Страница 36 из 91
, на головах тюрбаны». Прочитав это описание, я сразу вспомнил фотографию, которую увидел много лет назад на стене элегантной квартиры в доме 63 по улице Монсо, в самом центре Парижа, в VIII округе. Историю этой квартиры и ее обитателей я уже рассказывал в своей книге про Париж; сейчас я вернусь к ней, дополнив ее подробностями, выясненными в Стамбуле.
Давайте на время покинем Балат и перенесемся в Париж, изменив свои координаты в пространстве и во времени, как это часто делают персонажи еврейской литературы. Квартира на улице Монсо принадлежала семье Камондо: представители именно этого рода изображены на фотографии, причем одеты они в точности так, как описывает преподобный Уолш. Происхождение этой странной фамилии — Камондо — не вполне ясно. Одна из самых правдоподобных версий заключается в том, что фамилия происходит от сочетания слов «Ка-Мондо», которое в венецианском диалекте (подобно Ка-Фоскари, Ка-д’Оро) означает «Дом мира», и «Ка» — здесь усеченная форма от
casa,
«дом». 63-й номер по улице Монсо, вне всяких сомнений, дом необычный; несколько лет назад он стал музеем — особенным. Войдя внутрь, вы оказываетесь в прошлом столетии, и к этому хронологическому сдвигу добавляется еще один: этот роскошный особняк строился по образцу Малого Трианона, который восходит к XVIII веку, и поэтому старомодным уже родился.
Бродя по комнатам, вы чувствуете себя затерянным в просторах времени — из-за расположения дома (он стоит возле парка Монсо, одного из красивейших в Париже), его архитектуры, внутреннего убранства, интерьера. Семья Камондо поселилась здесь, переехав в Париж из Стамбула.
Особняк Камондо строился архитектором Ренэ Сержаном по образцу Малого Трианона, восходит к XVIII веку, и поэтому старомодным уже родился
Уже в конце XVIII века следы этого семейства можно обнаружить в Блистательной Порте. Камондо были банкирами и, кроме того, крупными торговцами, посредниками между Востоком и Западом. Они торговали тканями, коврами, драгоценностями. Их главный рынок сбыта находился в Венеции, а через Венецию и Триест они поддерживали коммерческие связи с Австро-Венгерской империей. Когда обстановка в Стамбуле стала неблагоприятной для евреев, Хаим Камондо поспешил сесть вместе со всей своей семьей (около двенадцати человек) на венецианское судно и отплыл в столицу Адриатики. Из Светлейшей республики семья отправилась сначала в Триест, потом в Вену. Итак, Камондо перебрались из Стамбула в Вену — по роковому стечению обстоятельств они осели в столицах двух империй, которые сметет Первая мировая война. Их странствия продолжались два года; наконец в 1784-м, когда отношение к евреям в Стамбуле переменилось, Камондо вернулись, и им даже удалось вернуть часть имущества, конфискованного в момент их спешного отъезда.
Это лишь предыстория, введение, которое поможет нам понять, в какой семье и с каким наследием (окрыляющим и обременяющим одновременно) вырос основатель династии — Авраам Соломон Камондо (1781–1873). Именно с него и началась самая близкая к нашим дням и самая увлекательная часть истории этой семьи.
Авраам Камондо, подобно своим предкам, был крупным торговцем, но, кроме того, он был одним из приближенных советников султана. Он обладал немалым состоянием и властью, а в пятьдесят два года, после смерти своего брата Исаака, стал единственным владельцем банка «Исаак Камондо и К’». Авраам был настолько богат, что в середине XIX века считался самым состоятельным евреем из двухсот тысяч, населявших Блистательную Порту. Он владел не только банком, но и большим количеством недвижимости в престижных районах османской столицы. Словом, он процветал и семью Камондо называли в городе «Ротшильдами Востока». Такое прозвище было вполне заслуженно — взять хотя бы тот факт, что Авраам Камондо был одним из главных заимодателей султана во время Крымской войны (1853–1856), в которой столкнулись Россия, где тогда правил Александр II, и Блистательная Порта, поддержанная европейскими союзниками: Англией, Францией, Сардинским королевством. Это было жесточайшее противостояние, в чем мы убедимся в следующей главе. Блестящее свидетельство о нем оставил нам Лев Толстой — он участвовал в Крымской войне и описал ее в своих «Севастопольских рассказах».
Авраама, патриарха семьи Камондо, всегда называли в Стамбуле «итальянским евреем», а точнее — евреем венецианским. Эта привязка к Италии неслучайна, ведь Авраам снабжал деньгами Савойское герцогство в ходе войн за независимость, в результате которых Италия наконец смогла объединиться — это произошло в марте 1861 года. В 1865 году семья Камондо попросила и получила итальянское гражданство. Два года спустя Виктор Эммануил II пожаловал Аврааму Соломону титул графа, который передавался всем наследникам Камондо по мужской линии, — такой почести он удостоился за свой вклад в борьбу за независимость страны. В обстановке жесткой конкуренции, характерной для еврейской диаспоры, Камондо, подобно многим евреям итальянского происхождения, придерживались гибких и прогрессивных взглядов на еврейскую национальную идентичность, и эта их позиция сильно отличалась от более ограниченной и консервативной точки зрения ашкеназов. Разнообразие интересов Авраама Камондо толкало его исследовать мир, большой и многогранный, причем он не замыкался на стремлении к наживе, но стремился обогатить свой опыт и использовать возможности, которые открываются при преодолении политических и языковых барьеров. Такое видение мира сочеталось в нем со щедростью и терпимостью.
Влияние и авторитет семьи Камондо были огромны, это подтверждают факты — прежде всего, то обстоятельство, что Камондо стали рупором еврейских диаспор Османской империи, выразителями их мнений. В 1840 году благодаря усилиям Авраама Соломона султан Абдул-Меджид I приказал дать свободу преследуемым евреям Родоса.
В 1854 году Авраам Соломон выступает представителем австро-венгерских евреев на свадьбе молодого Франца Иосифа и Елизаветы фон Виттельсбах, больше известной как Сисси. В 1860-м Авраам основывает в Париже Всемирный еврейский союз. В те же 1860-е годы семья Камондо финансирует строительство Суэцкого канала. Я привожу эти примеры, чтобы дать вам понять, об обладателе какого состояния идет речь.