Страница 131 из 280
Глава 8
Запредельно вымотанные, Тирион и его спутники выползли из болота. Последние несколько лиг оказались самыми трудными; джунгли сменились окружающими Скегги трясинами, земля обернулась предательскими зыбучими топями, илом и стоячими лужами, в которых кишели споры самых скверных хворей.
Все, кроме Теклиса, защищенного магией, были заляпаны грязью. И все-таки, несмотря на усталость, несмотря на грязь и мерзкую окружающую обстановку, все они чувствовали себя триумфаторами. Они вернулись из Цультека, никого больше не потеряв. Людей переполняло сознание собственного богатства, а эльфы понимали, что очень скоро они станут еще более знаменитыми.
Впереди уже различались длинные деревянные бараки Скегги. Они очень напоминали жилища северян-норсов из Старого Света, но с одним немаловажным отличием: здания стояли на сваях, удерживающих дома над грязью, что было особенно актуально на окраинах города. Некоторые хибары зависли над небольшими, изобилующими водорослями озерами, похожими на рвы. При выходе из таких домов приходилось пользоваться лодками, висячими мостками или просто перепрыгивать с одного пенька, оставшегося от специально срубленного дерева, на другой.
Но сейчас отряд, стоящий по пояс в мутной воде, начинал привлекать внимание местных жителей. Они были весьма подозрительны: два высоких эльфа и кучка выживших людей, которых, когда отряд выступал в поход, было гораздо больше. Впрочем, некоторые из местных узнали Тириона, некоторые — Лейбера. И всех интересовало, чего они добились и как им удалось уцелеть.
Вот тут придется изворачиваться. Скегги — место жестокое, беззаконное, здесь правят враждующие атаманы и разбойничьи банды. Тут сошлись худшие особенности общества норсов и теоретически более цивилизованного Старого Света. Некоторые из тех, кто приветствовал сейчас пришельцев, могли через минуту решить ограбить их, если наберется достаточно охотников.
А противниками они могут оказаться серьезными. Большинство собравшихся были рослыми подтянутыми воинами, потомками норсов — светловолосыми, загорелыми, широкоплечими и мускулистыми. Все были вооружены тяжелыми топорами или острыми мечами. После невзгод последних недель Тирион не стал бы слишком тревожиться, но он понимал все опасности излишней самоуверенности и не хотел пасть жертвой грабежа в тот момент, когда возвращение с победой в Лотерн уже так близко.
— Если на нас нападут, сожги как можно больше бандитов своим самым зрелищным заклятьем, — обратился он к Теклису на эльфийском. — И, если при этом ты подожжешь несколько зданий, что ж, тем лучше.
— А что будешь делать ты, пока я занимаюсь театральными поджогами?
— Буду убивать как можно больше народу самыми отвратительными и кровавыми способами. Покажем им, на что мы способны, тогда другие, возможно, оставят нас в покое.
— Рад, что ты по-прежнему не унываешь, даже здесь, в безопасности.
— В Скегги никто не в безопасности, — ответил Тирион. Жрецы богини милосердия с радостью прихватят твой кошелек, всадив кинжал тебе в спину.
— Неортодоксальная трактовка веры, — заметил Теклис. — Что ж, немудрено, в столь далеких местах еретические секты всегда процветают.
— Шути на здоровье, только будь наготове, — попросил Тирион.
Вдалеке Тирион разглядел уродливую громаду крепости. Строение размером с небольшой город возводилось дюжиной поколений предводителей разбойников на месте первоначальной башни Лостерикссона, легендарного основателя города. Впрочем, единственной более или менее достойной внимания деталью крепости был гигантский курган, выросший там, где Лостерикссон впервые ступил на эту землю.
Чем дальше они углублялись в город, тем больше народу толпилось вокруг. Тут были и зловещие на вид воины-норсы, и всякие портовые крысы — потерпевший кораблекрушение сброд из Старого Света. Несколько утомленных проституток вяло подзывали эльфов и их спутников, равнодушно выкрикивая какие-то сомнительные нежности.
— Лейбер, ты вернулся! — взревел кто-то, очевидно узнавший их проводника. — Удивительно! Ну что, нашел наконец то потерянное золото, по которому всегда страдал?
Вот он самый щекотливый вопрос, неверный ответ на который способен повлечь за собой кровавую баню. Они обсуждали это всю дорогу, но так и не договорились, что делать людям сейчас, среди их сородичей.
Тирион даже радовался, что они прихватили только меч и несколько сувениров. Их спутникам вроде бы незачем их убивать. Люди скорее попадут в беду, чем пара эльфов. Хотя, конечно, разница невелика, если их втянут в ненужный бой.
— Нашел более чем достаточно, чтобы купить твою мамашу, — ответил Лейбер. — Только цена ей — пара медяков, да к тому же она всегда дает сдачу.
Хороший ответ. Ответ, показывающий слушателям, что их абсолютно не касается, нашел Лейбер что-то или нет, а любопытствующие нарвутся только на оскорбления. Вопрос только, достаточно ли этого, чтобы их оставили в покое…
Их компания шагала по многолюдным улицам города, пытаясь игнорировать пристальные взгляды окружающих. Крепость нависала над ними, напоминая о предыдущем визите, который Тирион предпочел бы забыть. Довелось ему провести какое-то время в цепях в этом жутком месте, и он был полон решимости впредь этого не допустить.
Они шли, и эльфа постепенно охватывало ощущение завершения. Скоро он распрощается с людьми. И, возможно, никогда больше никого из них не увидит. Все, кого он знал по предыдущим визитам в Скегги, мертвы или чрезвычайно стары. Человеческие жизни так коротки, что, если пути человека и эльфа расходятся, едва ли они когда-нибудь пересекутся вновь, а если и пересекутся, то человек изменится так, что станет почти неузнаваем.
Тирион не понимал, отчего это его так тревожит. Конечно, он в какой-то степени привязался к этим людям, как к любым товарищам, с которыми ему доводилось делить опасности. Кажется, люди чувствовали то же самое, ибо то и дело украдкой косились на него.
Наверное, когда они распрощаются, люди почувствуют облегчение и печаль разом. Они нашли то, что искали. Они теперь богаты. Возможно, они благодарны Тириону и его брату за то, что те обеспечили их состоянием. А может, дело тут совершенно в другом. Знал он только одно: к тому времени, когда они доберутся до перекрестка в центре города, все поймут, что их совместный поход закончен. И люди, и эльфы, смущенно переглядываясь, сбавили шаг.
Первым заговорил Лейбер: