Страница 7 из 129
Я понял, что отказаться куда-либо идти не смогу в принципе, да и тон его речи не предусматривал моего отказа. И поэтому я медленно встал, окинул взглядом всех сидящих за столом, пристально посмотрел на мою супругу, на детей и на внуков, словно бы навек запоминая их образы, погладил каждого из них по голове, улыбнулся и произнёс:
– Простите меня. Простите и прощайте! Я люблю вас всех!
После этих слов, которые никто не услышал, я развернулся и пошёл вслед за молодым человеком в пижаме.
Пройдя за ним сквозь стену, мы, к моему удивлению, оказались не по другую сторону помещения, а в некоем абстрактном пространстве без чётких границ. Цвет этого пространства был неопределённым. Он варьировался от зелёного до светло-молочного.
Так мы и шли – он впереди, а я за ним – на расстоянии примерно двух метров. Затем по бокам появились слабо различимые стены. Их цвета периодически менялись, при этом переливаясь друг с другом. От подобного авангарда у меня начала слегка кружиться голова. Впрочем, некоторое время спустя я привык, и головокружение утихло.
Парень в пижаме шёл молча и не оборачивался. Я хотел спросить у него, куда мы идём, но не знал, можно ли что-либо спрашивать.
Ещё через полминуты нашей прогулки в неизвестном направлении я всё-таки не удержался и спросил:
– А куда мы, собственно говоря, идём?
Молодой человек не останавливаясь обернулся и посмотрел на меня. На его лице была добродушная улыбка. Он хмыкнул и приветливо произнёс:
– Недалеко!
Такой ответ для меня ничего не прояснил, но едва заметная улыбка этого парня почему-то меня успокоила.
Не оборачиваясь, он двинулся дальше, бросая через плечо слова, смысл которых ускользал как дым:
– Первичную фильтрацию ты прошёл успешно.
– Что-что я прошёл? – переспросил я и решил слегка прибавить ходу, чтобы поравняться с молодым человеком и отчётливо слышать все произносимые им слова.
– Первичную фильтрацию, – повторил он. – Ну, это что-то типа проверки всей твоей жизни, в том числе и на соотношение светлого и тёмного в твоих поступках и мыслях. Баланс у тебя положительный, то есть хорошего намного больше, чем плохого, – буднично разъяснял мне парень в пижаме. – Правда, потом ещё будет комиссионная фильтрация, но в принципе по тебе уже всё ясно. Ну а теперь первым делом ты встретишься с теми, кто хочет тебя увидеть. А всё остальное – потом.
– И кто же хочет меня увидеть? – удивлённо спросил я и, понизив голос, добавил: – Неужели ОН?!
Молодой человек посмотрел на меня, словно бы оценивая мой вопрос, а потом, улыбнувшись, ответил:
– Нет, не ОН. А они. Они хотят тебя увидеть и поблагодарить, – продолжил он уже в несколько нравоучительном тоне.
– Кто это – «они»? И за что они хотят меня поблагодарить? – неотступно продолжал я свои расспросы.
Внезапно молодой человек резко развернулся ко мне лицом. Он сделал это так быстро и так неожиданно, что я, не успев сбавить шаг, чуть было на него не налетел. Мы стояли лицом друг к другу. Я даже почувствовал его свежее дыхание.
Я пристально посмотрел на молодого человека. Он был примерно одного со мной роста. И он также несколько мгновений очень внимательно смотрел на меня. А затем произнёс:
– Там всё узнаешь. Тем более что мы уже пришли. Идём за мной! – И он вошёл прямо в стену, расположенную справа. Так что мне ничего не оставалось, как только, безмолвно повинуясь приказу, пройти вслед за ним сквозь стену.