Страница 176 из 225
Николай Павлович рассудил, что сыну всего шестнадцать — время терпит. Он легко согласился: — Хорошо. Прямо сейчас велю сваху рассчитать и прогнать.
На этом семейная буря утихла.
Алексей перебрался к Максиму. До главного экзамена оставался месяц, и он с головой ушел в книги. Под его влиянием даже вечно гулящий Максим взялся за дело и начал писать скучные казенные сочинения, которые раньше и в грош не ставил. Алексей, просмотрев пару его работ, ахнул: — Послушай, да если бы в столице так писали, у нас бы все законы были как поэмы! Он никак не мог взять в толк, почему человек с таким слогом раз за разом проваливался на экзаменах.
Максим, который теперь доверял Алексею как брату, поведал ему свою печальную сагу. Максим был гением — и он это знал. Когда он впервые пошел сдавать на чин, его сочинение было коротким, острым и блестящим. Он был уверен в триумфе. Но он забыл, что бюрократическая машина требует объема — не меньше пятисот слов. Экзаменатор, увидев, что листок исписан лишь наполовину, даже читать не стал, припечатав: «Кратко до скудоумия», и завернул работу.
Три года спустя Максим вернулся. И надо же было такому случиться — попался тот же самый чиновник. Обида вскипела в Максиме. Он решил «дать объема»: расписал все пороки государственной службы так ярко и подробно, что места на бумаге не хватило. Он дописывал на столе, на стульях… Когда пришло время сдавать работу, он втащил мебель в зал. Экзаменатор в ужасе закричал: «Милостивый государь, держите себя в руках!». А Максим ответил: «Вам было мало? Кушайте теперь полной ложкой!». Итог был предсказуем: его выставили вон за «бесчинство и нарушение порядка».
В третий раз он писал чинно, но горечь и сарказм так и сквозили между строк. Экзаменаторы, прослышавшие о его «подвигах», видели в нем опасного смутьяна и снова провалили.
Выслушав это, Алексей горько усмехнулся: — Друг мой, если ты в ярости — не иди в чиновники. А если идешь — запри свою ярость на замок. Иначе этот круг никогда не разорвется.
— Я и сам это понимаю! — воскликнул Максим. — Но стоит мне увидеть их постные лица, как кровь в голову ударяет!
— Тебе сейчас не сочинения писать надо, а нервы лечить, — серьезно сказал Алексей. — Поживи спокойно.
— И как же? Есть верное средство? — заинтересовался Максим.
— Есть. Каждый день подметай комнаты, готовь обед, поливай цветы и гуляй с Пиратом. Вот увидишь — дух твой станет мирным.
Максим со смехом замахнулся на него: — Знал я, что ты шельма та еще! Хочешь моими руками свое хозяйство обустроить?
В этот момент раздался стук в дверь. Максим крикнул: — Открыто! Кому надо — заходи, кому не надо — прикрой плотнее!
В комнату ворвался густой аромат дешевых духов, и раздался звонкий смех. Алексей обернулся и… лицо его позеленело. Это была та самая сваха. — Да как же ты нас и здесь выследила⁈ — в сердцах воскликнул он.
Сваха, увидев Алексея, поначалу тоже оторопела, но быстро взяла себя в руки и, вздернув нос, прошествовала мимо него.
— Я, между прочим, не к вам, молодой человек, — бросила она через плечо и, расплывшись в медовой улыбке, обратилась к хозяину дома: — Я к вам, Максим Вениаминович!
Максим усмехнулся: — Неужто и мне решили партию подыскать?
Сваха прикрыла рот кружевным платком и затеребила его: — Помилуйте, Максим Вениаминович! Вы же человек видный, талант, каких во всей губернии не сыскать! Негоже такому дому без хозяйки стоять. Есть у меня на примете одна девица… племянница самого господина губернатора! Красавица, шестнадцать лет, из благородного семейства. Брат губернатора, человек почтенный, весьма наслышан о ваших успехах в словесности и спит и видит вас своим родственником. Коли есть желание, завтра же и поезжайте на смотрины.
Алексей подмигнул другу: — А что, дело доброе. Давно пора тебе бабу в дом, а то зарастешь грязью по самые уши, ни один Ваня не отмоет.
Увидев, что Алексей на этот раз на её стороне, сваха воспряла духом. Они в два голоса так насели на бедного Максима, что тот, одурманенный их красноречием, сам не понял, как согласился.
На следующий день, прифрантившись, друзья в сопровождении свахи отправились в путь. Наняли лодку и вышли из города, направляясь в поместье Соколовка, где жил брат того самого важного чиновника.
Место оказалось на редкость богатым: огромный дом с колоннами, тенистый парк, дворня, снующая туда-сюда. Хозяин дома, заядлый книгочей и почитатель таланта Максима, принял их с распростертыми объятиями. Весь день они провели в светских беседах, пили отличный херес и расстались лишь на закате, весьма довольные друг другом.
На обратном пути Алексей заметил: — По-моему, отличная партия. И девица скромна, и приданое за ней — целое состояние.
— Нет, — отрезал Максим. — И речи быть не может. — Это еще почему? — изумился Алексей.
— У неё фамилия такая же, как у того подлеца-министра из Петербурга! — с пафосом провозгласил Максим. — Моя совесть не позволит мне взять в жены женщину с такой фамилией.
— У тебя точно голова перегрелась на солнце! — Алексей едва не расхохотался от нелепости этого довода.
Но как он ни убеждал друга, тот стоял на своем. За этими спорами они не заметили, как добрались до городских застав. Но вместо привычного спокойствия их встретило тревожное зрелище: из ворот одна за другой выходили роты солдат и отряды ополченцев с ружьями и саблями. По самым скромным подсчетам, из города уходило больше тысячи вооруженных людей.
Друзья в недоумении вытянули шеи, и тут же были замечены патрулем. Солдаты, подозрительно оглядев их щегольские наряды, решили, что это вражеские лазутчики, и взяли их под микитки. Алексей, понимая, что сейчас не время для гордости, громко крикнул: — Постойте! Я племянник полковника Вершинина, пришел проводить дядю!
Максим тут же подхватил: — А я близкий друг и помощник полковника, тоже прибыл к отбытию! Алексей сердито шикнул на него: «Опять за старое?». Максим лишь хитро подмигнул.
Тут из рядов ополченцев вышли местные жители: — Да это же наш Максим Вениаминович, сочинитель! — крикнул один. — А это Алексей Николаевич, его верный спутник! — добавил другой.
Конвойные, успокоившись, провели их к штабной палатке. Сам полковник Вершинин как раз заканчивал совещание. Увидев Алексея, он заметно повеселел: — Насилу вас нашли! Хоть перед самым выходом свиделись.
— Наставник, куда же вы с таким войском? — встревоженно спросил Алексей.