Его наваждение

— Нет, я его не знаю, я поэтому не хотела работать в ночь, — ответила я и, скрепя сердце, наплевав на возможные сплетни в коллективе, добавила: — За мной следят. Кидают ножи в стену с записками. Я ночевала у подруги, он забрался в дом и чуть не изнасиловал меня. Он пишет мне какие-то угрозы. Полиция не помогает. Я... — я присела и закрыла глаза рукой. Навалилось. С Андреем было проще. Злость на него перекрывала эти чувства. Теперь перекрыть было нечем. — Я просто не могу... Если я останусь ещё раз в ночь, он придёт и убьёт меня.

Виолетта молча смотрела в монитор. Что-то ткнула несколько раз, и из принтера вылез лист А4.

— Подпиши. Сегодня уйдешь пораньше, чтобы тебе по ночам не мотаться, а завтра пойдешь в отпуск, работать ты в таком состоянии всё равно не сможешь. Помогла бы иначе, но у меня даже спать негде дома, — cказала она. — Отпускные через пару дней тебе перечислят. Деньги есть вообще?

— Немного, — вздохнула я.

— Бери сколько есть и уезжай на месяц. Лучше в соседнюю область. Парень-то в курсе?

— Нет больше парня, — тихо и хрипло ответила я, подписывая заявление.

Вряд ли отпуск мог решить мои проблемы, но это был шанс. Хотя бы на месяц вырваться из этого круга, продать это никому не нужное золото и покинуть город. Может, навсегда...

Достажировав новую коллегу, я снова вызвала такси и поехала в полицейский участок. План был прост: отдать все улики, снова побеседовать со следователем и попытаться выяснить, где может быть друг Эмиля, вернуться в свою вартиру, собрать всё, что у меня есть, в одну кучу и самостоятельно дать оценку своему имуществу. А потом уже решать, куда ехать, когда и на сколько. Делать всё молча, своими намерениями не светить. Никому не говорить, куда еду, даже родителям.

Просто исчезнуть...

Я сидела на заднем сиденье, сжимая в руке телефон и пока что из любопытства смотрела подходящие места, где можно стать пылью. Глушь — не то. В глуши человека найти проще, чем в шумном городе. Может, сменить имя? Моё мне нравилось, но и жизнь моя мне тоже очень нравилась. Шумный город. Новое имя. Новая внешность.

Сделать стрижку пикси и перекраситься в блондинку? Удалить мою любимую родинку над губой, благодаря которой я в подростковом возрасте сравнивала себя с Синди Кроуфорд и Натальей Орейро? Совсем не моё. Но жизнь, опять же, дороже.

Мы ехали по привычным улицам, шум нашего небольшого города начал отвлекать меня от навязчивых мыслей, водитель молчал, и вдруг...

С водительского места донёсся тихий, но отчётливый свист. Та самая мелодия, которая вселяла ужас в моё и без того измученное сердце. Водитель насвистывал эту мелодию.

Кровь застыла в жилах. Руки заледенели. Я попыталась вдохнуть, но лёгкие не слушались. Мужчина средних лет с темно-русыми волосами замолчал и равнодушно взглянул в зеркало заднего вида и тут же отвёл взгляд.

Это он? Он вчера кидал нож в спальню с этой жуткой запиской?

Я не могла пошевелиться, только судорожно сжала телефон. Пальцы едва слушались, но я сумела открыть старый чат с братом. Плохо, что только благодаря подобной ситуации я наконец-то решилась на это. Почти не глядя на экран, я набрала три слова:

«Эмиль. Помоги мне».

И отправила.