддоспешник мгновенно твердел, рассеивая энергию, и тут же расслаблялся. Тук-тук-тук. Как бежать под дождём из молотков.
Снова вскинул левый наруч. Широкий конус. Ледяной ветер ударил в переулок. Лианы на стенах покрылись инеем, заскрипели и замерли. Шипы перестали лететь.
Рывок вперёд. Сорок метров — две секунды. На выходе из переулка — открытое пространство. Автомобильная парковка, заваленная раздавленными машинами.
И три Химеры.
Они ждали. Стояли треугольником, фосфоресцирующие узлы полыхали в унисон. Координированная засада.
Все три выстрелили одновременно.
Три плазменных луча. Визор подсветил траектории красным за две десятых секунды до попадания. Баллистический калькулятор рассчитал векторы. Сервоприводы взвыли, вбивая правую ногу в асфальт. Экзоскелет совершил резкий боковой рывок, выкрошив под подошвой дорожное покрытие — четыреста пятьдесят килограммов брони сместились с акробатической точностью.
Один луч чиркнул по левому наголеннику. Искры! Индикатор мигнул: «86%». Два других прожгли крышу «Хёндая» за моей спиной.
Заплечные пулемёты.
Сдвоенная очередь. Грохот прошил звукоизоляцию, отозвался в рёбрах. Первая Химера получила пять пуль. Три в грудину — узлы лопнули сияющей жижей. Тварь отбросило на капот «Газели».
Получено опыта: 180 × 3 = 540
Вторая метнулась вбок, но я сместился одновременно с ней. Горизонтальный удар «Спектром». Химера разделилась пополам. Верхняя половина попыталась выстрелить. Я коротко ткнул чудище в голову. Раскалённое лезвие пробило череп.
Получено опыта: 190 × 3 = 570
Третья убегала. Длинными прыжками, петляя между машинами.
Правый наруч — «Огненная Матрица». Огонь! Сгусток пламени нагнал тварь в прыжке, ударил в спину. Химера вспыхнула. Я добавил ещё три выстрела. Стеклянно захрустели лопающиеся узлы. Тварь завертелась. Бросилась в сторону. Тело пролетело по инерции ещё пять метров и воткнулось в бордюр чадящей головешкой.
Получено опыта: 150 × 3 = 450
— Двадцать тысяч литров, — сообщил Прометей. — Синтез стабилен.
Я бежал.
Желудок свело очередным спазмом. Споткнулся и протаранил плечом клумбу с засохшими кустами. Визор мигнул красным: пульс 154, температура тела 39,1. Дегидратация приближается к критической отметке.
Энергия: 8/620
Восемь… Тело — пустая батарейка. Поднялся, бросился дальше. Без экзоскелета я бы уже не встал. Но доспех работает от кристаллов, а в них ещё есть заряд. Механизм выбрасывал мои ноги вперёд, сгибал суставы, следил за наклоном корпуса, не позволял сдохнуть на месте. Задать вектор, и пусть машина бежит.
Последний поворот. Всё, добрались!
Поликлиника показалась за рядом тополей. Трёхэтажное здание было развалено, словно в него затолкали надувной шар и накачали до упора. Стены расползлись, перекрытия рухнули, из-под остатков кладки торчали лианы.
А за поликлиникой — озеро. Вода тёмная, поверхность неподвижная, но это обманчивое спокойствие. Потому что из воды росли стебли. Десятки. Толстые, склизкие, они поднимались из глубины и расходились веером. Кровеносная система монстра.
Я ворвался во двор поликлиники и затормозил. Все эти побеги живые. Могут броситься, а мне это сейчас не нужно. Они ощутят меня, это точно. Но важно, чтобы это произошло не сразу. До кромки тёмной воды метров тридцать.
— Прометей, что у тебя?
— Двадцать три…
Резкий толчок в спину. Датчики угрозы взвыли с критическим опозданием. Я кубарем полетел вниз по пригорку. Прямо к воде.
— Сволочь!