Служба на том свете

Глава 35

– Ну что, ты доволен? – поинтересовался Риваль, выслушав на следующий день у себя в кабинете доклад Эктора о завершении задания, связанного с Алексеем Петровичем.

– В принципе – да, – бодрым голосом ответил Эктор, – не без этого! Я сделал всё, как и требовалось. Так что наследники теперь будут вспоминать его с теплотой и с любовью.

– Ну и коварный же ты тип! – неожиданно произнёс Куратор. – И за что же ты их так серьёзно наказал?!

– Кого? – не понял Эктор.

– Да детей этого самого Алексея. А в каком-то смысле – ещё и внуков, – объяснил Риваль.

– Я что-то ничего не понимаю. Вы это о чём? – несколько ошарашенно спросил Эктор.

– Можно я расскажу тебе одну историю? – со своей отвратительной вежливостью полюбопытствовал Куратор.

– Давайте! – недовольным голосом отозвался Эктор. Он очень не любил нравоучительных историй Риваля, однако же и возможности отказаться у него тоже не было.

– Ну так вот, – начал Куратор. – Однажды ко мне, тогда ещё – рядовому сотруднику Службы, пришли двое ожидающих – отец и его старший сын. Они попросили меня за пополнение баланса Службы создать проблемы у младшего сына этого старика. Я им сразу же объяснил, что мы никаким таким мщением не занимаемся, а наоборот – за подобные намерения можем даже наказать. «А чем же вы тогда занимаетесь?» – спросили эти ожидающие у меня. В ответ на это я объяснил, что мы можем помочь только в добрых делах и в благих начинаниях. А они – такие довольные – мне и говорят, что как раз именно за этим и пришли, – и очень просят усложнить жизнь своему близкому родственнику исключительно во благо для него.

Риваль сделал театральную паузу.

– И тут этот ожидающий отец, – продолжил он, – рассказал мне такую историю. Было у него два сына. И вышло так, что у этих сыновей была большая разница в возрасте – около десяти лет. А потом – это случилось ещё при жизни отца – в семье не заладилось со старшим. В силу того, что его родители были людьми очень обеспеченными, их старший сын ни к чему не стремился, а учиться не хотел, за что и был вытурен из института. Он нигде не работал и просто прожигал жизнь на выпрошенные у родителей деньги. Да и зачем ему, спрашивается, было работать и к чему-то стремиться, если у него и так было всё – и квартира, и машина, и, главное, родители, которым волей-неволей приходилось давать ему деньги на его никчёмное существование. Более того. Старший сын даже не мог нормально общаться с людьми и преодолевать самые обыкновенные бытовые трудности. Короче говоря, всё закончилось тем, что уже после смерти отца старший сын окончательно превратился в алкоголика и игромана. А годик спустя он уже здесь навестил папу.

Куратор вновь замолчал.

– И вот, стоя передо мной, – несколько мгновений спустя продолжил он, – этот отец сообщил, что очень хочет, чтобы его младший сын не повторил ошибок старшего брата, стоявшего рядом. Для этого он и просит подкидывать младшему не слишком сложные проблемы в жизни и одновременно с этим немножко помогать с их решением, чтобы младший сын «научился жить». «Я хочу, – сказал тогда отец, – чтобы мой младший прожил не только счастливую, но ещё и достойную жизнь. А совсем не такую, как этот балбес». И отец отвесил знатный подзатыльник своему старшему сыну, который терпеливо промолчал, опустив глаза в пол.

– Ну и?.. – всё тем же недовольным голосом отозвался Эктор.

– Ну это же совсем другое дело! – ответил Риваль. – В результате на протяжении нескольких лет мы создавали младшему сыну проблемы и направляли его на пути их решения. Так, например, он был оставлен без средств к существованию, но мы поддержали его – помогли поступить в вуз и создали возможность для подработки на стройке. А позже мы помогли ему приобрести профессию и устроиться на постоянную работу. Плюс к тому мы научили его разрешать всевозможные жизненные неурядицы. Его отец был нами доволен. Да и мы сами, если честно, тоже – в который раз оказались довольны собой.

Риваль, улыбнувшись, замолчал.

– А ты что натворил?! – вдруг резко развернувшись в сторону Эктора и повысив голос, произнёс он. – Да ничего хорошего! Ты не подготовил наследников Алексея к жизни! Так что теперь каждый из них собрался жить богато! Но в данном случае, согласись, есть чёткая взаимосвязь: «богато» – «корыто». Естественно, разбитое. Ведь если молодые люди живут в ожидании богатства или власти, то обычно это ни к чему хорошему не приводит. Они сами ни к чему не стремятся, не стараются чего-либо достичь. Да и зачем им напрягаться, если у них и так всё хорошо?! Главное – есть достаток, а в молодом возрасте всегда кажется, что именно он – это основной признак успеха. А когда молодые люди наконец поймут, что это совсем не так, будет уже поздно! В конечном счёте они сочтут, что в жизни уже всего достигли, так что учиться и дополнительно развиваться смысла им больше нет. Но ведь свободное время им придётся чем-то заполнять! Таким образом, одни из них непременно возомнят себя рестораторами. Ведь нужно же где-то сидеть по вечерам, кичась перед друзьями, которые на самом деле – совсем им не друзья! А другие сочтут себя крутыми инвесторами – и в итоге промотают все свои деньги. А третьи займутся от безделья какими-нибудь нейропсихотехниками так называемого просветления и станут тренерами личностного роста.

После этих слов Риваль громко расхохотался.

– Да-да, именно так, – продолжил свою явно затянувшуюся реплику он. – А потом они будут описывать свою жизнь как результат использования подобных техник. Хотя на самом деле существование этих людей было обеспечено их родителями, а вовсе никаким не псевдопросветлением. И что самое интересное, таких вот псевдопросветителей впоследствии уже никому не удастся по-настоящему просветить, потому что они – всё! – уже пришли в свой жизненный тупик! Как правило, семеро из десяти таких замечательных людей в итоге либо остаются, что называется, у разбитого корыта, либо становятся личностями с искорёженным самосознанием, у которых виноваты все вокруг – да, абсолютно все, но только не они сами. Так что если ты действительно хочешь наказать молодого человека или девушку, – Риваль пристально посмотрел на Эктора, – нужно сделать именно так, как сделал ты! Просто осыпь молодого человека с неба деньгами – и он уже наказан! – на этой глубоко философской ноте закончил свой тягостный монолог Куратор.

Затем, включив большой экран на стене, он снова продолжил: