Страница 8 из 129
Глава 3
Пройдя сквозь очередную стену, мы с парнем в пижаме оказались в просторном помещении, уставленном множеством кожаных кресел коричневого цвета. В нём уже находилось около полутора десятков человек – мужчин и женщин разных возрастов и в разной одежде, преимущественно ярких тонов. С левой стороны зала возвышался подиум, на котором стояло ещё два кожаных кресла.
При нашем появлении многие из присутствующих заулыбались и начали приветственно хлопать в ладоши. Я несколько смутился, но после этого предположил, что хлопают всё-таки не мне, а пижамному парню.
Молодой человек провёл меня к двум креслам, стоявшим на подиуме, предложил присесть на одно из них и жестом попросил у собравшихся тишины. Затем он и сам уселся во второе кресло. Аплодисменты резко прекратились. Все присутствующие также опустились в свои кресла, после чего наступила тишина.
Усевшись поудобнее, я стал внимательно рассматривать людей, сидящих передо мной в зале. Я предположил, что могу увидеть здесь знакомые лица. Однако же, рассмотрев всех достаточно пристально, я пришёл к выводу, что знакомых мне лиц здесь нет.
Люди, находившиеся в зале, при этом также внимательно изучали глазами меня самого. Мой провожатый, сидящий рядом, бросал свой взгляд то на меня, то на собравшихся и, как мне показалось, даже получал некое удовольствие от созерцания визуального контакта между мной и этими людьми. При этом парень молчал. Молчал и я. Безмолвие сохраняли и все люди в зале. Я напряжённо подумал: «Ну вот оно, начинается!»
Прошло ещё несколько мгновений, и тишину прервал мужчина, сидевший в первом ряду. Он был упитанным, среднего роста и с небольшой аккуратной седоватой бородкой. Одет мужчина был в светлые брюки, рубашку и в жилет серого цвета.
Встав со своего кресла, он неторопливо произнёс:
– Пожалуй, с позволения присутствующих давайте начну я.
Послышались одобряющие выкрики из зала:
– Давай уже начинай!
– Давно пора!..
– Меня зовут Виктор, – улыбаясь, представился мужчина, глядя именно на меня.
Из этого я сделал вывод, что парень в пижаме был с ним знаком.
– Мы, – продолжил Виктор, развернувшись к залу и окидывая его взглядом, – собрались здесь, чтобы лично встретить Вас и поблагодарить за ту помощь, которую Вы вольно или невольно оказали всем нам, здесь присутствующим.
Он говорил размеренно, выдерживая почти что театральные паузы. Я слушал молча, поскольку сказать в ответ мне было совершенно нечего, а брякнуть что-нибудь лишнее я как-то опасался. Ситуация для меня пока что была непонятной.
«Пусть выскажутся по максимуму, а там будет видно, кто эти люди и чего я там такого сотворил. Может, меня и благодарить-то не за что. А вот за что наказать, определённо есть – это уж точно, – подумал я, снова вспомнив свои отрицательные поступки. – К тому же, возможно, если сейчас кто-то за что-то меня поблагодарит, то потом появится другая группа товарищей, которая пожелает за что-нибудь меня наказать. Поэтому посидим, помолчим и пока просто послушаем».
Не иначе, видя мой растерянный взгляд, Виктор замолчал, поднял руки кверху, а после этого сжал ладони крест-накрест, на уровне груди. Затем он обернулся и посмотрел на моего проводника, вопросительно приподняв брови. «По всей видимости, этот жест и эта мимика означают некий вопрос», – предположил я. А боковым зрением при этом увидел, что в ответ на действия Виктора молодой человек в серой пижаме едва заметно мотнул головой, тем самым показывая отрицание.
После этого Виктор вновь перевёл взгляд на меня и, с некоторым волнением потирая ладони друг о друга, ещё более дружественно произнёс:
– Оказывается, до Вашего сведения ещё не довели все нюансы данного вопроса, по которому, собственно говоря, мы здесь и собрались. Ну что же, тогда это сделаю я. – Он замолчал и, слегка прикусив нижнюю губу и посмотрев в пол, взял очередную театральную паузу.
Какой-то мужчина из зала с абсолютно лысой головой, которая буквально сверкала, отражая свет от лампы на потолке, иронично заметил:
– Ну давайте уже говорите, а то тут с вашими паузами он ещё раз умрёт!
Несколько человек в зале громко и весело рассмеялись. Я тоже улыбнулся, хотя пока что по-прежнему ничего не понимал.
Я заметил, что мой поводырь, приложив к лицу правую руку с вытянутым указательным пальцем, прикрыл ею улыбку на своём лице. Да-да, он определённо получал удовольствие от наблюдения за моей встречей с этими людьми. Причём по тому, как молодой человек в пижаме на меня смотрел, мне стало понятно, что его интересовала именно моя реакция на происходящее. Не знаю точно, как я в тот момент выглядел, но, по всей видимости, моё лицо, выражавшее недоумение, умиляло всех.
Между тем Виктор продолжал держать сжатые ладони на уровне груди, потом посмотрел куда-то вверх, затем на меня и медленно произнёс:
– Итак, начнём с основных событий!
Он вышел в центр зала – между подиумом и сидящими на креслах людьми – и, прохаживаясь из стороны в сторону, начал размеренно вещать, добавляя к своим репликам изрядную долю жестов. Это мне сразу же напомнило лекции в вузе, в котором я учился. Наш преподаватель, человек с добрым характером, но с грозным именем – Лев, как раз именно так доводил свои мысли до студентов в лектории. Я внутренне улыбнулся, поймав себя на мысли об удачном сравнении. При этом я внимательно слушал Виктора, который, обращаясь ко мне, изрекал следующее:
– Как Вы, наверное, понимаете, сейчас в Вашей жизни начался очередной этап! А точнее говоря – в Вашем бытие, поскольку Вы как бы умерли. Хотя правильное название для данного события – это переход. Да-да, именно так. Это просто очередной переход.
Я невольно хотел задать уточняющий вопрос по поводу того, что это значит – «как бы умерли», но молодой человек в пижаме, сидевший рядом со мной, увидев мою попытку поднять указательный палец, наклонился ко мне и настойчиво, но очень тихо – почти шёпотом – проговорил:
– Да-да. Ты КАК БЫ умер.
Свои слова он сопроводил помахиванием кистью левой руки по сторонам.
– Подробности позже, – так же тихо добавил мой поводырь, а после этого во всеуслышание произнёс: – Виктор, продолжайте!
Эти слова – «как бы умер» – вселили в меня надежду. «То есть, получается, я всё-таки не умер, а сделал это КАК БЫ. А это уже хорошо, – подумал я. – КАК БЫ умирать всё же легче, чем просто умирать».