Страница 128 из 225
Зная это, Василий мечтал поскорее замять старые обиды, но явиться с повинной прямо в дом к Морозовым не позволяла гордость. Узнав, что Алексей будет на пристани — на его, территории, — он поспешил сюда, надеясь на правах хозяина оказать услугу и тем самым помириться.
Видать, день был для Волка удачным: стоило ему приехать, как судьба подкинула шанс. Увидев, что какие-то сопляки лезут к Алексею, он чуть не заплясал от радости. Тут же подал тайный знак своим людям, и портовые грузчики мигом взяли «буянов» в кольцо.
— Это кто же тут такой слепой, что смеет дерзить господину Морозову? — грозно прикрикнул Волк, едва сдерживая довольную ухмылку.
Алексей мягко ответил: — Да так, старые школьные знакомые. Вышло небольшое недопонимание.
— Эх, господин хороший, — Волк многозначительно покачал головой, — не в обиду вам будет сказано. Вы и ваш батюшка — люди достойные, но есть у вас один изъян.
— О? И какой же? Прошу, просветите, — улыбнулся Алексей.
— Слишком уж вы скромны, — Волк назидательно поднял палец. — Людям вашего круга не пристало в одиночку разгуливать. Вам надобно свиту за собой водить, слуг верных. И дело не только в том, чтобы за табаком послать, — это положение ваше подчеркивает. А коли будете одни бегать, так всякая мелюзга, у которой глаза на затылке, так и будет под ногами путаться да кровь вам портить.
Алексей прекрасно понимал, что Василий Волк Власов сейчас тонко «просит прощения» за былые грехи, но давать ему спуску слишком быстро было нельзя. Юноша сделал вид, что не заметил подтекста, и спокойно ответил: — Ваши слова, господин Василий, исполнены мудрости. Однако не мне решать такие дела, надобно сперва с батюшкой посоветоваться.
— Разумеется, разумеется! — закивал Василий. Он и не догадывался, что в семье Морозовых сын порой соображает быстрее отца. Сменив тему, он кивнул на четверых парней, прижатых к земле: — Как прикажете с ними поступить? — Василий хищно осклабился. — Может, по руке у каждого одолжим, чтобы вам спокойнее спалось?
Алексей про себя охнул: «Ну и методы! Так я вмиг превращусь в злодея, и прощай репутация». Он покачал головой: — Всё же мы когда-то сидели за одной партой. Слишком суровая кара вызовет лишь пересуды… Накажем их по-простому, но доходчиво.
Василий расхохотался: — У вас доброе сердце, сударь! Ну, тогда просто бока им намнем.
— Нет, давайте сделаем что-нибудь полезное, — улыбнулся Алексей. — В школе сейчас каникулы, так пусть эти молодцы на пристани мешки потаскают. До середины месяца. А там и отпустите.
Василий Волк Власов даже глаза вытаращил. Про себя он подумал: «Ох и лютые эти книжники! В тихом омуте, как говорится…» Пристань — место ненамного лучше каторги. Грузчики спят меньше собак, встают раньше петухов, едят хуже свиней, а вкалывают как волы. А уж нрав у них — врагу не пожелаешь. Четверо изнеженных барчуков за неделю такой жизни не одну кожу с себя сбросят.
Увидев, как «старых знакомых» под конвоем надсмотрщиков уводят в сторону складов, Алексей сложил руки в приветствии: — Благодарю вас, Василий. Теперь мне пора — экзамены на носу, надобно за книги садиться.
Он не хотел, чтобы его видели в компании этого человека слишком долго: для будущего чиновника такие знакомства — палка о двустороннем конце.
— Эх, господин Морозов, редко вы нас жалуете, — запричитал Василий. — Может, окажете честь? Тут неподалеку «Красный терем» имеется, заведение знатное. Заглянем, развлечемся?
Алексей цокнул языком, изобразив на лице крайнее сожаление: — Заманчиво, ох как заманчиво! Но помилуйте — через месяц испытания в уезде. Сейчас мне не до девок, право слово.
Василий был тертым калачом и понял: Алексей просто не хочет давать повода для сплетен в такой ответственный момент. — Ну, дело святое! — хохотнул он. — Тогда договоримся так: как только сдадите экзамены, я закачу такой пир, какого наш уезд не видывал. И чур не отказываться!
Алексей кивнул с улыбкой: — Смиренно принимаю ваше приглашение.
В одном городе живем — ссориться ни к чему. Мир всегда выгоднее войны.
Василий просиял: — Буду ждать добрых вестей! Он подался вперед и прошептал почти на ухо: — За тот прошлогодний случай… вы уж не серчайте. Не со зла мы, бес попутал.
Алексей не успел и глазом моргнуть, как почувствовал, что в его рукаве что-то прибавилось. «Ну и ловкость рук!» — поразился он. Это было одновременно и подношение, и демонстрация силы — мол, я могу и кошелек подбросить, и нож под ребро, если надо. Но вслух он сказал совершенно спокойно: — Что было, то быльем поросло. Надеюсь, впредь подобных «ошибок» не случится?
— Никогда! Клянусь всеми святыми! — Василий замотал головой и широко улыбнулся: — Теперь-то мы почти родственники. А затем добавил совсем тихо: — Отныне лодки вашей торговой артели будут швартоваться на моих причалах даром. Ни копейки за стоянку и охрану.
А это был серьезный куш. Портовые сборы, плата за погрузку, «подарки» надзирателям — всё это съедало львиную долю прибыли. Алексей улыбнулся: — Давайте сойдемся на половине цены. Моим людям — выгода, а вашим ребятам — на кашу останется. Справедливо?
— По рукам! — воодушевился Василий. — Вы человек широкой души! С таким и дела вести в радость.
Они обменялись еще парой любезностей и «с большой неохотой» разошлись. Уходя, Алексей бросил взгляд в сторону погрузки: четверо его незадачливых обидчиков уже вовсю надрывались под тяжестью мешков, подгоняемые свистом надсмотрщицкого кнута.
Покинув пристань, Алексей увидел Степана, который ждал неподалеку. Заметив появление Василий Волка Власова, тот благоразумно отошел в сторону, дабы не мешать серьезному разговору.
Алексей заметил рядом со Степаном еще одного человека. Улыбнувшись другу, он сложил руки в приветствии перед незнакомцем: — Неужто старший брат еще не уехал? Уж не решил ли ты пригласить младшего отобедать?
Это был старший сын наставника. Из-за грядущих экзаменов отец не взял его с собой в столицу, приказав остаться дома: присматривать за хозяйством и грызть гранит науки. Воспитанный в строгих правилах благородного мужа, Андрей был скромен, серьезен и совершенно не понимал шуток. От слов Алексея его лицо слегка дернулось, но он, скрепя сердце, кивнул: — Что ж, пойдем… Только денег у меня при себе немного, на пир не рассчитывай.
Степан рядом так и прыснул со смеху: — Да брось ты, Андрей! Алексей просто шутит, время-то еще не обеденное.