Страница 8 из 79
Утро, как и ночь, тоже было прекрасным, и вниз, чтобы позавтракать и восстановить потраченные силы, мы с Алексией решили не спускаться, а связались по телефону с кухней и попросили принести еду прямо в мои покои.
Стол нам накрыли опять шикарный, но свой выбор я остановил на классическом омлете и блинах с маслом. Однако этим дело не обошлось, и я соорудил себе еще два бутика с семгой. Перейдя к обязательному кофе, с улыбкой поинтересовался у девушки:
— На солененькое не тянет? — Я указал ей на плошку с овощами. — Огурчики-то с помидорчиками бочковые по ночам трескать не начнешь?
— Не-а! — хихикнула она и опустила ложечку в баночку с йогуртом. — Пока не тянет. Да и рацион я особо не поменяла, учитывая предыдущий опыт концертной деятельности, при котором здоровое, сбалансированное питание является одним из важнейших условий нормального самочувствия на протяжении всего напряженного гастрольного графика. А еще за моим питанием мама и Наташа следят.
— Все с тобой ясно, — кивнул я. — Гуляешь достаточно?
— А мне маленькие Прохор с Виталиком скучать не дают, — снова хихикнула Леся. — И утром, и днем, и вечером мы с ними тут вокруг дома круги наматываем и в игры разные играем, пока в квартале реконструкция идет. Еще с мамой и Наташей прогуливаемся, а иногда и папа приезжает. Папа Виталий, если ты не понял.
— Понял.
— Как Иван Олегович? — посерьезнела девушка. — Наташа тут за него очень сильно переживала.
— А ты?
— И я…
— Иван Олегович — герой! Можешь им гордиться! — посерьезнел и я. — Не раз мне жизнь спасал, и не только мне. А вот все подробности узнаешь у своего родного отца.
Леся фыркнула:
— Так он мне и рассказал! Знаю я вас! И вообще, Лешенька, не забывай, какое именно учебное заведение я закончила, прежде чем в консерву поступила, и меня там тоже старательно учили языком не трепать! И ты такой же — лишнего слова не вытянешь! Прохор тебя отлично подготовил!
— Ну хорошо! — хмыкнул я. — С учетом твоего первого образования, даю наводку всего из двух слов: госпиталь и самолет. И не вздумай отца пытать при Наталье: ей волноваться совсем ни к чему.
— Заинтриговал ведь, паршивец! — Девушка была довольна. — Но и ты, если Иван Олегович будет спрашивать, ответишь, что рассказал мне гораздо больше, чем эти два слова.
— Заметано, красавица! О результатах допроса доложишь отдельно.
— Есть доложить отдельно, ваше императорское высочество! И показывай мне уже свою скрипку Страдивари! Страсть как хочется инструмент легендарного мастера в руках подержать!..
* * *
До обеда успел позвонить Елене Панцулае и выяснить, как у нее дела. Судя по восторженным возгласам, у родственницы было все в полном порядке, и на меня буквально обрушился поток новостей: ресторан роскошный, посетителей много, выручка растет, две квартиры над рестораном великолепные и просторные, дед с матушкой и братьями крайне довольны, а князь Пожарский на правах заботливого старшего родственника взял над всеми опеку. Чуть успокоившись, Лена пригласила меня в гости и просила передать аналогичные приглашения Коле с Сашей, Шурке Петрову с Кристиной Гримальди, а также Прохору Петровичу с Иваном Олеговичем и Владимиром Ивановичем. Еще родственница просила переговорить с моими сестрами: Марией и Варварой, — их она у себя в ресторане видеть хотела тоже. Обещал Лене как-нибудь заскочить и сразу же предупредил, что заявимся мы все не просто так, а с большой помпой — совместим приятное с полезным и создадим ресторану «Сахалин» намек на гламурный статус. Закончив вызов, сделал себе зарубку в уме: необходимо было переговорить с нашей акулой пера по имени Анна и попросить ее в красках осветить наш визит в ресторацию в светской хронике. А еще лучше будет, если «Сахалин» удостоит визитом некая вредная старушка по имени Мария Федоровна, тем более эта самая старушка вроде как тоже к Елене питала определенную слабость… Еще был дядька Костя Пожарский, имевший в гвардейской среде огромные связи и немалый личный авторитет, он тоже мог информацию о достойной внимания ресторации среди своих пробросить — пусть постарается для вновь обретенной юной родственницы… Короче, вариантов для раскрутки харчевни наличествовало много.
Сам обед прошел, как говорится, в теплой и дружественной атмосфере: с шутками, прибаутками и веселыми историями про наши приключения на Лазурном берегу. Елизавета Прокопьевна Пафнутьева, матушка Наталья и Алексия, в свою очередь, тоже поделились какими-то мелочами уже из своей жизни, которые они не рассказывали нам по телефону. А вот главными ньюсмейкерами выступили маленькие Прохор с Виталиком, решившие в подробностях поведать нам обо всех тех конструкторах, приставках и прочих игрушках, которыми их задарили старшая сестра и дядя Виталик.
Только на послеобеденной прогулке я окончательно понял, что вернулся на родину. Были тому виной стены особняка, которые, как известно, всегда помогают, московский воздух с его непередаваемым букетом ароматов или лежащий до сих пор снег, а может, присутствие рядом Алексии, но чуйка подсказывала: организм чуть расслабился и постепенно начал выходить из режима «война». Вернее, не выходить, а слегка понизить общую боеготовность во имя поддержания и восстановления душевных сил бедового хозяина.
Такой был не я один: Прохор с Ваней тоже позволили себе чутка расслабиться, как и Коля с Сашей, а вот семейство Петровых-Врачинских, переживших на Лазурном берегу массу всего плохого и хорошего, вожжи отпустили полностью и сейчас радовались как дети каждой птичке и редкому лучику солнца, пробившемуся сквозь облачное небо столицы.
Наш общий позитивный настрой решил поддержать воспитатель, поставивший присутствующих в известность о наших планах:
— Сегодня отдыхаем, акклиматизируемся и приходим в себя. С завтрашнего дня молодежь начинает активно готовиться к экзаменам. А чтобы им лучше готовиться, вечером намечена баня! Попросил, чтоб раскочегарили как следует! — улыбнулся он. — Будем всю дурь из себя выпаривать!