Страница 174 из 222
«…интересно, в этом году выпускной где будет? В школе или в кафе?»
«…а Светка домой убежала что ли? Нет, вон она сидит, в уголке… довели, уверена, что это не она… цепляются»
Ничего. Ничего подозрительного.
Мы пошли дальше. У дверей девятого «А» стоял высокий парень, которого я не знала. Он смотрел в окно и явно о чём-то думал. Я осторожно коснулась его мыслей.
«…журналы пропали, да. Ну и что? Меня это не касается. У меня всё хорошо, четвёрки и пятёрки. Пусть ищут… хоть какое-то разнообразие»
Ничего.
Дальше ещё одна группа девочек. Они сидели на подоконнике и ели бутерброды. Мысли о погоде, о предстоящих экзаменах, о том, что пора бы уже лето.
— Пусто, — прошептала я Игорю.
— Ничего?
— Ничего. Либо вор не среди учеников, либо он очень хорошо себя контролирует.
— Или он думает о чём-то другом, — заметил Игорь. — Если он не переживает, не боится, что его найдут, то и мыслей об этом у него может и не быть.
— Что тогда делать? — спросила я.
— Тогда надо искать того типа в джинсах. Если это был кто-то чужой, может его попросил кто-то из школы, чтобы он это сделал, да на спор хотя бы или на слабо, он мог зайти и выйти. Может, его кто-то видел на улице?
— Спросим у ребят после уроков, — решила я. — Только осторожно, чтобы не привлекать внимания.
Мы вернулись в класс, где уже началась большая перемена. Света и Витя сидели на своих местах, о чём-то тихо разговаривая. Серёга с Мишкой играли в «морской бой» на последней парте. Оля красила губы перед маленьким зеркальцем.
Я села на своё место и закрыла глаза. В голове всё ещё крутились обрывки чужих мыслей, но ничего полезного. Сплетни, страхи, надежды, планы на лето. Никто не думал о пропавших журналах так, как думал бы вор. Никто не испытывал вины, никто не боялся разоблачения.
— Может, это и правда был кто-то с улицы? — тихо спросил Игорь, садясь рядом.
— Может быть, — ответила я. — Но тогда почему? Кому нужны наши журналы? Это же не деньги, не документы. Просто бумага с оценками.
— Для кого-то эти оценки могут быть важны, — заметил он. — Кому-то, кто учится плохо. Или чьи родители очень строги.
— Но своих-то среди подозреваемых нет, — напомнила я. — а еще, мы не всех проверили.
— А может, это не ученик? Может, родитель? Или кто-то из учителей?
Я удивилась такой мысли.
— Учитель? Зачем учителю красть свои же журналы?
— Ну, не знаю. Чтобы скрыть ошибку. Или чтобы свалить вину на кого-то. Или чтобы подставить кого-то. Всякое бывает.
Я задумалась. Мысли Игоря были не такими уж и бредовыми.Я в своей прошлой жизни видела и не такое. Люди способны на многое, если у них есть мотив.
— Ладно, — сказала я. — После уроков пойдём на улицу. Посмотрим, может, кто-то из местных что-то видел.
— А сторожа ещё раз расспросим, — добавил Игорь. — Может, он всё-таки запомнил что-то ещё.
— Договорились.
Звонок на последний урок прозвенел неожиданно быстро. Я даже не заметила, как пролетело время. Мы собрали вещи и вышли из класса вместе со всеми.
Света и Витя догнали нас у выхода.
— Ну что? — спросила Света. — Есть что-нибудь?
— Пока нет, — честно ответила я. — Но мы не сдаёмся. Обязательно что-нибудь придумаем.
— Давайте пойдём на улицу, поговорим с местными, — добавил Игорь. — Может, кто-то видел подозрительного.
— Спасибо вам, — тихо сказала Света. — Вы даже не представляете, как мне это важно.
— Представляем, — ответила я. — Поэтому и делаем.
Мы вышли на школьное крыльцо. Солнце уже начинало припекать по летнему. Ветер приносил запах сирени и молодой листвы. Обычный весенний вечер в обычной московской школе.
— С чего начнём? — спросил Игорь.
— Давайте обойдём школу, — предложила я. — Посмотрим, кто из местных на лавочках сидит. Может, кто-то что-то видел вчера вечером.
— А потом опять к сторожу зайдём, — кивнул Витя.
Мы спустились с крыльца и пошли вдоль школьного забора. За ним уже начинались обычные дома, старые пятиэтажки, тополя, лавочки у подъездов. На одной из них сидели три старушки, оживлённо о чём-то беседуя. Я прислушалась к их мыслям.
«…Галочка пришла из школы вся возбужденная, говорит у старшаков все журналы украли, кула сморят учителя, вот в наше время…»
Я чуть не споткнулась. Все! Теперь новость уже разойдется постепенно по району. Нужно действовать срочно.
— так, давай думать, это точно не из нашего класса, — кивнул Игорь. — Кто-то чужой, то есть остается четыре класса. Может это просто месть кому-то? Чтобы подставить кого-то. Или чтобы скрыть что-то.
— Слишком сложно для школьных разборок, — покачал головой Игорь. — Но исключать нельзя.
— Тогда искать сложнее. Но не невозможно.
Мы пошли домой, уже в сумерках. Улица затихала, зажигались фонари, где-то вдалеке лаяла собака. Я думала о том, что мы сделали за сегодня, точнее, что все впустую.
— Завтра с утра надо будет что-то придумать, — сказал Игорь, словно прочитав мои мысли. — Может,получится.
— Хорошо, — кивнула я.
Мы остановились у моего подъезда. Игорь взял меня за руку.
— До завтра, — сказал он.
— пока, завтра нужно будет что-то придумать, — ответила я.
— Я подумаю, — улыбнулся он. — Мы же команда.
— Команда, — согласилась я.
Он поцеловал меня на прощание, и я поднялась в квартиру. Мама уже накрывала на стол, бабушка сидела в кресле с книгой. Всё было как обычно. Только я знала, что этот обычный день был совсем не обычным.
Я легла спать и долго не могла уснуть, прокручивая в голове всё, что узнала. мне все-таки казалось, что это сделал школьник. Зачем он это сделал? Кто он? И главное — как его найти?
Завтра будет новый день. И новое расследование.
* * *
За ночь мы так и не придумали, как можно найти виновного и снять со Светы все подозрения.
По дороге в школу, мы решили, что нужно поговорить с теми, кто был тогда в школе.
Мы начали действовать прямо перед первым уроком. Оказалось, что учителя тоже решили расширить свои поиски, и думали примерно также, как и мы. Мы увидели перед кабинетом директора толпу ребят, которые были в школе в тот злополучный вечер. Это было и нам на руку, не пришлось всех искать по одному.
Игорь подошёл к Марье Ивановне, и завёл разговор о расписании консультаций перед экзаменами. Я же, пользуясь моментом, подошла к первому из той компании, к парню из девятого класса по имени Дима.
— Дима, привет, — сказала я как можно небрежнее. — Слушай, ты позавчера на репетиции был?
— Был, — кивнул он,— А что?