Страница 145 из 320
Глава 18
Москва, особняк дворянского рода Лопухиных, спальня главы рода .
Алексей Максимович в ярости бросил телефон на постель и прикрыл глаза рукой. На лице главы рода Лопухиных отразилась злость, плавно перетекающая в мучительную гримасу. Время его не щадило, и последнее дело потребовало столько сил, что откат до сих пор так и не прошёл. Голова раскалывалась даже от простейших мыслей, а уж от таких ярких эмоций…
– Дорогой, разве тебе стоит так переживать?
Молодая красивая женщина принялась покрывать поцелуями лицо главы рода Лопухиных. Её мягкие и горячие ладони скользнули на виски мужчины, аккуратно массируя их. Алексей Максимович выдохнул с облегчением, ощущая, как отступает отупляющая боль.
– Тебе нельзя волноваться, помнишь? – прошептала любовница, скользя руками по его телу.
Глава рода Лопухиных задышал чуть чаще. Но на этот раз боль не пришла, вместо неё Алексей Максимович ощутил, что пробуждается к жизни куда сильнее, чем сам подозревал. Схватив любовницу, он водрузил её на себя. Женщина ахнула и с улыбкой подчинилась его правилам.
Несколько минут в спальне были слышны лишь шелест постели да стоны пары любовников. И чем дальше заходило, тем громче становился женский голос в этом тандеме.
А когда Лопухин выдохнул, она склонилась над ним, вновь покрывая лицо и шею нежными поцелуями.
– Легче? – чуть хриплым голосом уточнила она.
– Легче, Люда, – ответил Алексей Максимович. – Намного легче.
– Ну вот, а ты так переживал, – с улыбкой прижалась к главе рода любовница. – В конце концов, что бы там ни случилось, оно уже произошло. Твой сын способен со всем справиться, а тебе нужно восстанавливаться. Кто, как не ты, заслуживает небольшого отпуска?
Лопухин усмехнулся и прикрыл глаза, погружаясь в сон.
Несколько минут любовница ещё лежала на нём, согревая теплом собственного тела, после чего осторожно выбралась из постели. На лице женщины царила довольная улыбка. Взяв телефон Алексея Максимовича, она положила его на прикроватную тумбочку – рядом с бокалом, в котором было налито снотворное.
Достав из своих вещей ампулу, она вылила её содержимое в бокал, не считая капли. После чего убрала ёмкость и погладила себя по обнажённому животу. А затем совершенно спокойно легла рядом со спящим главой рода Лопухиных.
Целители обещали, что сегодня она обязательно забеременеет. А потом… Кто сказал, что только Василий может стать следующим главой рода? Нет уж, от связи с таким человеком, как Алексей Максимович, нужно брать по максимуму.
Повернувшись к спящему, Людмила провела рукой по щетине на его лице, но Алексей Максимович не отреагировал. Оставалось совсем недолго ждать. Пара месяцев, и можно будет считать, что цель достигнута.
Ни у кого не поднимется рука на ребёнка главы рода. Пусть и вне брака, но разве это такая уж проблема, выйти замуж, уже будучи беременной? Главное, чтобы всё прошло, как запланировано. В конце концов, Алексей Максимович скоро вовсе перестанет приходить в себя, и Василий Алексеевич станет регентом Лопухиных. А она – беременной мачехой.
Лопухины не первые, не последние, такие истории случаются постоянно.
Москва, Кремль, личные покои великого князя .
Виктор Павлович ещё раз запустил на телефоне запись. Ролик включился с начала, но быстро закончился – ровно на том моменте, когда дорогая племянница кинулась на шею Корсакову. На лице куратора жандармерии расплылась и никак не сходила довольная улыбка.
Это к самому Лопухину подобраться Долгоруковы не могли, а вот уничтожить одного из их людей, больно ударив по самому ценному для каждого ублюдка – по кошельку – получилось. Теперь можно устраивать обыск на совершенно законных основаниях. Филиппов совершил ошибку, когда не догадался прийти на поклон к Долгоруковым. Поверил, что Алексей Максимович защитит от любых нападок, когда Василий возьмёт Дарью Михайловну в жёны.
Но Лопухин ещё долго не вернётся в игру, а его сынок – молодец против овец. Без поддержки главы рода Василий Алексеевич не превращается в жертву лишь по той причине, что никому не интересен.
Ниточки от генерал‑губернатора Выборга теперь совершенно прозрачными и законными путями приведут к теневым активам Лопухиных. И пока Алексей Максимович страдает от последствий за применение своей силы, наступило время разорвать созданную им империю по кусочкам. Заодно можно будет и лояльных дворян поддержать, выдав им по чуть‑чуть свежего мяса Лопухиных.
Верность нужно поддерживать, а обрастать имуществом самим Долгоруким можно только до предела. Потому у Виктора Павловича уже был подготовлен список сторонников, которые получат свою крошку из общей добычи. Не зря же их выводили прямо во время бала, чтобы выдать по причитающемуся кусочку.
Двери в покои распахнулись, впуская в гостиную великого князя Екатерину Юрьевну. Её императорское величество одним взглядом оценила состояние куратора жандармерии и взглянула на телефон в его руке, из динамика которого вновь прогремел выстрел.
Убрав локон за ухо, государыня села в кресло напротив него.
– Зачем вы заставили Корсакова спустить курок? – спросила она. – Он не должен был поднимать руку ни на кого… У нас что, внезапно убийц стало не хватать, что мы целителей теперь заставляем пачкать руки? Палачей мало?
Виктор Павлович отложил телефон и хмыкнул.
– Ты, Катька, не забывай, на чьём престоле сидишь, – довольно резко напомнил он, глядя на собеседницу. – Корсаков мог отказаться, я специально обговаривал этот момент с Дашкой. Она честно вывалила ему, чего мы от него хотим. И знаешь, что он ответил?
Екатерина Юрьевна вскинула брови, предлагая великому князю озвучить.
– «Будьте уверены, я буду следовать за вами, когда это нужно», – с явным удовольствием процитировал Виктор Павлович. – И при этом, Катя, вспомни его слова после крушения поезда. Как он тогда высказался обо всех нас, кто вокруг трона крутится. Как считаешь, прогресс?
Императрица откинулась на спинку кресла и, закинув ногу на ногу, задумчиво приложила палец к губам. Великий князь не торопил её с ответом, вместо этого он снова включил запись дуэли. Хотя, конечно, какая там дуэль при таких условиях…