Страница 54 из 222
Первые полчаса-час атмосфера была относительно спокойной. На небольшой импровизированной сцене, где пока стоял лишь микрофон на стойке, играл саксофонист. Он выводил плавные, джазовые импровизации, создавая фоновую, интеллигентную музыку для общения. В это время гости в основном общались, поздравляли именинника, чокались бокалами, вели неспешную беседу, перетекая от одной компании к другой. Было сразу видно, что большинство людей знакомы друг с другом. На всякий случай, мы с Игорем решили вести себя осторожнее, и просто изображали из себя неразлучную парочку.
Именинника, того самого «Товарища», было нетрудно вычислить. Это был мужчина лет пятидесяти, с седеющими висками, интеллигентным лицом и мягкими, доброжелательными манерами. На нём был не просто пиджак, а тёмно-синий бархатный пиджак, под которым виднелась рубашка с открытым воротом. Он принимал поздравления, улыбался, обнимался с друзьями. Рядом с ним то и дело появлялась элегантная женщина его лет,очевидно, жена. А чуть поодаль, в компании молодёжи, крутилась яркая блондинка лет двадцати пяти в облегающем красном платье,его самая последняя любовница, как я позже выяснила.
Мы с Игорем, стараясь выглядеть естественно, взяли по бокалу сока, потому что, алкоголь был сейчас ни к чему, и начали медленное движение по залу, приближаясь к эпицентру событий. Я прислушивалась к общему гулу мыслей, но он был похож на шум прибоя, радостный, праздничный, бессвязный. Но мне нужно было сфокусироваться на одном человеке.
Потом музыка сменилась. Саксофон умолк, и в зале нарастающее волнение пронеслось, как электрический разряд. На сцену вынесли аппаратуру, зазвучали первые, узнаваемые синтезаторные аккорды. И под восторженный взрыв аплодисментов и криков на сцену выпорхнула она.
Солистка «Миража». Маленькая, хрупкая, с взрывной энергией. В блестящем коротком платье, с огромными серёжками и мечущимися, как у птички, движениями. Она завела зал с первой же ноты. И понеслось. Зал взорвался. Даже солидные дяди и тёти пустились в пляс, пусть и более сдержанный, чем молодёжь. «Метла» превратилась в тот самый эпицентр моды и веселья, о котором все говорили.
Мы с Игорем тоже оказались на танцполе. Теперь это было нашим прикрытием. Под зажигательные, знакомые каждому хиты, мы танцевали, сливаясь с толпой. Я наблюдала за Игорем, он, обычно такой скованный, под эту музыку расслабился, его движения стали более свободными, на лице появилась улыбка. Мы ловили взгляды друг друга и смеялись, забыв на мгновение о задании.
Но вот время пришло. В ритме танца мы с Игорем, будто случайно, стали смещаться ближе к тому месту, где стоял именинник со своей свитой. Он тоже слегка пританцовывал, улыбался, обнимал жену за плечи, иногда перекидывался словом с подошедшими поздравить.
Я закрыла глаза на секунду, отсекая внешний шум, музыку, смех. Сфокусировалась на нём. Вошла в его мысленный поток.
Он был… удивительно простым. Сейчас, в разгар своего праздника, он думал вовсе не о высоких материях или бизнес-планах. Он думал о том, что его любимый пёс, ризеншнауцер по кличке Граф, наверное, скучает дома один. Потом мысль перескочила на шахматы, вчера здорово обыграл приятеля, жаль, тот сегодня не смог прийти, похвастаться некому. Потом теплое, немного усталое чувство к жене, стоящей рядом «Катя молодец, всё организовала». Проблеск раздражения и вины, когда взгляд скользнул по красному платью любовницы «Надо бы поаккуратнее, а то Катя что-то пристально смотрит». И потом, вспышка нежности и гордости. Его мысли обратились к дочери. Дочь! Я открыла глаза, ища её в толпе. Она стояла недалеко, в кругу своих друзей, таких же молодых, модных, лет двадцати с небольшим. Девушка с каштановыми волосами, стриженными каре, в элегантном бардовом платье. Она смеялась, но её взгляд блуждал по залу.
Я перенесла фокус на неё. Её мысли были быстрыми, лёгкими, полными праздничного возбуждения и… любопытства. «Классная тусовка, папа молодец… О, смотри, кто это?» — её внутренний взгляд остановился на ком-то. Я проследила за её мысленным лучом. Он упёрся в фигуру, стоящую у бара. В Сашу Зигзага. Он стоял, непринуждённо опершись о стойку, с бокалом в руке, и смотрел в стороне нее и ее отца. Он наблюдал за происходящим с лёгкой, отстранённой улыбкой.
Девушку звали Аней, как я выловила из её же мыслей, напряжённо думала: «Боже, где же я его видела? Он такой знакомый… Не из МГИМО ли? Кажется, он на курсы старше учился… Или на тех конференциях по экономике? Такой стильный… Интересно, что их связывает с папой, или он с кем то пришел?..»
Вот оно! Золотая жила. Не сам именинник, с его собаками и шахматами, а его дочь, заинтересованная нашим заказчиком. Это была куда более тонкая и перспективная ниточка для установления связи.
В этот момент я поймала взгляд Саши. Он был направлен на нас. Он едва заметно поднял бровь, как бы задавая вопрос. Я ответила коротким, уверенным кивком: «Есть что сказать». Он кивнул в сторону дальнего угла зала, где была дверь, обозначенная значком «Курилка».
Взяв Игоря за руку, мы, будто направляясь к выходу на воздух, стали пробираться к указанной двери. Курилка оказалась небольшим, но стильным помещением с мощной вытяжкой, мягкими креслами и низкими столиками для пепельниц. Здесь было несколько человек, но в углу, у открытого окна,откуда врывалась струя ледяного воздуха, уже стоял Зигзаг, докуривая сигарету.
Мы подошли. Он потушил окурок в пепельницу.
— Ну?
Я быстро, тихо, выложила полученную информацию:
— Сам именинник, его сейчас мысли простые. Любит собаку, шахматы, жену. Имеет любовницу, вот в красном. Но ключ,не он. Его дочь, Анна. Ей лет двадцать два. Она вас заметила. Думает, что вы, возможно, учились с ней в одном вузе, в МГИМО, на курс или даже старше. Она заинтересована. Ищет повод подойти.
На лице Саши промелькнула быстрая, едва уловимая игра эмоций: удивление, оценка, удовлетворение. Он медленно кивнул.
— Анна… Да, я слышал о ней. Учится на международных отношениях. Это… даже лучше, чем я рассчитывал. — Он посмотрел на нас. — Молодцы. Очень хорошо сработали. Этой информации более чем достаточно. Теперь можете… расслабиться. Отдохнуть. Деньги завезу при следующей встрече. Не привлекайте внимания.
Он развернулся и вышел из курилки, направляясь, как мне показалось, в сторону той самой Ани.
Мы с Игорем переглянулись. Задание выполнено. И выполнено блестяще. Давящая ответственность спала с плеч, сменившись эйфорией и лёгкостью. Мы были свободны. Свободны наслаждаться этим невероятным вечером.