Страница 172 из 222
Я снова открыла дверь и осторожно заглянула внутрь. Дядя Миша уже уткнулся в свою газету, делая вид, что читает. Но я знала, что в его голове крутятся совсем другие мысли.
Я сосредоточилась, нырнула в его сознание. Там было мутно, как в болоте. Стариковские мысли, перемешанные с воспоминаниями, с образами из газет, с заботами о здоровье. Но среди этого мусора я уловила обрывки вчерашнего вечера.
«…вон те двое, мальчик и девочка, вышли, потом вернулись…»
«…а вон тот, высокий, все туда-сюда бегал…»
*«…прошёл быстро, я и не заметил, когда ушёл… А потом вроде пришел, а может это уже другой пришел… все они одинаковые, как вырядятся в штаны эти свои…»
Высокий в штанах! в джинсах!!!Я уцепилась за этот образ, попыталась разглядеть его подробнее. Но в памяти сторожа он был размытым, нечётким, мелькнул и исчез.
Я вынырнула из его головы, чувствуя лёгкое головокружение.
— Что там? — спросил Игорь.
— Был кто-то, — сказала я. — Высокий, похоже, что в джинсах был. Дядя Ваня осуждает таких. Прошёл мимо, а когда ушёл, сторож не заметил.
— Значит, это мог быть вор?
— Мог. Но кто он,непонятно. Сторож его не разглядел.
Мы поднялись обратно на третий этаж. Там уже вовсю шло обсуждение. Учителя вышли из учительской, и их лица были ещё более встревоженными. Света и Витя стояли в стороне, Света плакала, Витя её успокаивал.
— Что там? — подскочил Серёга.
— Плохо, — ответила Оля. — На Свету давят. Она под подозрением. Говорят, что будут ее маме звонить на работу. А у нее мама передовик. Ты представляешь, что там будет? и чем это может кончится?
— Но это же абсурд! — воскликнула Серега. — Света не могла! Неужели училки это не понимают?
— У неё мотив, — тихо сказал Мишка. — Спорная оценка. И она выходила.
— И что? У меня вот тоже есть спорная, по биологии, между четверкой и пятеркой, но меня же не допрашивают с пристрастием! — возмутился Серёга. — И вообще, мы все выходили!Кто в туалет, кто за водой, кто за канцелярией. Почему только на неё?
— Потому что она самая тихая, — ответила я. — На неё легче всего повесить.
Я посмотрела на Свету. Она была такой несчастной, такой беззащитной в этот момент, что у меня внутри всё перевернулось. Я вспомнила себя, как я чувствовала себя такой же беззащитной, когда меня все в классе игнорировали осенью. Как мне нужна была помощь, поддержка. И как Игорь потом был рядом.
— Мы должны ей помочь, — сказала я твёрдо.
— Но как? — спросил Витя, подходя к нам. — Мы не знаем, кто это сделал. У нас нет никаких зацепок.
— Надо всех разговорить, — ответила я. — Вдруг кто-то вспомнит то, чему раньше не придавал значения.
Витя удивлённо посмотрел на меня, но промолчал. ОН в детали не вникал.
Прозвенел звонок, и все, как будто с облегчением разошлись по классам на свои уроки. Мы с Игорем специально сели на последнюю парту. Шла Химия, учитель писал на доске формулы, дети, почти машинально списывали их с доски, но я была уверена, что сейчас мысли почти каждого были далеки от химии.